Ненужная жена князя Горчакова (СИ), стр. 84

— Вы окажете мне этим огромную честь, — расплылся Сокольский в довольной улыбке, а его ладонь властно легла на мою талию.

Мы заскользили по паркету, и я невольно отметила, насколько легко он вел в танце, лишь направляя меня и не оказывая давления. Опасное качество для человека, который привык добиваться своего.

— Наслышан о вашем успехе, — бархатным тоном произнес Сокольский. — Примите мои искренние поздравления, Анастасия. Государь редко удостаивает кого-то такой похвалы. Впрочем, я ни секунды не сомневался в вашем триумфе.

— Благодарю, но это лишь начало, — я смело посмотрела графу в глаза. — Теперь у меня достаточно средств, чтобы осуществить задуманное. Я хочу закупить паро-магические станки и расширить производство. Работы предстоит очень много.

— Именно об этом я и хотел поговорить! — Андрей Петрович озарился искренним восторгом и чуть крепче сжал мою талию. — Самое время создать Акционерное общество, Анастасия Павловна. Вспомните наш разговор: вашему таланту тесно в рамках одной лесопилки. Объединив усилия, мы совершим переворот в лесной промышленности. Мои связи позволят доставить станки из Германии в кратчайшие сроки, минуя бюрократические проволочки.

Слова о сроках и станках звучали слишком заманчиво, но я привыкла все делать сама, без оглядки на посторонних. Моя свобода не предполагала новых обязательств, пусть даже связанных с бизнесом.

— Андрей Петрович, я ценю ваше предложение, — произнесла, когда музыка уже смолкла. — Однако я привыкла работать самостоятельно. Партнеры в моем деле не требуются. Но я буду признательна, если вы поможете с поставкой станков. С вашим ведомством я готова заключить договор на поставку артефактов против короеда. Думаю, это взаимовыгодное сотрудничество.

— Что ж, и на том спасибо, — Сокольский открыто улыбнулся, но в глубине его глаз промелькнула досада. — Предлагаю завтра встретиться и обсудить детали оплаты, объемы и сроки поставок. Уверен, мы сработаемся.

— Хорошо, встретимся завтра, — согласилась я, после чего граф поцеловал мою руку и растворился в толпе.

Я выдохнула, однако облегчения не почувствовала. Возникло ощущение, что спину прожигает чье-то пристальное внимание. Обернувшись, встретилась взглядом с Дмитрием. Он с мрачным видом застыл у колонны и смотрел прямо на меня. И в его взгляде читалась неподдельная тревога.

— Настя, этот человек… — Дмитрий приблизился за считанные секунды и возник рядом темной скалой.

— Этот человек — мой деловой партнер, — оборвала я, ощущая, как внутри закипает раздражение. — И только.

— Ты не знаешь Сокольского, — Горчаков скрипнул зубами. — Он скользкий и изворотливый. Я нутром чую фальшь. Будь осторожна.

— Ревнуете, Дмитрий Николаевич? — усмехнулась. — Или вам не нравится, когда кто-то ценит меня, как профессионала?

Горчаков дернулся, словно я влепила пощечину. В темных глазах вспыхнула боль, но тут же погасла, придавленная железной волей.

— Я обещал не давить и сдержу слово, — произнес он глухо. — Но я тебя очень прошу, не подписывай ничего, не прочитав каждую букву договора. Особенно с ним.

Развернувшись, князь ушел, оставив меня в растерянности. Я проводила его взглядом, ощущая, как внутри ворочаются сомнения.

Чертов князь! Почему его слова задевали сильнее, чем чужие комплименты?

Глава 96

На следующее утро на меня обрушился шквал визитов. Чиновники из различных ведомств выстроились в очередь, едва узнав, что магистр Щепкина прибыла в Петербург. Им требовались моя мебель, доска и клееный брус. Я подписывала договор за договором, мысленно прикидывая, как растут цифры на банковском счете.

Деньги, пожалованные императором, уже не казались баснословной суммой. За ними мне виделись реальные станки, новые цеха и мебельная фабрика. Я уже ощущала приближение того времени, когда честно заработанная репутация начнет говорить за меня.

