Авангард (ЛП), стр. 104

Стараясь не слышать в своём воображении её крики.

— Сколько раз ты уже это для меня делал, — тихо произносит она, когда я приклеиваю последнюю повязку.

Я замираю на миг, потом продолжаю. Чувство вины сжимает сердце: в последний раз я приводил её в порядок, когда держал в плену в своём пентхаусе.

— Прости.

— Опять извиняешься. Не надо. Это полезный навык. Рада, что смогла дать тебе повод его попрактиковать.

Я качаю головой.

— Мне не нужна практика. Некоторые вещи не забываются. Я много чего делал на войне. Латал ребят прямо в бою, вроде как был полевым медиком. Знаешь, было даже хорошо — помогать, а не… — я откидываюсь назад, оглядывая свою работу. — Тебе нужно поесть. И принять вот это, — высыпаю ей на ладонь две таблетки просроченного обезболивающего. Она без раздумий проглатывает их.

Потом я откидываю покрывало — в воздух взлетает пыль от долгого простоя, — и заставляю её забраться под одеяло. К счастью, она слушается, хотя, возможно, просто слишком слаба, чтобы язвить.

Мой костюм высохнет быстро — он для этого и сделан, — а пока я нахожу в доме ещё один халат и надеваю его, затем иду на кухню поискать что-нибудь для Мии.

Кухня оказывается отлично укомплектована непортящимися продуктами: консервированный суп, крекеры, арахисовая паста — всё то, что спокойно переживёт зиму в пустом доме. Я разогреваю суп и приношу ей в постель. Она ест медленно, механически, будто забыла, как ощущать вкус.

— Нам нельзя задерживаться надолго, — говорит она между ложками. — Они будут нас искать.

— Мы можем задержаться ровно настолько, чтобы ты успела прийти в себя.

— Мне не нужно…

— Несколько дней. Неделю. Столько, сколько понадобится, чтобы ты могла ходить и не падать. — Я забираю у неё пустую миску. — А потом будем думать, что делать дальше.

— Если ты вдруг забыл, я вполне неплохо справлялась со всеми этими охранниками.

— Помню. И это чертовски сильно на тебе сказалось.

Кажется, она хочет продолжить спор, но побеждает усталость. Её здоровый глаз уже слипается, тело клонится вбок, к подушкам.

— А теперь поспи, — говорю я. — До рассвета ещё несколько часов. Я посторожу. Думаю, сейчас тут безопасно, но расслабляться не собираюсь.

— Куда ты? — её глаза распахиваются.

— Просто в другую комнату. Там есть кровать, но я всё равно не буду спать, я…

— Нет, — её рука находит моё запястье; пальцы всё ещё холодные, даже после горячего душа. — Останься. Пожалуйста.

Я не колеблюсь ни секунды.

— Хорошо, — я устраиваюсь рядом с ней на кровати, поверх покрывала. — Я здесь.

Она засыпает за считаные секунды и начинает громко, размеренно похрапывать. Этот звук успокаивает, на мгновение заставляя забыть, в какой чёртовой передряге мы оказались.

Я лежу без сна, уставившись в потолок, и ломаю голову, куда нам теперь податься, когда на запястье вибрирует часы.

Всё тело мгновенно каменеет. Бросаю взгляд на экран, почти ожидая увидеть имя Джулии, но номер неизвестный.

Стараясь не разбудить Мию, я осторожно выскальзываю из кровати и отхожу в коридор, прежде чем ответить.

— Алло? — шепчу я.

— Господи, Нейт.

Дэнни! Чёрт, как же я рад его слышать.

Его голос звучит тихо, натянуто, когда он продолжает:

— Где тебя носит? Что вообще происходит?

С чего, блять, начать?

— Что ты вообще знаешь?

— Достаточно. Мне пришло оповещение о нарушении периметра на объекте «Глобал» в Джерси. Пытались до тебя достучаться, но ответа не было. Вообще никак не могли выйти на связь. Будто линию намертво заклинило.

Заклинило. Должно быть, это сделала Джулия, как только я вошёл в комплекс, — чтобы никто, никакая аварийная команда, не смогла отвлечь меня от того, что она от меня хотела. От убийства Мии.

— Я тоже до тебя не мог дозвониться, — продолжает Дэнни. — Заехал к тебе в пентхаус — тебя там не было. Думал, может, что-то случилось, ну, с тем парнем, чьё тело я… убрал. Думал, ты влип в неприятности. Потом позвонил знакомому из службы безопасности, чтобы разузнать побольше, и он сказал, что тревога из-за того, что Конрад Марш мёртв.

