Ядовитый Венец, стр. 32
Шип усмехнулся и цокнул.
— Я знаю, каково это — оказаться в чужом месте совсем одному.
— Что?.. — глаза Астры расширились. — Ты пошел туда ради меня?
— Хитиноры никого не щадят, — тихо ответил Шип. — И наши ждали за дверью. Никто бы не оставил тебя там одну. Или ты уже забыла, что все еще наша жертва?
Астра неожиданно для самой себя слабо усмехнулась. Она понимала на что намекал Шип.
— Я все равно им не доверяю.
Люминар пожал плечами.
— Бывают исключения. Если мне суждено выживать рядом со сколиями, пусть так и будет. И как бы тебе этого ни хотелось, Ася и Жал сейчас наши вынужденные союзники.
Астра нахмурилась. Несколько секунд она смотрела на него молча, потом все-таки спросила:
— Кто он? Скажи правду. Я видела, как перед Жалом все склоняются.
Шип долго молчал. Делал вид, что рассматривает комнату, будто это внезапно стало важнее ее вопроса. Потом снова наткнулся на ее выжидающий взгляд. Астра чуть склонила голову набок и не отвела глаз.
— Жал — старший сын короля. Наследник.
Астра едва не раскрыла рот и нахмурилась. Внутри болезненно кольнуло от осознания.
Жал. Тот самый, кто участвовал в сожжении Зеленого Венца. Кто так спокойно убивал люминаров. Кто держал ее над лесом и мог разжать руки в любой момент. Сын короля. Того, кто годами позволял этим землям захлебываться страхом, выкачивал магию из люминаров до последней капли, возвышал хитиноров и давил всех, кто не родился крылатой тварью.
— Но он не такой, как король, — быстро добавил Шип, заметив, как изменилось ее лицо. — Жал не разделяет взгляды Верховного Роя. Он слишком свободолюбив, чтобы хотеть власти. Честно? Я сам не знаю, какой он на самом деле. И никто, кроме Аси, не знает.
Астра опустила взгляд на обожженное запястье.
— Пока хитиноры живут как короли, — твердо сказала она, — спят на мягких кроватях и едят лучшую еду, не вздрагивая от каждого шага за дверью, люминары гниют в темницах и дохнут там, как нищие рабы. Ты видел их лица? Они уже не живут.
Шип медленно покачал головой.
— Пока существует кто-то сильнее тебя, ты всегда будешь стоять на коленях, — спокойно сказал он. — Этого не изменишь ни ты, ни я, ни даже Жал.
Дверь внезапно открылась, и Астра вздрогнула, инстинктивно выставив перед собой руки. Ася изогнула бровь и едва не засмеялась с ее нелепой стойки.
— Вижу, тебе лучше.
В руках Ася держала сверток из широких влажных листьев, перевязанный тонкой лозой. Она положила его на кровать и отошла к стене, скрестив руки на груди.
— Ешьте. Нашла только это.
Внутри свертка лежали холодные пыльцевые лепешки с горьковатым ароматом и несколько кусков вяленого волокнистого корня. Астра и Шип быстро все съели как дикари. Но вместе с сытостью пришла память о тощих люминарах за решетками, которые ели один-два раза в день, если вообще доживали до своей миски. Стало стыдно.
— А если бы моя магия все-таки пробудилась? — вырвалось у Астры.
— Давай без своих комментариев, — сразу отрезала Ася. — Там были наши на крайний случай.
— Если бы это случилось?
Ася шумно выдохнула и закатила глаза.
— Значит, отправилас-сь бы за решетку. Не жди от меня сожаления, сорнячка. Я тебе не мать и не с-сестра.
Астра посмотрела на пустые листья, на крошки лепешек, рассыпавшиеся по черному настилу, и заставила себя сказать:
— Спасибо.
Ася посмотрела на нее чуть дольше обычного и кивнула.
— До вечера можете оставаться здесь, — сказала она. — Но не болтайте слишком громко. За стеной комната Свист. Я закрою дверь и скоро вернусь.
Она вышла, и спустя секунду замок щелкнул. Астра долго смотрела в стену, на темные прожилки древесины, и вспоминала дом в Зеленом Венце. Там в окна всегда лился солнечный свет. Пиона ворчала, что Астра слишком долго спит, а Азалия улыбалась, заплетая ей волосы, и нудно рассказывала что-то о лесах. Здесь же кожа Астры постепенно теряла блеск, становилась сухой и тусклой.
