Ненужная жена князя Горчакова (СИ), стр. 62

— Не переживай, Анастасия, я решу эту проблему, — Дмитрий загадочно улыбнулся.

Но мне до его таинственного вида не было никакого дела, я больше беспокоилась, как покажет себя в деле новая шина.

Глава 69

Утро отъезда выдалось суетливым. Пока слуги грузили сундуки с новыми нарядами, я попросила позвать Прохора, который прежде всегда сопровождал меня в поездках. Парень уже оклемался и потихоньку передвигался по поместью. Доктор Штольц подлатал его, дополняя лечение своего коллеги, так что в целом он шел на поправку.

О том, кто его избил, у Прохора остались смутные воспоминания. Врезали по голове сзади, накинули мешок на голову и увезли. А дальше были только боль и беспамятство.

— Спасибо вам, барыня, — Прохор низко поклонился. — Кабы не вы с князем… Сгнил бы я в том подвале.

— Перестань, Прохор, — я тепло улыбнулась. — Ты ведь и пострадал из-за меня. Хотела тебя с собой взять, но Штольц запретил. Поэтому останешься в Щепкино. Будешь моими глазами и ушами, присматривай тут за всеми, помогай Елизару.

— Все исполню, Настасья Павловна, — просиял парень, глядя на меня с такой преданностью, которую не купишь ни за какое золото. — Вы уж не переживайте о том.

Дмитрий подхватил меня на руки и понес во двор. Едва мы вышли на крыльцо, я удивленно вытаращилась на огромную тяжелую карету с гербами Горчаковых, больше напоминающую передвижной дом.

— Это… — у меня челюсть отвисла при виде мощных рессор и обитого кожей корпуса.

— Дормез, — пояснил князь, направляясь к распахнутой дверце. — Внутри оборудовано полноценное спальное место. Ты сможешь лежать всю дорогу, не нагружая колено.

— Спасибо, — выдавила я, сглатывая тугой комок в горле. Он снова делал так, чтобы не могла без него обойтись.

Внутри дормез поражал роскошным убранством и обилием свободного места. Шелковые шторы на окнах, мягкие перины и подушки, закрепленные так, чтобы гасить любые толчки. Там даже был предусмотрен складной столик для бумаг, если вдруг мне захочется поработать в дороге.

Сопровождала меня довольно пестрая компания. Разумеется, со мной ехала Дуняша, которая не отходила от меня ни на шаг и испуганно посматривала на строгого камердинера князя, прибывшего вместе со Штольцем. Сам лекарь тоже взялся нас сопровождать до Воронежа.

— Пойду на прием к губернатору, — сообщил он, устраиваясь на удобном диванчике напротив. — За вами необходим постоянный присмотр, княгиня. К тому же Сокольский сам попросил, чтобы я вас сопровождал.

Оставалось только хлопать глазами и делать вид, что меня об этом предупредили. Хотя бы о том, что мадам Ламорт едет с нами, она сказала заранее. Но расположилась она в своей карете и отправлялась «за компанию», рассчитывая, вероятно, привлечь богатых воронежских клиенток и окончательно утвердить моду на мой стиль.

На дорогу ушел весь световой день. Штольц постоянно развлекал меня разговорами о медицине и забавными случаями из практики.

— Ваши самоходные кресла, Анастасия Павловна — настоящий прорыв, — отдал он должное и моим талантам. — Слышал, в столице есть мастера, которые делают протезы из стали и дерева, но они тяжелые и неудобные. Ваши идеи могли бы помочь сотням калек.

Об этом мне уже не раз говорили, только бюрократический механизм двигал их внедрение удивительно медленно. Я слушала лекаря, кивала и посматривала в окно, на убегающие вдаль поля. В голове билась мысль, где на этот раз мы остановимся? Дмитрий опять выберет пафосный постоялый двор? Чтобы слуги вновь шептались за спиной и слышали наши скандалы?

В город мы въехали уже в сгустившихся сумерках. Я тяжело вздохнула, заметив, как карета свернула на Большую Дворянскую. Единственное, что насторожило, что до места, где останавливались в прошлый раз, мы не доехали, а свернули раньше в какой-то тихий переулок. Экипаж замер перед изящным двухэтажным домом с колоннами у главного крыльца и свежевыкрашенным фасадом.

