Ненужная жена князя Горчакова (СИ), стр. 76

— Ничего, у нас есть два пленника. Дождемся дознавателя из жандармерии и выясним, кто их послал, — успокоила распереживавшегося парня. — Куда их определили, кстати?

— В подвале сидят, — хмуро ответил Михаил. — Дверь там крепкая, снаружи запирается, и окошко имеется, чтобы за ними приглядывать. Никуда не сбегут.

Допрос, который учинил преступникам Сокольский, не принес результатов. Оба молодчика молчали, будто воды в рот набрали. Даже магия не помогла. Возникло предположение, будто на их сознание кто-то наложил ментальный блок, что под силу не каждому магу. Или очень богатому заказчику.

— Их будто специально готовили, Анастасия Павловна, — покачал головой граф. — В последнее время, я слышал, участились нападения с участием таких вот наемников с подавленной волей.

Я кивнула, погрузившись в тягостные мысли. Заказчик — это еще полбеды. Куда страшнее, что неизвестные враги подобрались так близко к Щепкино. И это несмотря на охранный контур Дмитрия! А если бы они испортили императорский заказ?

Жандармы прибыли ближе к вечеру. Двое рядовых и старший над ними — плотный поручик с рыжими усами. Все при саблях и с магическими жезлами-накопителями. Поручик предъявил бумаги, подтверждающие его полномочия, после чего мы вместе отправились к подвалу.

— Открывайте! — велел старший жандарм. — Посмотрим на ваших молодчиков.

Вениамин отодвинул засов, распахнул двери и изумленно замер на пороге.

Оба пленника застыли на полу с остекленевшими глазами и выражением ужаса на лицах. У одного их уголка рта стекала темная нить слюны.

— Мертвые, — ошеломленно выдохнул Яков, присаживаясь возле тел на корточки. — Судя по всему, отравлены.

Капитолина, маячившая за моей спиной, всхлипнула и прижала ладони к губам.

— Господи, я же их кормила! Овсянку сварила, хлеба дала… Неужто я…

Поручик немедленно развернулся к ней, уставившись тяжелым взглядом.

— Значит, это ты снабжала пищей задержанных? Взять под стражу, немедля! — скомандовал своим подчиненным.

Они уже шагнули к моей кухарке, когда я машинально выступила вперед.

— Подождите! Капитолина Кубышкина служит мне чуть ли не с рождения. Она не могла такого сделать.

— Сударыня, — поручик склонил голову, глядя на меня строгим взглядом, — закон един для всех. Если кухарка подавала еду, в которой оказался яд, то первое подозрение падает на нее. Я обязан арестовать подозреваемую.

— По какому праву? — не согласилась я. — Это мое имение и мои люди. Требую официального обвинения и доказательств, а не голословных обвинений!

Внутри меня уже захлестнуло отчаяние. Я не могла отдать им Капитолину только потому, что она проявила сочувствие и покормила пленных. Стоит простолюдину только попасть в тюрьму, а там уже из него вытрясут признание. Михаил этого не переживет, Дуняша осиротеет…

Неожиданно в разговор вмешался Сокольский, который молча наблюдал за разыгравшейся сценой. Он подошел к жандарму и заговорил с ним неожиданно мягким тоном.

— Позвольте вопрос, господин поручик? Вы уже осмотрели тела и место преступления?

Поручик хмуро кивнул.

— Тогда вы уже выяснили, что именно подавали задержанным. Только овсянку и хлеб?

Капитолина, заикаясь, еще раз перечислила все, что приносила, описав, как и когда это сделала.

— А квас? — прервал Сокольский сбивчивую речь служанки. — Вон тот, который в углу стоит, в жбане? Вы его тоже подавали?

— Да какой квас, барин? — Капитолина растерянно заморгала. — Не было никакого квасу. Я им токмо кашу и воду в глиняной кружке принесла.

— Что и требовалось выяснить, — довольный собой граф повернулся к поручику. — Ваше Благородие, эта женщина — добрейшей души человек и никакой не отравитель. Она несколько раз перечислила все, что подавала пленникам, но ни разу не упомянула квас. Вывод напрашивается сам собой: яд был доставлен иным путем. Убийцы нарочно решили подставить кухарку.

