Феодал. Том 7 (СИ), стр. 10

— Погоди, — отмахнулся я от неё и выслушал холодные негодования дворецкого, кивая на его замечания.

Девочка становилась то на носки, то на пятки, заложив руки за спину, и внимательно рассматривала богатый интерьер графской усадьбы. Так уж получилось, что она оказалась единственной дамой в царстве мальчишек.

— Благодарю, что не применяли к ним силу и терпеливо ко всему отнеслись. Я отмечу это графу, а это вам за беспокойство, — я протянул ему деньги, но дворецкий отодвинул их ладонью в перчатке.

— Не стоит, я восприму это как оскорбление. Вы гость моего господина, а я всего лишь делал свою работу. Устных извинений достаточно.

Меня это удивило, нечасто люди из принципов отказывались от денег, но, возможно, он их не брал, побоявшись доноса. Надо будет наедине потом ещë раз предложить.

— Вы отлично справляетесь, Станислав Юрьевич.

— Благодарю, — тот пытался сохранить невозмутимость, но обращение по имени вывело из равновесия, он точно помнил, что не представлялся.

— Я с ними поговорю, такого больше не повторится. Накормите, пожалуйста, девочку.

— Я не как они, едой бросаться грех, — замотала головой Камилла.

Ребят подлечили, хорошенько вымыли и подстригли налысо, выдали новую качественную одежду без дыр и клопов, а потом отправили спать по разным комнатам. Уставшие, они быстро задрыхли без задних ног на радость намаявшейся прислуге.

За день у них, как и у меня, пролетело слишком много событий. Чуть перекусив, я тоже улëгся в гостевой комнате, перетасовывая в уме новые факты. Так и уснул.

Наутро после короткой взбучки моим протеже я разделил завтрак с графом.

— Зачем тебе столько детей, Владимир? Ты их солить собрался?

— В детинец зашлю, пусть военному делу учатся, гриднями станут, — отчасти это было правдой, но Кержапольскому лучше не рассказывать об истинных планах и ценности каждого желторотого босяка. — А чего время зря терять? В Ростове их мало, а люди мне нужны, Таленбург сам себя не поднимет.

— Избавляете, значит, нас от преступности? Похвально-похвально, — ответил тот, отпивая горячий кофе.

Не поверил. Да плевать на него.

— Вы не против ещë пары таких пополнений?

— О нет, не бери в голову. Я рад оказать эту мелкую услугу. Кажется, мы не с того начали наше знакомство, будем же друзьями. А друзья помогают друг другу. Твои слова, кстати, подтвердились. Я о проверке. Кто бы мог подумать? Эти люди пользовались моим доверием…

— За дружбу, — шуточно приподнял я чашку. — Когда мне ждать следующей экспедиции? — спросил я, имея в виду уничтожение некромантов.

— Своими силами хоть каждый день, но сейчас Его Величество сосредоточен на ином проекте. Думаю месяца через два-три.

Ага, значит, большое количество разведчиков куда-то перебрасывают. С учëтом недавнего поступления 4000 глипт готовится нечто масштабное.

— Без поддержки экспедиционного корпуса, боюсь, это самоубийство, — я перекинул подачу обратно, снимая с себя ответственность и тут же уточнил. — А что за проект, вам запрещено про него говорить?

Валентин вытер рот салфеткой и дождался, пока слуга выйдет с нашим подносом, на котором лежали пустые подставки для яиц всмятку.

— Отчего же? Все давно уже в курсе. Это экспедиция в отдалённые районы «Жёлтого-6». Наши учёные нашли доказательства… Хотя пока рановато распространяться. В общем, ваши глипты помогут с передвижением по снежным равнинам. Ещё где-то месяц на подготовку и в путь.

— Как интересно… В такую погоду понадобится огромное количество еды для магзверей и не простой. Той, что не замёрзнет, превратившись в лёд. Такой неудобный груз не позволит взять ничего лишнего.

— Мы не рассчитываем, что все твари выживут, купим у вас новых.

