Ненужная жена князя Горчакова (СИ), стр. 75

Предложение Сокольского звучало заманчиво, но что-то внутри противилось всем этим кредитам и залогам. Слишком много раз я обжигалась на собственной доверчивости.

— Я пока еще думаю над вашим предложением, Андрей Петрович. Насчет доставки хотела предупредить, что завтра мои люди начнут упаковывать груз. Рассчитывайте, что три дня минимум понадобится на сборку.

— Великолепно! — просиял граф. — Анастасия, вы позволите задержаться у вас до отправки? В вашем имении так уютно. Уютнее, чем в любом воронежском особняке. И еще, признаюсь, мне доставляет истинное удовольствие наблюдать, как вы работаете.

Я внутренне поморщилась от того, что придется уделять гостю внимание и время, которое могла бы потратить с пользой. Однако внешне никак этого не показала. Пока наши интересы совпадали, я готова была терпеть общество графа. Но не в своем доме, разумеется.

— Андрей Петрович, постоялый двор почти готов. Комнаты для гостей уже обставлены, так что вы сможете ночевать там, а днем совершенно свободно бывать в имении и на лесопилке.

— Вы, как всегда, заботитесь не только о деле, но и о приличиях, — выслушав меня, граф склонил голову, и мне показалось, будто в его взгляде промелькнула досада. — Не сочтите за дерзость, если буду находиться у вас с утра и до позднего вечера? Боюсь, ваше общество слишком притягательно, чтобы я мог отказать себе в удовольствии видеть вас как можно чаще.

Я лишь кивнула, выслушав льстивую речь, отказывать не видела особых причин.

Последующие дни слились в череду привычных хлопот, только граф доставал чрезмерной заботой, ухаживаниями и комплиментами. Но в целом, в его словах я не заметила пошлости или фривольных намеков, а советы он старался давать только по делу.

— Анастасия Павловна, вы слишком много работаете, — заметил Сокольский, застав меня в мастерской над чертежом. — Позвольте напомнить, что ваша сила не только в инженерном гении, но и в умении вдохновлять людей. Не берите все на себя. Разве Яков или Вениамин не справятся с частью ваших задач?

Я невольно задумалась над тем, что Сокольский-то прав. Он четко подмечал уязвимые места и старался их подправить. Его советы звучали так разумно, что невольно хотелось ему довериться.

На второй день его визита, уже ночью, когда легла спать, меня вырвал из сна грохот, от которого загудели стены. Я подскочила в кровати, не понимая, что происходит. Князя уже второй месяц не видела. Так откуда взялся шум?

В следующую секунду за окном полыхнул охранный контур, который как раз устанавливал Дмитрий. Времени на размышления не оставалось. Я накинула плащ поверх ночной рубашки, сунула босые ноги в сапоги и бросилась на улицу.

Со стороны причала доносились громкие крики. Возле склада с готовой продукцией метались Вениамин, Яков и несколько ветеранов с ружьями. Охранный полог еще мерцал, оседая искрами, а на бревнах у кромки леса лежали двое.

Я замерла, переводя дух. И в этот момент из темноты вынырнул запыхавшийся Сокольский. Он примчался со стороны постоялого двора, придерживая рукой болтающуюся на поясе шпагу.

— Анастасия Павловна, вы целы? — выдохнул он, окидывая меня встревоженным взглядом.

В распахнутом сюртуке, со спутанными волосами и глазами, горящим боевым азартом он выглядел невероятно привлекательно.

— Слава богу, вы не пострадали!

Я не ответила ему, глядя на бесформенные фигуры, лежащие у полога. Подобравшись к ним поближе, рассмотрела двух мужчин в темных армяках. С перекошенными от боли лицами, перепуганные и злые, они были живы. Защита Дмитрия основательно приложила их об землю.

— Шпионы, — процедил Вениамин, присаживаясь на корточки и выворачивая карманы чужаков. — Конкуренты, не иначе! Интересно, кто решил нам напакостить? Воронцов никак не уймется? Или дружки Перевалова объявились?

— Или кто-то другой, — глухо произнес Яков, поднимая с земли амулет. — Смотрите, артефакт-отмычка. Если бы не хозяйский контур, эти гады проникли бы на склад.

