Ненужная жена князя Горчакова (СИ), стр. 83

Он разыскал меня взглядом среди толпы и двинулся ко мне с пугающей решимостью. Я замерла, ощущая, как воздух заканчивается в легких. Князь остановился в двух шагах и с уважением поклонился.

— Настя, могу я попросить тебя о коротком разговоре?

— Нам не о чем говорить, Ваше Сиятельство, — произнесла дрогнувшим голосом. — Все уже давно было сказано.

Дмитрий поджал губы и кивнул, будто ожидал такого ответа. Затем развернулся и отошел, оставляя за собой шлейф изумленных взглядов.

К счастью, церемониймейстер объявил о появлении императора, и все разговоры разом стихли. Присутствующие склонились в глубоких реверансах и поклонах, пока государь величаво шествовал по дорожке. Рядом с ним шел цесаревич, а чуть позади — императрица и свита.

— Рад видеть всех в добром здравии, — начал Николай Павлович, поднявшись на возвышение. — Сегодня мы собрались не только ради торжества. Я желаю публично отметить дарование, которое послужило на благо империи.

У меня сердце заколотилось от волнения. Я догадывалась, что сейчас прозвучит мое имя, но все равно оказалась не готова.

— Магистр Щепкина, княгиня Анастасия Павловна, — государь посмотрел в мою сторону, и сотни взглядов последовали его примеру. — Ее гениальная работа украсила мой новый кабинет в этом дворце. Я должен признать, что еще никогда использование мебели не доставляло мне такого удовольствия. Анастасия Павловна — истинный талант, подкрепленный знаниями и усердием.

Зал изумленно выдохнул, явно не ожидая такого поворота. Я присела в реверансе, ощущая, как краска приливает к щекам.

Государь благосклонно кивнул мне и продолжил официальную часть, но его слов я уже не слышала. Видела только, как меняются выражения лиц тех, кто недавно от меня отворачивался. Сначала они шептались за спиной и чуть ли не тыкали пальцами, а теперь судорожно прикидывали, как бы ко мне подойти.

После завершения официальной церемонии в зале заиграла музыка, и народ пришел в движение. Ко мне потянулись знакомые и незнакомые лица.

— Анастасия Павловна, какой успех! Расскажите нам, что так восхитило государя?

— Говорят, у ваших кресел есть особый секрет?

— Нельзя ли заказать подобное для моего мужа?

Я вежливо улыбалась, отвечала по делу, при этом чувствовала себя диковинным зверьком на выставке. Но все же внутри я ликовала. Наконец-то победа! Она пьянила похлеще шампанского.

В окружении кучи придворных, я иной раз бросала взгляд в сторону Дмитрия. Он стоял в стороне один, ни с кем не общаясь. Князь не пытался подойти ко мне, но и не уходил. Просто смотрел, и от его взгляда мурашки бежали по коже.

Появились возле меня и первые кавалеры. Граф Игнатьев, масляно улыбаясь, рассыпался в комплиментах. Князь Ордынский намекал на частный заказ, который непременно хотел обсудить в уединении. Даже английский посол, лорд Уитмор, пытался расспрашивать меня о технологиях. Однако интересы этих мужчин были далеки от производства мебели. Разведенную княгиню с состоянием и покровительством императора многие считали лакомым куском.

А потом заиграли первые аккорды вальса, и передо мной неожиданно возник цесаревич. Он поклонился мне с особенной грацией и протянул открытую ладонь, улыбаясь кончиками губ.

— Магистр Щепкина, помните? Этот танец вы обещали мне.

Я вложила пальцы в его руку, и он подхватил меня, увлекая в центр зала. Мы закружились в вихре, когда остальная толпа превратилась в смазанное пятно.

— Вы не надели мой подарок, — заметил Александр, окинув меня внимательным взглядом и задержавшись на украшениях.

— Не надела, Ваше Высочество, — посмотрела в его проницательные глаза. — Я благодарна за оказанную честь, но не могу ее принять.

— Отчего же?

— Потому что не намерена становиться чьей-то фавориткой ни сейчас, ни впредь. Если рядом со мной и будет мужчина, то лишь тот, с кем я захочу прожить всю жизнь. А вы — будущий император. У вас наверняка есть невеста, а мои правила не позволяют даже помыслить о том, чтобы разрушить чье-то счастье.