— Что ж… — жандарм заколебался, глядя то на жбан, то на Капитолину. — Благодарю за разъяснения, Ваше Высокопревосходительство. С женщиной разберемся позже. Но убитых еще надлежит осмотреть магу-дознавателю.

Я невольно выдохнула, ощущая, как становится легче дышать. Сокольский чуть заметно улыбнулся, и впервые за долгое время его улыбка показалась мне искренней. Я благодарно кивнула и улыбнулась в ответ кончиками губ. Не знаю, понял ли он, как много значила для меня Капитолина, но помощь оценила.

Однако передышка продлилась недолго. Едва первые волнения улеглись, как возник новый вопрос: кто отравил пленников?

Глава 87

Поручик велел никого не пускать в подвал, выставил своих подчиненных у дверей, а сам распорядился вызвать мага-дознавателя из Воронежа.

Происшествие выбило меня из колеи. Вернувшись в дом, я бессильно опустилась в кресло, а граф последовал за мной, оказывая молчаливую поддержку.

— Анастасия Павловна, — нарушил Сокольский неловкую паузу, — я восхищен вашим мужеством и тем, как вы держитесь в такой непростой ситуации. Однако должен заметить, что кто-то проник в самое сердце имения и проделал это незаметно. Охранный контур не сработал, магических следов не обнаружено. Все вместе это говорит о высоком уровне подготовки.

— Понимаю, Андрей Петрович, — я кивнула, — поэтому не нахожу себе места.

Дознаватель прибыл на следующее утро. Сухонький старичок облазил весь подвал, просветил каждый угол, применяя особые заклинания. Мы с тревогой ожидали вердикта, который оказался неутешительным.

— Увы, господа, — развел он руками. — Следы начисто стерты. Я не нашел ни единого отпечатка ауры, ни одного отголоска заклинаний. Будто сам дьявол поработал.

— Может, этих двоих отравили до того, как мы их заперли? — предположила я.

— Исключено, — вмешался Сокольский. — Я лично осматривал обоих и не заметил никаких признаков отравления. Да и действовать яд начал бы раньше.

— Тогда как? — я беспомощно посмотрела на Вениамина. — Ты видел, кто-нибудь подходил к двери?

— Мы все присматривали, чтобы они не сбежали. Но народу тут много ходит. А вот двери никто не открывал, если только через отдушину…

— Так, там же окно под самым потолком, решетка снаружи — кошка не пролезет, — возразил Яков. — Хотя жбан тот вполне мог протиснуться, коли его на веревку спустить.

У меня кожа невольно покрылась мурашками от осознания, что среди нас ходит убийца. Возможно, он прямо сейчас стоял в толпе, наблюдал за нашими метаниями и ухмылялся. Он беспрепятственно расправился с двумя людьми и не оставил следов. А кто будет следующим?

— В Щепкино завелся предатель, — подытожил наши рассуждения поручик. — Будем разбираться, опрашивать, восстанавливать картину событий. Но это дело не одного дня.

Жандармы уехали, забрав с собой тела, и пообещали прислать усиленный наряд для охраны. Но тревога не хотела меня отпускать. Через пару дней я должна отправиться в столицу вместе с заказом. Как оставить имение, зная, что внутри затаился убийца?

— Анастасия Павловна, — Сокольский будто чувствовал мое волнение, — позвольте предложить помощь? Я могу задержаться в вашем имении, пока вы будете отсутствовать, и лично присмотреть за порядком.

Предложение графа звучало слишком разумно и убедительно. В серых глазах Андрея Петровича светилось беспокойство и искреннее желание помочь. Однако что-то внутри сжималось в тугой узел при мысли, что придется оставить свое дело на чужого человека.

Допустить, чтобы генерал-майор стал тут полновластным хозяином, пока меня не будет? Положиться на человека, который с первого дня визита увивался вокруг, выведывал секреты и слишком настойчиво предлагал создать акционерное общество?

Нет, слишком много совпадений. Как-то он очень вовремя напросился погостить и оказался рядом, когда поймали шпионов.

— Благодарю, Андрей Петрович, — я покачала головой, подбирая слова, чтобы не обидеть его отказом. — Я не могу вас обременять. У вас, несомненно, есть дела в столице и вашем ведомстве. Мы справимся, не переживайте.