У меня внутри все похолодело от этой новости. На складе как раз хранился готовый заказ для императора, готовый к отправке. Много ума не надо, чтобы испортить мебель.

Ветераны рассыпались по территории, обыскивая каждый угол, а маги, прихватив фонари, отправились прочесывать лес. Сокольский же не отходил от меня ни на шаг, оказывая моральную поддержку.

— Анастасия Павловна, может, вам лучше вернуться в дом? Простудитесь еще, как потом в столицу поедете? Ваши люди справятся, поймают супостатов, если они еще остались. Вы все равно им ничем не поможете.

Я кивнула, соглашаясь с разумными доводами, и резко развернулась, чтобы уйти. Но неловко зацепилась ногой за корень, который не рассмотрела в темноте, и едва не упала. Вскрикнуть не успела, как Сокольский поймал меня, прижимая к себе так крепко, что у меня перехватило дыхание. Я впечаталась в его каменную грудь, ощущая терпкий мужской запах силы и опасности.

— Анастасия… — прошептал граф бархатистым голосом. Его губы скользнули по моему виску, спускаясь к щеке.

Тело отреагировало быстрее разума: я уперлась ладонями в его грудь и резко отстранилась. Сердце в груди бешено колотилось от волнения и злости.

— Андрей Петрович, вы забываетесь! — произнесла ледяным тоном, поправив плащ, сползший с плеч. — Я замужем! Ваше поведение оскорбительно.

— Простите ради всего святого, — проверяющий склонил голову и прижал руку к груди в извиняющемся жесте. — Я совершенно потерял голову… Ваш ум и невероятная красота сводят с ума. Это не оправдание, но… Поверьте, я не хотел вас оскорбить.

Я молчала, раздумывая, что на это ответить, и в этот момент меня накрыло осознанием, что объятия Сокольского не вызвали ничего, кроме досады. Ни трепета, ни искры, ни головокружения, которое охватывало каждый раз, когда Дмитрий…

Даже сейчас при одной мысли о муже внутри все сжималось от злости на него и непривычной тоски. Мне не хватало его тяжелого взгляда и давящей ауры, наших перепалок и ссор. Сокольский же был слишком идеальным, правильным. А я, выходит, скучала по предателю?

— Довольно слов, — ответила сухо. — Вам незачем заглаживать вину, простого извинения будет достаточно. Надеюсь, впредь подобное не повторится.

— Обещаю, Анастасия Павловна, — Андрей Петрович посмотрел на меня взглядом, полным обожания, — я больше не перейду границ дозволенного. Но и не откажусь от того, чтобы восхищаться вами. Вы — самая необыкновенная женщина из всех, кого я когда-либо встречал.

Я кивнула, принимая извинения. Окончательно портить отношения с могущественным генерал-майором мне было не с руки. Но и давать ему надежду — значило бы намеренно вводить в заблуждение. Пусть лучше думает, что я холодна и неприступна.

— Пойдемте по домам, Андрей Петрович. Утром будем разбираться со шпионами. А сейчас мне нужен отдых.

Сокольский поклонился в знак согласия и ушел, растворившись в темноте. Я же медленно побрела к дому, обдумывая неприятное открытие, которое сделала сегодня.

Глава 86

Ускорив шаг, я почти влетела в дом и захлопнула дверь, отсекая порывы ветра и назойливое эхо собственных мыслей. Мне срочно требовалось отвлечься, поэтому сразу отправилась в кабинет, где меня дожидались стопки чертежей, макет нового цеха и недочитанные отчеты.

Немного успокоившись, я сообразила, что необходимо вызвать жандармов. К счастью, у меня была налажена магическая почта с Захаром, который мог в спешном порядке передать послание Брумелю. Набросав несколько строк с просьбой прислать конвоиров и следователя, отправила сообщение в Воронеж.

Зная расторопность Копейкина, мое послание этой же ночью попадет к адресату.

За ночь я так и не сомкнула глаз, перебирая чертежи и ожидая вестей от магов. На рассвете Вениамин и Яков вернулись. Оба хмурые, мокрые и злые. Следы оборвались в лесу у оврага, не оставив шанса поймать диверсантов.

— Профессионалы работали, — буркнул Венька. — Магией след замели, не иначе. Ищи теперь ветра в поле.