Бегом за черным псом. Иногда стоит свернуть с правильной дороги, чтобы найти свою, стр. 4

Остальные молчали.

Что, черт возьми, происходит? Агентство разорилось? Но все улыбались, кое-кто даже посмеивался, словно ничего не случилось. Чиспи продал бизнес? Нас перекупили? Или, точнее, купили агентство вместе со всеми, кроме меня? Как такое возможно? Я же лучший…

– Давай, Гермиона.

– Сказать ему? – хихикнула Гермиона. Она работала не брокером, а личным секретарем босса, а значит, была королевой агентства. Красавица, всегда элегантная, порой чересчур кокетливая, но отнюдь не глупышка. Совсем наоборот. В своем деле она была безупречна. Гермиона быстро поняла, что не интересует меня как женщина, и со временем мы стали почти друзьями. Она любила надо мной подтрунивать, мы иногда обменивались шутливыми комплиментами, но никогда не переходили черту. Ник утверждал, что я ханжа и что она точно в меня влюблена, но мне было все равно – я любил Сьюзан, а Гермиона была просто коллегой: очень красивой коллегой, но не более того.

– Мне выпала честь ему объявить? – повторила она и бросила на меня один из своих взглядов. – Да ну, шеф, – так она называла Чиспи, – скажи сам, мне-то Марк не поверит, – и подмигнула.

Ладно, явно намечалось что-то серьезное, и я уже начинал злиться – у меня была гора работы. К чему эта пустая трата времени?

– Тогда давайте покончим с этим, – прогремел Чиспи, выпрямился во весь свой внушительный рост и изобразил на лице то, что должно было сойти за широкую улыбку. – Теперь мы с тобой партнеры, Марк, – объявил он. – Ты и я – партнеры, – подчеркнул он с удовлетворением. – Мне нужен был компаньон, и я выбрал тебя, да-да. Все здесь с этим согласны. Партнер, понимаешь? С сегодняшнего дня. Решение принято.

– Что? – я не был уверен, что правильно расслышал. – Партнеры?

– Ну да!

– Партнеры?

– Партнеры. Я и ты!

Он и правда мне это предлагал. Вернее, уже все за меня решил.

Я мгновенно оцепенел. Так всегда бывало: едва эмоции пытались взять верх и унести меня неведомо куда, как я превращался в глыбу льда. В айсберг. Становился Арктикой и Антарктидой, вместе взятыми.

Так случалось и со Сьюзан, и во множестве других важных моментов моей жизни. Как сейчас, когда мне предлагали стать партнером Toys & Bulls. Стать партнером Toys & Bulls – это чертовски круто. Не буду вдаваться в подробности и объяснять значение такого предложения, но в тот момент я отчетливо понимал все открывающиеся передо мной перспективы до единого нюанса. Я сидел в своем плетеном кресле, застывший, вмерзший в собственный лед. Следовало вскочить, схватить бутылку, на этот раз самому налить шампанское Чиспи и закричать, что я счастлив. Следовало ликовать, ведь это грандиозный успех, и гордиться собой – я так много работал ради этой цели.

Но я не ликовал, не разливал шампанское и не выказывал никаких эмоций. Только сказал:

– Черт возьми… Вот уж не ожидал.

С нарочитым спокойствием я поднялся с места. И тут же почувствовал, что как будто стал выше на целую голову. Слишком высоким и в центре всеобщего внимания, которого в тот момент совсем не хотел.

– О, смотрите! – Гермиона включила свою проницательность. – Делает вид, что ему все равно, но готова поспорить – он сейчас разрыдается от счастья.

И тут же зааплодировала, а с ней и Чиспи, громко отбивая ладони, и все остальные. Тогда и я начал хлопать, мы все хлопали и хлопали без конца, и со всех сторон неслись поздравления. Кто-то бросил «соболезную» – я не сразу понял кто. Если подумать, возможно, та же Гермиона.

Потом с видом хозяйки положения она велела стажеру, который работал в агентстве всего несколько месяцев, освободить стол и водрузила передо мной бутылку шампанского:

– Эту откроешь ты, – и раздала всем чистые бокалы.

