Ненужная жена князя Горчакова (СИ), стр. 58

Каждую ночь Дмитрий приходил в мою спальню и усаживался в кресло, наблюдая за мной из-под прикрытых ресниц. Я пыталась уйти в гостевую комнату. Ту, что располагалась на кухне и пропахла сушеными травами. Но князь заявился следом, прихватив с собой походное одеяло.

— Здесь из окна дует, — заметил он, устраиваясь в скрипучем кресле. — И кровать слишком узкая для двоих.

— Уходи! Прекращай уже этот нелепый цирк.

— Нелепо думать, Настя, что ты сможешь от меня спрятаться. Ложись спать. Завтра прибудет ревизор из министерства, чтобы посмотреть твои чертежи. Тебе нужны силы.

Я легла, отвернувшись к стене и ощутив, как душит ярость. Он превращал мою жизнь в бесконечный долг. Горчаков строил мою империю, участвуя во всех процессах. И это далеко не бескорыстная помощь. Он будто ставил свои метки на земле, на мне и моих людях.

Однако самое неприятное, что его помощь работала. За неделю Щепкино превратилось в промышленный узел. Дома росли, как грибы. Не далее, как вчера, мы отгрузили первую баржу. Заказы посыпались, как из рога изобилия. Чем дальше, тем страшнее мне становилось от осознания, как придется расплачиваться за этот успех.

Ранним утром, когда туман не успел сползти к реке, к воротам подъехала тяжелая министерская карета с лакированными дверцами и золочеными гербами. Из экипажа вышел мужчина, при виде которого даже мои ветераны вытянулись во фрунт.

Я и сама засмотрелась на породистого широкоплечего красавца, обладающего статью, которая дается годами военной службы и безупречной родословной. Волнистые русые волосы уже тронула первая седина на висках, а во взгляде светло-голубых глаз сквозила уверенность человека, привыкшего принимать важные решения.

Дмитрий мгновенно вырос рядом со мной, окутывая своей тяжелой аурой, словно невидимым плащом.

— Граф Андрей Петрович Сокольский, — представился гость, снимая фуражку. Голос у него оказался приятным, с обволакивающими нотками. — Инспекция по лесному ведомству. Даже до столицы дошли слухи, что здесь творится что-то невообразимое.

— Граф Сокольский? — князь опередил меня с ответом. — Не ожидал увидеть вас в нашей глуши.

— Делам империи неведомо слово «глушь», Ваше Сиятельство, — Сокольский коротко кивнул Дмитрию, после чего перевел взгляд на меня.

Рассматривал меня граф чуть дольше того, чем требовали приличия. Он будто взвешивал, составлял собственное мнение на основе разлетевшихся слухов. В его взгляде сквозило профессиональное любопытство.

— Полагаю, что вы и есть Анастасия Павловна — магистр-технолог? — Сокольский слегка склонил голову и улыбнулся кончиками губ. — Весь Петербург судачит о ваших креслах. Но меня больше интересует, что стоит за фасадом. Позволите осмотреть ваше производство?

— С удовольствием, граф, — жестом указала в сторону цеха. — Прошу следовать за мной.

Глава 65

Выдвинувшись вперед, я ощутила позади тяжелую поступь двух мужчин. О своей лесопилке я могла рассказывать часами — мне было, чем гордиться. Особенно, когда общаешься с человеком, который разбирался в столь узкой теме.

Я замечала, что Сокольский обращает внимание на идеально ровные штабеля, рассортированные по сортам и влажности, отсутствие опилочных завалов, которые мы направляли на переработку, чистоту, непривычную для лесопилок этого века.

— Поразительно! — Сокольский остановился у новой пильной рамы. — Юстировка здесь идеальная. Как вы добились такого эффекта на водяном приводе?

— С помощью магической стабилизации валов и расчета передаточных чисел, — ответила с улыбкой. — Если исключить вибрацию механизма на раннем этапе, срез получается зеркальным.

— Вы рассуждаете, как инженер, Анастасия Павловна, — граф посмотрел на меня с восторгом. — Большинство владельцев мануфактур не знают даже, с какой стороны к маховику подойти. И чистота здесь поразительная, — провел пальцем, затянутым в перчатку, по станине фуговального станка. — Везде, где мне доводилось бывать, все опилками засыпано по колено, а рабочие похожи на чертей из преисподней.