Глава 95

— Иного ответа я и не ожидал, — ответил цесаревич, открыто улыбаясь. — Но должен был попытаться. Вы притягиваете, Анастасия Павловна, своей неординарностью, талантом и яркой красотой. Редкое сочетание, уж поверьте.

— Если вы не против, я бы сохранила ваше дружеское расположение, Ваше Высочество.

— Предлагаете остаться друзьями? — цесаревич наигранно вздохнул. — Что ж, это даже больше, чем многие могут себе позволить.

Музыка затихла, и Александр проводил меня к краю зала, напоследок церемонно поцеловав руку. Я едва перевела дух, пытаясь унять бешеное сердцебиение, как передо мной возник новый кавалер. Если не ошибалась, прусский военный атташе барон фон Клейст. Он уже открыл рот, чтобы пригласить на следующий танец, как его заслонила темная фигура.

Дмитрию даже говорить ничего не пришлось, чтобы его тяжелая аура оттеснила всех соперников. Барон поперхнулся и отступил, а князь посмотрел на меня без прежней властности во взгляде и высокомерия.

— Позволишь?

После всего? С ним? — застучало в висках набатом.

Однако меня подкупало то, что он не потребовал, а попросил.

— Один танец, — услышала свой дрогнувший голос.

Горчаков взял мою руку бережно, словно хрупкую драгоценность. Его горячая ладонь обожгла мою талию, и мы медленно заскользили под плавную мелодию. Я старалась не смотреть на Дмитрия, но чувствовала его близость каждой клеточкой.

— Я исполню твое желание, Настя, — тихо произнес он, обжигая дыханием кожу у моего виска. — Ты получишь развод.

Я на миг прикрыла глаза, ощущая, как сердце пропустило удар.

— Но я прошу тебя об одном: дай мне шанс.

— Какой шанс? — прошептала, поднимая глаза и сталкиваясь с его черными омутами.

— Шанс доказать, что я могу измениться. Не ради короны или долга, а ради тебя. Понимаю, что не заслужил твоего прощения, однако прошу дозволения доказать делом. Позволь мне просто остаться рядом? Я готов хоть каждый день доказывать, что ты для меня — единственная.

Мир вокруг замер, или мне так показалось? В глазах Горчакова я не увидела ни капли лжи. Они светились той самой выстраданной решимостью, которую я подслушала в кабинете императора.

Но я молчала, не зная, что ответить. Дать ему шанс? Для чего? Я не за тем вырвалась из клетки, чтобы сразу шагнуть в другую. Но и врать себе я не умела. В груди, помимо воли, что-то дрогнуло и заныло.

— Посмотрим, — выдохнула наконец. — Только поступки и никаких клятв. Вы меня слышите, Дмитрий Николаевич?

Он кивнул, озаряясь улыбкой. В глубине его темных глаз затеплилась надежда. Но танец закончился, и мы застыли посреди бального зала. Вокруг снова зашелестели шепотки, но мне и сейчас было на них плевать. Выдернув руку из его ладони, я отправилась прочь.

Мне необходимо было крепко подумать обо всем, что случилось за этот безумный вечер. А главное понять, готова ли я поверить тому, кто однажды предал наивную девочку, чье тело досталось мне вместе с ее беззаветной любовью к этому мужчине?

Однако собраться с мыслями не получилось. Прямо передо мной возникла рослая фигура генерала-майора Корпуса лесничих. Затянутый в зеленый военный мундир, Сокольский выглядел подтянутым и безупречным. Его пронзительные серые глаза смотрели с особенной теплотой, с которой он глядел исключительно на меня. Или мне так только казалось?

— Анастасия Павловна, вы сегодня ослепительны, — произнес он, склоняясь к моей руке и обжигая поцелуем через ткань перчатки. — Позвольте пригласить вас на следующий танец? Надеюсь, что после вальса с цесаревичем и беседы с князем вы еще не устали от кавалеров?

Я улыбнулась, мысленно вспыхивая от возмущения, что Сокольский следил за каждым моим шагом. Его фраза про «беседу с князем» — не случайная оговорка. Весь чертов зал теперь обсуждал наш танец с Дмитрием.

— Вы весьма проницательны, Андрей Петрович, — вложила ладонь в его руку. — Вам отказать я бы не решилась.