Сокольский явился к полудню, предоставив контракт на поставку артефактов, спецификации и смету. Я изучила каждую строчку в договоре, выискивая подвох, но все выглядело чистым. В документах были прописаны сроки, суммы и обязательства — ничего двусмысленного или скрытого.

— А вы дотошны, княгиня, — заметил граф с легкой усмешкой. — Редкое качество для…

— Для женщины, вы хотели сказать? — перебила его. — Привыкайте, Андрей Петрович. Я всегда читаю то, что подписываю.

Сокольский развел руками, делая вид, что капитулирует, а я поставила на листе размашистую подпись.

— Что ж, а теперь, если не возражаете, я сопровожу вас в банк, — предложил граф. — Суммы у нас немалые, а улицы столицы бывают небезопасными.

Возражать я не стала, решив, что охрана в самом деле не помешает.

В банк Сокольский довез меня на своем экипаже, а там меня встретили с почтением и подобострастием. Слухи об императорской похвале уже разлетелись по городу. Я сняла достаточно средств, чтобы оплатить станки и закупку оборудования. Граф находился рядом и не вмешивался в процесс, что меня отчасти успокаивало.

— Благодарю за помощь, — на выходе решила с ним попрощаться. — Дальше я справлюсь сама.

Сокольский наигранно тяжело вздохнул и кивнул мне, задержавшись долгим взглядом на моем лице.

— До встречи в Воронеже, Анастасия Павловна. Надеюсь, вы помните, что я всегда к вашим услугам?

— Разумеется, — кивнула ему в ответ. — Всего хорошего.

Глядя вслед отъезжающему экипажу, я ощутила смутную тревогу. Но видимых причин для беспокойства не было. Это все Горчаков с его ревностью и предупреждениями. Поэтому я встряхнулась, решая, каким из многочисленных дел заняться в первую очередь.

До отъезда я успела закупить новые пилы, станины и механические приводы на два новых цеха. Для такого объема заказов мне даже четырех цехов маловато будет. В мыслях я уже перекраивала план лесопилки, добавляя новые корпуса, сушильные камеры и склады.

После обязательных дел отправилась на ярмарку, желая порадовать своих домочадцев столичными подарками. Капитолине и другим служанкам купила по отрезу ткани на новые платья, ленты для девушек и кожаные пояса для парней. Дуняше присмотрела шкатулку для рукоделия, инкрустированную перламутром. Михаилу выбрала серебряные часы на цепочке. Елизару — подзорную трубу, чтобы легче было осматривать охраняемую территорию, и медный портсигар. Веньке — набор инструментов для тонкой работы с деревом, а Якову — набор увеличительных линз. Для Федора нашла редкий фолиант по артефакторике, а Прохору заказала добротные сапоги.

Для каждого старалась подобрать такой подарок, чтобы в деле пригодился и непременно порадовал. Для деревенских ребятишек накупила сладостей, а для жителей деревень хозяйственного инвентаря. Все мои люди заслужили награду. И теперь у меня появилась возможность отблагодарить их по-настоящему.

На обратном пути мне не пришлось трястись неделю в телеге. Поездом домчались до Воронежа за полтора дня, а там пришлось немного задержаться, проследив за разгрузкой механизмов и отправкой их на барже до Щепкино. Сама выдвинулась домой в ночь на дормезе, рассчитывая с утра приступить к работе.

По дороге я думала о том, что почти добилась всего, что хотела. Развод — дело решенное, деньги на развитие есть и будут только прибавляться, заказы расписаны на полгода вперед. А со всеми остальными проблемами непременно разберусь. Не давали покоя только слова Дмитрия о том, что он будет бороться и доказывать делом. Учитывая прошлый опыт, его очередные попытки реабилитироваться могли выйти мне боком.

Ранним утром, когда от реки уже тянуло морозной свежестью, дормез въехал в знакомые ворота. Во дворе тут же начали собираться люди, ожидая новостей. Капитолина всплеснула руками и кинулась меня обнимать. Елизар вытянулся по стойке «смирно». Остальные тоже светились радостью и предвкушением. Глядя на родные лица, я почувствовала, как меня отпускает стальная пружина, сжимавшая грудь все эти долгие дни отъезда. Наконец-то дома!