Системный тактик (СИ), стр. 41

Мира смотрела на кузину с возрастающим беспокойством.

— Кто тебе это передал, Лиана?

— Ох, дорогая, разве это сейчас важно? — тетя театрально всплеснула руками. — Я уже не припомню, с чего именно начался разговор. Несколько слов здесь, одно замечание там, случайный вопрос от знакомой… Как-то одно к одному…

— Значит, сведения уже вышли за пределы Дома, — произнес отец.

— Ох, я бы так не сказала, Эдвин, — проворковала Лиана. — Пока еще не сложился полноценный слух, которому люди готовы верить и который готовы передавать дальше. Сейчас по городу расходится лишь беспорядочный запах дыма. Я приехала проверить, есть ли пожар и не пытаются ли мои дорогие родственники тушить его занавесками.

— Если вы назовете человека, который снабжает вас информацией, — сказал я, — обещаю, мы будем передавать ему самые свежие новости напрямую. При необходимости можно составлять ежедневный отчет, чтобы избавить несчастного от труда собирать обрывки.

Лиана посмотрела на меня внимательнее.

— Все-таки я права, ты стал гораздо интереснее, Корбин. Обычно больные мальчики либо жалуются на свое состояние, либо стараются храбриться, пока их шатает от ветра. Ты же выглядишь совершенно другим человеком. Не знаю, что именно случилось с тобой во время той проверки, но в некоторых отношениях это явно пошло тебе на пользу.

Отец наконец позволил себе едва заметную улыбку, которая исчезла раньше, чем Лиана ее заметила.

Тетя поставила чашку на блюдце.

— Хорошо, тогда расскажи сам, что с тобой произошло, дорогой.

Вот этот вопрос был уже не праздным.

Лиана хотела получить версию из первых уст, чтобы затем сравнить ее с тем, что слышала до приезда. Лгать не стоило. Излишняя подробность тоже была опасна: стоит упомянуть нестабильный резерв, почти остановившийся рост каналов и запрет боевых техник, как к вечеру половина западного квартала узнает, что наследник Даллосов окончательно непригоден к боевому пути.

— Чрезмерная реакция на чужую ману, — ответил я, слегка пожав плечами. — Ни для кого не секрет, что проводимость моих энергоканалов и объем резерва хуже ожидаемого. Испытание это подтвердило, перегрузив энергоканалы. Теперь я восстанавливаюсь под наблюдением мастера Варрена и Хорна. Короткие прогулки, еда маленькими порциями, спокойные занятия и сон после обеда. Обычная скука.

Лиана слушала внимательно, не перебивая.

— Значит, непосредственной опасности уже нет?

— Так ее и не было.

— Тогда желаю тебе скорейшего восстановления, дорогой.

— Благодарю. А теперь расскажите, что нового происходит у вас.

Мира посмотрела на меня с возрастающим удивлением.

Прежний Корбин, скорее всего, смущался бы под вниманием Лианы, отвечал коротко и ждал, пока взрослые сменят тему. Я не только выдержал вопросы, но и вернул гостье ее основную роль. Она приехала в дом Даллосов, сидела в нашей гостиной и теперь должна была не только брать информацию, но и отдавать.

— Вот как. Получается, теперь мне придется развлекать выздоравливающего молодого господина новостями?

Я преувеличенно важно кивнул.

— Иначе визит нельзя будет считать полезным для моего восстановления. Сижу здесь без всякой возможности узнать, что происходит в городе, представляете? И лишь вы в силах мне помочь.

Тетя улыбнулась и защебетала:

— О, с удовольствием порадую тебя новостями! Во-первых, баронесса Хейл поссорилась со своей компаньонкой, причем сделала это во время приема, поэтому теперь о их ссоре знает весь западный квартал и половина знающих придумывает причины. Во-вторых, супруги Вейр на прошлой неделе принимали представителя гильдии портных и обсуждали поставки тканей из арочных миров. Насколько я понимаю, их дела идут заметно лучше, чем они показывают окружающим. В-третьих, в лицее снова обсуждают осенние испытания, потому что один из учеников старшего курса решил просить досрочного допуска к наблюдательной практике при Арке.

Последняя новость показалась интереснее прочих. Получается, кто-то с нашего курса решил, что готов для отборочного теста?