— Что мы здесь делаем? — возмущенно уставилась на Дмитрия, который подхватил меня на руки и выбрался вместе со мной из дормеза. — Мы приехали к кому-то в гости? Это твои знакомые? Невежливо заявляться без предупреждения в такой час.

— Мы дома, Настя, — спокойно ответил князь, поднимаясь по ступеням.

— В смысле? Дома? — я похолодела.

— Я купил особняк на прошлой неделе и оформил его на твое имя, — пояснил буднично.

Двери перед нами распахнулись, впуская в просторный холл, пахнущий паркетной мастикой и дорогой мебелью. Слуги в ливреях склонились в глубоком поклоне при нашем появлении.

— Я не просила об этом! — прошипела князю на ухо, когда он понес меня наверх по мраморной лестнице. — К чему этот пафос? У меня есть поместье в Щепкино. Мне не нужен дом в городе.

— К тому, Настя, что ты в этих краях надолго. — Он внес меня в спальню, обставленную с таким изысканным вкусом, что у меня перехватило дыхание. — Тебе необходимо место, где ты можешь принимать Кривцова и своих новых заказчиков. Княгиня Горчакова не должна ютиться в меблированных комнатах.

У меня слов не находилось, чтобы возмутиться. Сколько еще он намерен потратить золота, чтобы произвести впечатление?

— Тебе не нужно ни о чем просить, Настя. — Горчаков бережно опустил меня на кровать и выпрямился, возвышаясь надо мной темной скалой. Я и сам знаю, что необходимо для успеха. Отдыхай, завтра предстоит сложный день. — Направился к выходу, передавая меня в руки служанок.

Я посмотрела вслед Дмитрию, оглядела роскошные стены, украшенные лепниной, заметила оробевшую Дуняшу в дверях и почувствовала, как стены этого дома сжимаются вокруг меня стальными прутьями золотой клетки.

— Дуняша, подойди, — позвала девочку, стараясь, чтобы голос не дрожал от бессильной ярости. — Помоги мне сесть, пожалуйста.

Не успела девочка исполнить просьбу, как в комнату проскользнула незнакомая женщина со строгим взглядом. На ее лице застыла услужливая маска, за которой сквозило жадное любопытство. Следом за ней семенили еще двое служанок, чистых и вышколенных, в накрахмаленных фартуках и чепцах.

— Я Марфа, ваша милость, — женщина присела в поклоне. — Будем служить вам верой и правдой. Сделаем все, как прикажете.

Окинув их тяжелым взглядом, я вздохнула и на мгновение прикрыла глаза. Мои люди остались в Щепкино, не предупредив, что они понадобятся, а здесь меня окружили чужими слугами, купленными на золото Горчакова. Но пусть не думают, что я позволю им устанавливать свои порядки.

— Слушайте внимательно, — я выпрямилась, игнорируя вспышку боли в ноге. — Дуняша — моя личная горничная. Ее слово для вас — мое слово. Любое распоряжение, переданное через нее, должно исполнятся мгновенно. Если узнаю, что кто-то из вас проявил к ней неуважение — вылетите в ту же секунду, без рекомендаций.

Марфа закивала, а две другие девушки испуганно переглянулись. Моя помощница расправила плечи и выпятила подбородок, стараясь выглядеть солиднее. Хотя я видела, как ее пальцы судорожно сминали край фартука.

— В доме достаточно припасов? — перевела разговор на хозяйственные нужды. — Хватает ли постельного белья, продуктов, дров для кухни? Нужно составить список и закупиться всем необходимым завтра с утра.

— У нас всего хватает, ваша милость! — просияла Марфа. — Мы уже сделали закупки. Кладовые ломятся от продуктов, погреба — полные. Белье уже доставили тончайшее, и мебель обновили. Все подготовили в лучшем виде, как другая барыня велела.

— Какая другая барыня? — у меня внутри все заледенело.

Глава 70

— Так, Татьяна Львовна, матушка князя, — Марфа, не подозревая подвоха, расплылась в улыбке. — Уж как она хлопотала! Лично каждую комнату осматривала, сама шторы выбирала. Велела, чтобы все сияло к вашему приезду.

В этот момент дверь распахнулась, и в спальню вошел Дмитрий. Весь такой радостный посвежевший. Увидев выражение моего лица, он замедлил шаг.