В потоке перемен (СИ), стр. 9

— Как завтра? Второй день его нет, сколько можно! — она с досадой хлопнула трубку на место, — Вот же паразиты, никак сантехника не дождусь.

— А в чем дело?

— Кран течет, спасу нет, как бы не прорвало.

— Я бы мог посмотреть, только инструмента нет, — предложил я.

— Вон, кладовка, — хозяйка показала на неприметную дверку в коридоре, посмотри там, от мужа осталось что-то.

Залез в кладовку — о, да тут все, что нужно, имеется. Пока хозяйка чайник на плите грела, я старый смеситель снял, да новый смонтировал, он, оказывается, уже куплен был. Потом еще по просьбе москвички бачок в туалете отрегулировал, чтобы не заедал.

— А ты ничего, рукастый, — похвалила хозяйка, — В водопроводном что ли учишься?

Ну и шуточки у нее, я сразу посвободнее себя в гостях стал чувствовать.

— В геологическом вообще-то. Но на первых курсах сантехником и электриком в общежитии работал.

— А сейчас кем?

— Если честно, то немного журналистом и писателем, можно сказать, подрабатываю. Но вы не беспокойтесь, уж о венчании я точно писать не буду. Зачем мне неприятности?

Накормила нас хозяйка от души, считай, пообедали. Потом я еще и розетки поменял ей на новые — в кладовке нашлись. Делов-то умеючи, за двадцать минут три розетки, это не спеша. А вообще хорошо поговорили, оказалось, зовут нашу новую знакомую Капитолина Ивановна, для друзей можно просто Ивановна. Дочка у нее за батюшку вышла, где-то в селе под Москвой живут. А Ивановна старая москвичка, переезжать в сельскую местность не желает, живет в столице со старшим внуком, потому как ребенку нужно хорошее образование. Так и сказала:

— Ты что думаешь, ежели он попович, то учеба не важна? Шалишь, брат, в деревне все же не Москва, уровень не тот у педагогов. А он у меня вообще-то в авиационный поступать хочет.

Прямо с гордостью так заявила. А я вообще и слова про то, что поповские дети должны непременно учиться в деревне и слова не сказал. Но Капитолина сама себе возражает, сама себе наставления дает громогласным голосом. Чем-то она неуловимо на телевизионную Авдотью Никитичну смахивает, такая же безапелляционная, громкая, решительная. Только более интеллигентная, без платка и очков. Зрение у бывшей снайперши, похоже, до сих пор что надо.

Авдотья Никитична — одна из самых любимых народом старух в СССР, эстрадный образ артиста Бориса Владимирова

Тут в дверь позвонили, хозяйка из кухни вышла дверь открыть. Из коридора послышалось:

— Пошел вон, пьянь криворукая. Уже не надо, фиг тебе, а не трешку.

Хлопнула дверь, вернувшаяся хозяйка довольно заявила:

— Явился таки алкаш, с утра зенки залил, да, видать, не догнался. Трешку он требует за работу, а то, ишь, еще три дня обещаниями меня будет кормить. А уже все сделано! Выкуся, — она даже торжествующе дулю скрутила, впрочем, в нас она ей тыкать не стала, в сторону двери погрозила, потом уже спокойным тоном произнесла, — В общем, я что предлагаю. Подходите ко мне завтра к двенадцати, поедем на электричке. Километров пятьдесят получается. Сегодня уже не выйдет, а завтра вполне.

— А может на такси, я закажу?

— Можно и на такси, коли денег не жалко, — согласилась Ивановна, — Насчет свидетелей не переживай, все будет и не узнает никто. Как, годится?

Мы наперебой заверили, что отлично все. И тут я вспомнил, что меня на Лубянку могут вызвать.

— Ох, не знаю я, меня могут дернуть внезапно завтра по работе.

— Ну, тогда позвони мне, перенесем на другой день, — милостиво кивнула головой Капитолина, — Ты же учти, не в каждый день венчаться можно. Ладно, пора вам, я думаю, скоро внук придет из школы.