Мира впервые за встречу немного расслабилась. Разговор перешел на посторонние вещи, и теперь ей не приходилось ждать следующего вопроса о моем здоровье.

— А что нового произошло у вас лично? — спросил я.

— У меня кошмарно мало событий, достойных чужого внимания, дорогой Корбин. Крыша не течет, садовник пока выполняет обязанности, а управляющий записывает сумму расходов все более мелким почерком, хотя сама сумма от этого почему-то не уменьшается.

— Жаль. Это был бы весьма полезный навык, достойный отдельного класса.

Лиана улыбнулась.

— Если найдешь мир за Аркой, где расходы уменьшаются от размера записанных цифр, сообщи мне первой. Я немедленно переселю туда управляющего.

Разговор стал почти обычным. Я все еще оставался слабым мальчиком в кресле. Мира следила, не бледнею ли я, отец продолжал оценивать каждую реплику. Лиана, наверное, замечала гораздо больше, чем показывала.

Однако теперь я не был предметом обсуждения. Я стал полноценным участником разговора, способным спрашивать, шутить, менять тему и решать, какую информацию отдавать.

Минут через десять тело напомнило, что разговоры тоже требуют сил. Спина затекла, бедра начали ныть сильнее, а удерживать плечи расправленными становилось все труднее. Я незаметно перенес вес на подлокотник, однако Лиана заметила движение раньше матери.

— Пожалуй, тебе действительно пора отдохнуть, дорогой. Я вижу, что ты устал, и не хочу задерживать тебя только ради собственного любопытства.

— Приезжайте завтра, и тогда любопытство не придется удовлетворять за одну встречу.

Лиана рассмеялась.

— Я рада была тебя увидеть, но, прости, не могу позволить себе приезжать так часто. Дела, встречи. Слишком многое требует моего постоянного участия.

— Корвину действительно пора отдохнуть, — мягко сказала мама.

На этот раз ее слова прозвучали уместно. А еще я был благодарен, что она не прервала разговор слишком рано и не попыталась отправить меня в кровать после схлынувшего румянца.

Я поднялся, опираясь на подлокотники. Отец сделал едва заметный знак, и Томас появился у приоткрытой двери, будто все это время ждал неподалеку.

Лиана тоже встала и подошла ближе, давая полюбоваться на теплую улыбку и предельно равнодушные глаза. Обнимать меня не стала, только взяла за руку на несколько секунд. Ее ладонь была теплой, пальцы сжали мои осторожно, без проверки силы.

— Выздоравливай, Корбин. Я действительно рада видеть тебя.

— До свидания, тетя Лиана. Спасибо, что приехали. Я тоже всегда рад вас видеть.

Слово «тетя» заставило ее улыбку вспыхнуть ярче. Возможно, под связями, острым языком и привычкой собирать сведения действительно скрывалась привязанность к семье. Где-то очень, очень, очень глубоко.

Я вышел вместе с Томасом. Отец коротко раскланялся с Лианой и покинул гостиную следом за мной. Через несколько шагов он догнал меня, поравнялся и направился рядом. Томас немного отстал, давая нам возможность поговорить.

— Лиана узнала слишком многое и слишком быстро, — сказал я отцу негромко. — У меня сложилось впечатление, что кто-то из слуг не удовлетворился общей версией и вынюхивал причины произошедшего.

Эдвин покосился на меня.

— Продолжай.

После долгого разговора слова давались тяжелее, а раздражение из-за разошедшихся сведений оставалось свежим. Поэтому следующая фраза получилась жестче, чем следовало.

— Если кто-то из наших слуг столь яро жаждет выведать тайны и рассказать их за пределами Дома, это уже не наш слуга.

Сзади раздался слабый шорох ткани.

Томас оказался ближе, чем я рассчитывал. Я сказал это не только отцу, я позволил себе высказать подозрения при слуге.

Лицо отца сразу изменилось, стало еще жестче.

— Томас, подожди нас у поворота, — произнес он, не повышая голоса.

— Да, милорд…

Отец дождался, пока лакей отойдет достаточно далеко, затем остановился возле окна. Мне тоже пришлось остановиться, хотя ноги уже просили скорее добраться до комнаты.