Потом, оглядев присутствующих с видом человека, который знает обо мне больше меня самого, заявила:

– Видите, как он успел измениться? Всего десять минут в роли будущего партнера, а он уже чувствует себя слишком крутым – с этой его цыганской физиономией и каштановыми кудрями…

В этот самый момент мне удалось наконец выбить пробку из бутылки. Я с аптекарской точностью разлил шампанское по бокалам, не пролив ни капли. Плеснул стажеру, не забыв посмотреть ему в глаза, чтобы и он почувствовал себя частью команды, а не просто мальчишкой на побегушках.

Налил Чиспи – тот мгновенно осушил бокал и потянулся за добавкой. Я открывал бутылку за бутылкой и продолжал разливать. Рука не дрогнула ни разу. Полный самоконтроль. Тосты следовали один за другим.

Когда я наполнял бокал Гермионы, она шепотом подколола меня:

– Уже играешь в босса, да? – Затем отвернулась и кивнула Чиспи.

Тот кивнул в ответ и снова протянул мне пустой бокал:

– Мы сделали это, Марк! – радостно прокричал он, уже изрядно захмелевший, как и все остальные. – Сделали!

– А вот и договор, – Гермиона властно кивнула стажеру, и тот торжественно водрузил на стол прямо передо мной небесно-голубую папку с документами. – Держи, это все твое, шеф, – прощебетала она.

Нет, мне совсем не хотелось, чтобы она называла меня шефом.

– Документы для изучения, – потом она медленно растянула мое имя. – Мааарк… – и добавила: – Учти, ты еще не партнер. Станешь им, только когда все это подпишешь… – словно говоря: «А пока особо-то не зазнавайся».

– Я специально выбрала голубую папку, – продолжила она, опершись о край стола и скрестив руки на груди. – Есть в этом что-то метафизическое, не находишь? Какая-то трансцендентность, – произнесла она с издевкой, жестикулируя словно ведьма, накладывающая заклятие.

Я поставил бокал на стол.

– Великий момент, – снова произнесла она.

Чиспи встал рядом, и оба уставились на меня.

Остальные не обращали на нас никакого внимания, болтая между собой. Казалось, в переговорной остались только я, Чиспи, Гермиона и эта голубая папка с документами, ждущими подписи. Партнер.

Я протянул руку, чтобы открыть ее и заглянуть внутрь.

– Десять лет, Марк, – сказал Чиспи. – Таков период нашего соглашения, понял? Я предлагаю тебе партнерство на десять лет. Солидный срок и весь в нашем с тобой распоряжении.

– Десять лет? – вопросил я со странной интонацией, а потом зачем-то повторил за ним, будто не расслышал: – Десять лет?

– Ну да, – воскликнула Гермиона. – Десять лет партнерства в агентстве.

Я поймал ее взгляд. Мне показалось, что она насмехается надо мной. Или я ошибался? В тот момент мне было сложно разобрать.

– Десять лет, – кивнул я, словно до меня наконец дошло.

– Знаешь, что такое десять лет? – спросила она.

– Приличный срок, – я улыбнулся, давая понять, что совсем не против.

– Десять лет – это живот побольше и волос поменьше, – торжественно вынесла вердикт Гермиона.

– Что, прости?

– Прибавка в талии и дефицит волос.

Я уловил в ее словах иронию, но понимал, что шутит она лишь отчасти.

– Что? – снова переспросил я как дурак.

– Да… – хихикнула Гермиона, – в общем-то вот и все.

Тишина. Я потерял дар речи. Остальные тоже молчали. Десять лет. Больше живот, меньше волос.

– Что с лицом? – спросила она насмешливо. – Для тебя ничего особо и не изменится. Ты и так всю жизнь сидишь за компьютером, только теперь будешь делать это в качестве партнера. Десять лет партнерства – разве что-то изменят?

Она фыркнула, словно от скуки. К пузу и намечающейся лысине добавился образ меня, намертво приросшего к монитору.

– Что ты молчишь? – не унималась она.

Я покачал головой.

– Давайте еще выпьем, – вмешался Чиспи и сам принялся разливать по бокалам, наполнил и мой.

Когда-то при его появлении девушки шушукались и украдкой толкали друг друга локтями. Я взглянул на него так, как не смотрел никогда прежде.

Он был красивым мужчиной, но только сейчас я заметил, как сильно он изменился: Чиспи стоял с бокалом в руке – сутулые плечи, выпирающий живот, волос почти не осталось, зато появился внушительный второй подбородок. На сколько он старше меня? Лет на пять максимум. Точно не больше. Всего-то пять лет! Он работал день и ночь, и жена, устав от такой жизни, недавно от него ушла.