Ну, раз выпроваживают, то мы распрощались, Алиса даже расцеловалась с Ивановной. Кажется, они друг другу понравились. Потом, пока шли до гостиницы, она всю дорогу трещала о нашей новой знакомой. А я шел и думал, в принципе я бы и без венчания обошелся, штамп в паспорте есть и в порядке. Но раз невеста хочет и теща настаивают, то пусть так и будет. Мне мир и взаимопонимание в будущей семье важнее вывертов идеологии. Да и с тещей получше наладить контакт не помешает. Оно ведь хоть и считается, что теща просто обязана зятя не любить, но в жизни все куда сложнее. Были у меня знакомые, у которых тещи просто обожали мужей своих дочерей.

Иной раз до анекдота доходило. Приятель мой развелся, так потом он особо и не расстраивался из-за того, что с женой расстался, а вот, что теща больше не родственник очень жалел, он с ней душа в душу жил, та даже в семейных скандалах не дочку, а его больше поддерживала.

— А как она готовит! — все восклицал и это он не о жене.

Пришли в гостиницу, в номер поднялись. Я решил душ принять, да тут не вовремя телефон заполошной трелью разразился. Алиса трубку сняла, мне в ванну постучалась:

— Тебя.

Пришлось выходить, обмотавшись полотенцем.

— Александр Глебович? — послышался знакомый голос.

— Да, Вениамин Константинович, — подтвердил я товарищу майору, попутно удивившись, странно, вроде же на завтра договаривались на утро.

— Скажите, у вас есть время? Можем встретиться сегодня?

— В принципе почему бы и нет, мне к вам подъехать? — я так подумал, что даже удобнее сегодня с визитом разделаться.

— Нет, не нужно, я сейчас в «России», — майор продиктовал мне номер комнаты, в которую следует подойти, ну, не так и близко на самом деле, здание огромное, минут десять ходьбы по коридорам до места встречи займет.

Делать нечего, объяснил Алисе, что вызывают по книге, достал материалы, переложил в отдельную папку, опять оделся, да пошел сдаваться доблестным органам.

* * *

Майор меня сразу в оборот взял, влет прочитал план, черновики первых глав, остальные страницы, на которых я список героев составил.

— Ну, что же, довольно неплохо, живо, как мне кажется, для молодежной аудитории должно пойти, — задумчиво сказал он.

Я еще ему рассказал, какой именно вижу книгу. Тут мне в голову идея пришла.

— Вообще я бы хотел ввести еще одну сюжетную линию. Кроме разоблачения контрабандистов будет еще поимка пытающегося бежать на Запад гражданина, пытающегося вывезти ценности и важные документы.

— Даже не знаю, — задумчиво произнес майор, — Очень уж избитая тема с пересечением границы.

— Зато классика, — улыбнулся я, — Скажем, пусть это будет бывший предатель, служивший немцам и понявший, что на его след вышла прокуратура, разыскивающая его за преступления, совершенные во время войны. Он пытается убежать из страны с какими-нибудь очень ценными сведениями. Например, по местам, где были спрятаны украденные в СССР исторические ценности или путь это будут данные о других спящих агентах, оставленных на нашей территории.

— Что ж, попробуйте, если есть желание, — решил офицер, — Сколько вам примерно нужно, чтобы представить готовую повесть?

— Примерно полгода, но не факт, что до лета я смогу в Москву выехать, — я сразу решил срок побольше выпросить, а то у меня и другие дела есть.

— Не обязательно в Москву ехать, вот номер телефона в Магадане, — майор протянул мне лист из блокнота, — Позвоните, наш человек проконсультирует вас, если появится такая необходимость, а также по нашим каналам передаст рукопись в Москву для проверки и рецензии. Так будет удобно?

— Да, пожалуй, благодарю вас, — я даже обрадовался, вполне удачное решение.

— Но у меня есть еще один вопрос, Александр Глебович, — майор резанул меня ставшим бритвенно острым взглядом, — Скажите, почему вы не сообщили о том, что обучались в США пилотажному делу?

— А вы не спрашивали об этом, — ответил я, попытавшись максимально успокоиться, ждал же этого разговора, но вот все равно он стал неожиданным.

* * *

[1] один из второстепенных героев романа И. Ильфа и Е. Петрова «Двенадцать стульев», поэт прославившийся фразой «волны перекатывались через мол и падали вниз стремительным домкратом», а также циклом поэм про универсального Гаврилу