— Чья это комната? — спросила она.
Шип пожал плечами.
Астра обернулась к столу и подошла ближе, разглядывая баночки и чаши. Ее взгляд сам собой задержался на сухоцветах в вазе. Она не была уверена, но, когда наклонилась и вдохнула аромат, сомнения исчезли. Полынь. Это точно была комната Жала.
Астра посмотрела в окно и невольно коснулась щеки. Что было после того, как Жал принес ее сюда? Ей это привиделось или он и правда коснулся ее?
Она не могла перестать думать о хитиноре. Почему он снова ее спас? Вынес из зала на руках, будто не хотел, чтобы кто-то причинил ей еще больше боли. И почему Ася помогает им, пусть даже по-своему, через угрозы и грубость?
— Ты доверяешь этим хитинорам? — спросила Астра.
— Да, — ответил Шип без колебаний. — И ты заблуждаешься, если думаешь, что люминары обязательно будут на твоей стороне. Будь у меня выбор между мной и тобой, я выбрал бы себя.
Астра скривила рот.
— Спасибо за честность.
Она подошла к шкафу и начала открывать ящики. В одном лежала старая одежда, насквозь пропитанная смолой. В другом — рваные сапоги, ремни и ржавые пряжки. Ни оружия, ни хотя бы чего-нибудь острого на крайний случай.
Астра закрыла шкаф и опустилась на пол, прислонившись спиной к стене. Она вздохнула и уткнулась лбом в колени. Тело ныло, ожог на запястье пульсировал и горел. Казалось, эта бесконечная боль никогда не закончится. Но, вспоминая бедных люминаров, она не могла жалеть себя. Особенно сейчас, сидя в королевской комнате. Кто бы мог подумать, что Жал окажется сыном короля?
— Мне нужно в туалет, — глухо сказала она.
— Потерпи, — ответил Шип. — Скоро уйдем в лес.
Астра подняла голову.
— Почему появилась печать, если у меня есть магия?
— Потому что не было отклика, — сказал Шип. — Я не до конца понимаю, как это работает, но, если люминар начинает светиться в ответ на ударную волну, его сразу забирают. Ты не засветилась, значит браслет справился со своей задачей.
Когда за дверью послышались шаги, они замолчали. За стеной кто-то тихо говорил, и постепенно Астра начала различать звуки. Сначала донеслись глухое кряхтение и тяжелое дыхание. Она насторожилась, решив, что кого-то пытают. Но затем послышались приглушенные женские стоны и скрип дерева прямо возле уха.
Астра недовольно выдохнула и снова уткнулась лбом в колени.
Время тянулось мучительно медленно, Астра, и Шип успели задремать. Наконец в замке провернулся ключ, и они оба вздрогнули. Астра ожидала снова увидеть Асю, но в комнату вошел Жал.
Он всего лишь переступил порог, однако пространство сразу будто стало теснее, как бывает в лесу перед грозой.
— Нужно идти, — коротко сказал он и перевел взгляд на Астру.
Люминарка поднялась с пола, избегая его взгляда.
— Печати есть, — сказал Шип, вставая рядом. — Все в порядке.
Следом вошла Ася. На ее поясе висели два меча, и Астра задержала на них взгляд. Оса заметила, чуть прищурилась, но ничего не сказала. Они вчетвером вышли в коридор.
Повсюду стояли королевские сколии. Одни охраняли повороты, другие проходили мимо, цепляясь взглядами, полными подозрений и голода.
Они спустились к нижнему выходу. За стенами кто-то стонал, где-то глубже плакал ребенок. Астра вспомнила Лунарию и Лунника в колонне рабов и ухватилась за эту мысль, как за единственную цель. Желание что-нибудь сделать рвалось наружу, но Шип, будто прочитав ее мысли, легонько подтолкнул ее вперед и едва заметно качнул головой.
Они выбрались наружу через боковой проход, скрытый за переплетением толстых корней. Ночь давно опустилась на лес. Луна скрывалась за тучами, и лишь редкие звезды тускло мерцали в разрывах облаков.
Жал повел отряд в лес. Следом двигались двое сколиев и двое осов. Астра замечала, как осы искоса поглядывают на нее. Даже став вынужденными союзниками, они не могли скрыть голод, который пробуждал в них сладкий запах люминарской крови. Они терпеливо ждали подходящего момента.