— Грязь приводит к браку, Андрей Петрович, — я пожала плечами. — В пыли не видно дефектов древесины. А брак — это потерянные деньги и время.

— А вот здесь, я вижу, что и вас не миновала общая беда, — Сокольский указал на свежую партию бревен, привезенных от соседей. — Видите эти ходы-лабиринты на коре? Короед губит лучшие ельники. Маги воздуха выкуривают паразитов дымом, но это лишь полумеры. Если личинка уходит вглубь заболони, то на доску такое бревно уже не годится. Можно отправлять только на дрова.

— Бревна привезли вечером, — я подошла к штабелю и коснулась ладонью шершавой поверхности. — Я не успела еще произвести осмотр.

Провалившись в структуру дерева, увидела ее, как сеть капилляров, внутри которой копошились личинки.

— К сожалению, этой партии дым уже не поможет, — тяжело вздохнула, окидывая взглядом довольно большой объем порченного дерева. — Но его еще можно спасти с помощью магии.

— О чем вы? — Сокольский заинтересованно приподнял бровь.

— Полагаю, если подать магический импульс определенной частоты прямо в ствол, то личинки попросту разрушатся. Вибрация разорвет мягкие ткани, не повреждая волокон дерева. Я уже давно думаю над этой проблемой и полагаю, что ее поможет решить особый прибор-артефакт, при помощи которого можно будет проверять делянки перед рубкой.

— Вы… — инспектор замер, глядя на меня восхищенно. — Вы понимаете, что ваш прибор будет значить для лесного фонда империи? Это же научное открытие! Спасение миллионов десятин леса!

— Полагаю, что никакого открытия в моей идее нет. Это всего лишь прикладная физика, а магия здесь необходима только для ускорения процесса, — улыбнулась, опираясь на трость.

— Физика, направляемая железной волей. Анастасия Павловна, — поправил он. — Слухи не врут, вы — настоящее сокровище! — Сокольский шагнул ко мне и, подхватив мою ладонь, прижался к ней губами.

За моей спиной раздалось грозное рычание. Меня как будто обдало паром, который валил от князя.

— Простите мою бестактность, княгиня, но мне кажется, что ваша хромота мешает столь деятельному уму, — Андрей Петрович с сожалением указал на трость, на которую я опиралась левой рукой. — Неужели лекари ничего не смогли сделать?

— Последствия неудачного падения, — ледяным тоном процедил Дмитрий. — Я уже вызвал лучшего костоправа из Петербурга. Полагаю, магистр Штольц прибудет со дня на день.

— Рад слышать, — Сокольский понимающе кивнул. — Такая женщина не должна знать боли. Надеюсь, господин Штольц избавит вас от этой досадной неприятности. Ваш самоотверженный труд при подобном недуге вызывает глубочайшее уважение.

После осмотра производства мы перебрались в кабинет, куда Капитолина подала нам чай с пирожками. Я разложила на рабочем столе чертежи слоеного бруса и эскизы мебели для императорского заказа.

Сокольский долго, со знанием дела, изучал их, задавая вопросы. Похвала от графа лилась рекой, но она не выглядела лестью или желанием завоевать мое расположение. Его восторги касались исключительно проделанной мной работы.

— Анастасия Павловна, ваша технология склейки волокон с магическим отводом влаги — выглядит гениально, — резюмировал итог проверки Сокольский. — Через несколько дней в Воронеже состоится прием у губернатора, на который приглашены все промышленники и лесозаготовщики губернии. Я настаиваю на вашем присутствии. Более того, прошу подготовить доклад о короеде и новых способах «лечения» древесины. Ваш метод должен быть услышан!

Выудив из кармана серебряный портсигар, граф машинально повертел его в руках, но так и не решился открыть. Холодным взглядом Сокольский посмотрел на Дмитрия.

— Разумеется, мое приглашение распространяется и на вас, князь. Но мне интересна именно «магистр Щепкина».

Дмитрий кипел от возмущения. Жар, исходящий от его тела, покалывал мне кожу. Он находился в шаге от того, чтобы выставить инспектора вон. Однако официальный статус проверяющего нашего гостя не позволял князю устроить скандал.