Я тяжело сглатываю.

— Они знают, как он погиб?

Он делает паузу.

— Не особо. Но, слушай, он буквально в клочья. Будто какой-то чудовищный зверь разорвал его на куски, — ещё одна пауза. — Слушай, мне просто нужно знать, что с тобой всё в порядке.

— Со мной всё нормально. А что насчёт Джулии? Нашли её… она мертва?

— Про Ван Вин ничего не говорили, — отвечает он, и у меня замирает дыхание. Наверное, сообщать сотрудникам, что погибли и генеральный директор, и технический директор, — это уже перебор. Для фондового рынка это был бы сокрушительный удар: «Глобал Динамикс» погрузилась бы в хаос, который тут же перекинулся бы на весь мир.

— Нейт, — говорит Дэнни, — я должен спросить… во что ты вляпался?

— Линия безопасная?

— У меня одноразовый телефон, если ты об этом. Я понимал, какой звонок делаю.

— Хорошо, — говорю я. Затем глубоко втягиваю воздух и выкладываю ему всё — с того самого момента, как мне позвонила Джулия.

— Боже… — выдыхает Дэнни спустя мгновение. — Нейт, я…

Я морщусь.

— Теперь жалеешь, что позвонил, да?

— Ещё бы! — почти выкрикивает он. — Мог бы ещё хоть пару часов пожить в счастливом неведении. Чёрт, босс. И как мы теперь будем тебя вытаскивать?

Печально усмехаюсь.

— Мило с твоей стороны думать, что ты можешь чем-то помочь. Но боюсь, мне придётся разбираться с этим самому. Не хочу втягивать тебя, да и тебе точно больше не нужно называть меня боссом.

— Ни за что. Ты самый сильный человек на свете, а теперь, когда я знаю, что ты сделал с Конрадом Маршем, ты по-прежнему мой босс, и я буду вести себя как примерный подчинённый. Скажи, что я могу сделать, — я на всё готов, чтобы помочь тебе и твоей шпионке.

— Для начала постарайся никому не упоминать, что она работает на британскую разведку.

— Да, да, да. Не буду. Но послушай, есть одна вещь, которую тебе нужно сделать прямо сейчас. Эти часы, на которые я звоню, — тебе придётся их уничтожить. Ты же понимаешь, по ним тебя могут отследить. Знаю, что теперь, когда Марш и Ван Вин мертвы, некому дёргать за ниточки и отдавать приказы. Но не обольщайся: уже завтра кто-нибудь займёт их место, узнает правду и начнёт тебя искать.

Я опускаю взгляд на устройство у себя на запястье. Столько лет моей жизни связано с этой маленькой штукой. Брифинги перед миссиями. Отчёты о выполнении. Спокойный, властный голос Джулии, диктующий, куда идти и что делать.

— Если я уничтожу их, у меня не останется способа ни с кем связаться.

— Зато у тебя будет способ связаться со мной. — Дэнни быстро надиктовывает номер. — Запомни его. Впечатай в мозг. Когда окажешься в безопасном месте — по-настоящему безопасном, — достань новый телефон и позвони по этому номеру. Тогда я сделаю всё, что смогу, отсюда. А пока буду делать вид, что ни о чём не знаю, а вы держитесь подальше, лучше вообще уберитесь в другую страну, если получится. На сегодня никто не спрашивает, где Авангард, а смерть Марша пытаются выставить несчастным случаем. Любые реальные сведения о том, что произошло, держат в секрете. Но это только пока. В любую минуту правда может всплыть.

— Ладно, — говорю я. — Сделаю.

— Береги себя, Нейт. И не забывай, кто ты на самом деле.

Связь обрывается.

Я стою в коридоре, долго смотрю на часы. Потом выхожу в ночь, на террасу — она слегка покачивается под моим весом, — и сжимаю часы в кулаке. Металл стонет, сминается, экран трескается. Я давлю и давлю, пока от них не остаются одни осколки.

Швыряю их в тёмную гладь озера.

Когда я возвращаюсь в дом, Мия всё ещё спит. Тихо сажусь на кровать рядом с ней, снова уставившись в потолок, и долго не могу уснуть.

ГЛАВА 46

АВАНГАРД

Утром я рассказываю Мие о звонке Дэнни.