— Зря, если не сделать всё по уму, меньше добычи увезёте. Кстати, о продаже глипт…

Мы сошлись на старой цене в 5 тыс. рублей за магзверя и стабильные ежемесячные партии в 100 штук, на 40 больше, чем раньше. Обязательным также было особое условие сделки: несколько раз в год внеплановые поставки для срочных нужд государства. Имеются в виду огромные количества глипт, как вот недавно у меня отобрали, но в этот раз император любезно согласился заплатить. Само собой, по жирной скидке в 60%.

— Для тебя это будет 70% за моё посредничество. Я убедил Его Величество не втягивать тебя в кабалу.

— 10% справедливая плата, — согласился я, начиная подозревать, что это не последний наш договорнячок, Кержапольский хотел отбить свои инвестиции. — Тогда и с моей стороны встречное предложение.

— Слушаю.

— Я готов решить вашу проблему с провиантом для экспедиции. У нас есть особый способ изготовления каши в брикетах. Её так удобней дозировать и переносить, в Межмирье для нас это давно эталон. Договоримся: я продаю их вам по своей цене, а вы дальше армии по какой сочтёте уместной.

— Хотите заработать на казённых подрядах?

— Без вашего прикрытия ничего не получится. Константин потребует от меня готовить их бесплатно или по себестоимости. Тогда пиши пропало. Но если преподнести это как ваше решение и ваше производство… Внакладе никто не останется.

— И тебя устраивает вот так пылиться в тени?

— Я хочу денег, много красивых, шелестящих и звенящих денежек. Благодарность императора оставьте себе — мне за неё ничего не купить.

Мы обсудили цену брикета, объёмы, сроки, перевозку, а затем ударили по рукам. Это был очень жирный заказ. Себестоимость брикета пять рублей, я его согласился продавать за шесть. За один день экспедиции Его Величества мне капнет в карман 4 тыс. целковых. А вот Валентин мог продать его и по десять рублей за штуку…

Сверхзадача заключалась в следующем: мощность кухни в Таленбурге позволяла производить в месяц только 60 000 брикетов, а надо было 170 000, чтоб и себе, и на продажу. Однако у нас имелся неприкосновенный запас в хранилищах…

«Наберём подёнщиков побольше, Марич что-нибудь придумает», — отмахнулся я от этой проблемы.

К тому же к нам каждый день приходила новая рабочая сила — её надо было куда-то временно приткнуть до распределения, вот пусть и батрачат на благо феода.

Завтрак закончился плодотворно. Граф отъехал по делам, а мне пора было отлавливать свои бриллиантики в трущобах. Столица на них богата, и брать мы старались именно сирот, за которыми никого из родителей или родни не было. Таких, к сожалению, хватало.

Зачинщики беспорядков в столовой были наказаны работой в конюшне, в то время как остальных сводили к вивернам, дали их погладить, а некоторых даже прокатили. На целый день за детьми приставили трёх слуг: водили по усадьбе, вкусно кормили, развлекали так, что времени на баловство почти не оставалось. Правда, за старые игрушки графских детей чуть не разыгралась трагедия с дракой, но еë удалось погасить в зародыше благодаря Камиле.

Мои следующие два дня от рассвета до заката проходили однообразно. В общей сложности удалось собрать 72 сироты с серьёзными задатками в магии. Большинство из них до конца жизни могли так и не узнать, насколько они ценны. Такое случалось сплошь и рядом. Кое-кого из взрослых я тоже прихватил.

Разъяснительная беседа была отложена до отъезда, чтобы не повторяться по десять раз. Нобу заглянул ко мне с утра, сказав, что всех собрали у ангара с вивернами. Нанятые разведчики были готовы перевезти всю нашу компанию в Таленбург.

— Погоди, я тебя знаю, — сказал проходивший мимо нас наследник Кержапольского, похоже, вернулся из поездки в Европу, Валентин хвастался как-то, что сын летает туда на турниры. — Я тебя тогда отделал, помнишь?

Обращался Василий Кержапольский не ко мне, а к Нобуёси.

— Да, ты тот самый слепой, ха! Ты же должен был сдохнуть под забором, как бездомный пёс. Какого дьявола ты здесь забыл?

— У вас претензии к моему гридню? — спросил я его.

— А ты ещё кто такой? Это твои лысые выродки орут там?

— Барон Владимир Черноярский, — представился я. — Лысые дети мои, то профилактика вшей. Мы скоро покинем вас, и неудобства закончатся.