Истинность отменяется, дракон! (СИ), стр. 43

— Формула останется. Люди будут произносить её.

— Но технически связь уже будет закрыта до ответа, — сказала я.

Нисса кивнула.

— Судя по схеме, Камень создаст окончательный слой в момент определения.

Я вспомнила своё запястье. Два рисунка. Верхний слой. Тот, который мне удалось отделить только потому, что исходный знак ещё оставался незавершённым.

— А потом снять его?

Нисса посмотрела прямо на меня.

— Скорее всего, уже нельзя.

В комнате стало тихо. Я пыталась совместить услышанное с женщиной, с которой только что разговаривала. Флавия признаёт ложь системы. Флавия хочет вернуть добровольность. Флавия понимает, что людей нельзя заставлять. И Флавия же подписывает распоряжение, которое через два дня уничтожит возможность отказа для сотен человек.

— Не сходится, — сказала я.

— Что?

— Её позиция.

Эрвин положил лист.

— Сходится.

Я взглянула на него.

— Как?

— Она сказала, что хочет реформировать систему так, чтобы не потерять старые линии.

—И?

Он указал на список.

— Сначала закрепить последнее поколение рассчитанных союзов.

Я поняла. И от понимания стало ещё хуже.

— Она хочет получить запас времени.

Нисса медленно кивнула.

— Похоже на то.

— Эти пары дадут наследников с нужными родовыми сочетаниями. Великие дома получат ещё одно поколение стабильности.

— А после этого, — сказал Эрвин, — Флавия сможет вернуть добровольный принцип, не опасаясь немедленного ослабления линий.

Я смотрела на её подпись.

— Она собирается начать свободу после того, как заставит последнее поколение заплатить за переход.

Никто не спорил. Потому что так всё и выглядело. Морально отвратительно. Логически — почти безупречно. Если Флавия действительно верила, что резкая свобода способна ослабить защиту Империи, массовое закрепление рассчитанных союзов давало ей двадцать или тридцать лет для реформы. За счёт нескольких сотен людей.

— Она знает, что мы нашли старый принцип, — сказала я.

— Да, — ответил Нисса.

— Знает, что я смогла снять незавершённую метку.

— Да.

— Значит, поэтому торопится.

Эрвин взял распоряжение.

— Великое Соединение наверняка планировали раньше.

— Планировали, — сказала Нисса. — Через четыре месяца.

— А теперь через два дня.

— Перенос подписан вчера вечером.

Я почувствовала, как вся картина встала на место. Вчера вечером. После того как я сняла метку. После того как слух разошёлся по столице. После того как сотни людей в Зале увидели, что отказ возможен. Флавия поняла: если ждать четыре месяца, кто-нибудь ещё попробует. Потом ещё.

А если правда выйдет наружу раньше церемонии, несколько сотен рассчитанных союзов могут никогда не состояться.

— Она не просто готовит реформу, — сказала я. — Она закрывает последнюю дверь, пока люди ещё не знают, что она существует.

Нисса сложила руки.

— Именно поэтому я пришла.

Эрвин посмотрел на список.

— Где проходит Соединение?

— В Большом Зале дворца.

Я нахмурилась.

— В Зале Истинности?

— Нет. Центральный Камень соединён с дворцовым узлом. Для Великого Соединения используется главный зал над нижней камерой Реестра.

— Нижней камерой?

Нисса посмотрела на меня.

— Туда ведёт технический доступ к самому механизму.

Я почувствовала, как появляется новая мысль. Эрвин заметил.

— Нет.

— Я ещё ничего не сказала.

— Знаю это выражение лица.

— Мы знакомы два дня.

— Достаточно.

Нисса посмотрела между нами.

— У меня есть схема дворца.

Эрвин повернулся к ней.

— Зачем?

— Я архивист.

— Это не объяснение.

— Для меня объяснение.

Я невольно улыбнулась. Совсем ненадолго. Потом снова посмотрела на подпись Флавии.

— Она правда думает, что спасает Империю.

— Да, — сказал Эрвин.

— И именно поэтому её будет труднее остановить.

— Да.

Нисса закрыла папку.

— Намного труднее.

Я указала на дату.

— Через два дня.

— Да.

— И после церемонии все эти метки станут окончательными?

— Если техническое распоряжение исполнено так, как я его читаю, — ответила Нисса, — сотни назначенных союзов закрепятся одновременно.

— И отменить?

Она покачала головой.

— Уже будет невозможно.

Глава 9. До полуночи

Нисса развернула схему дворца прямо поверх документа с подписью Флавии. Карта оказалась достаточно большой, чтобы занять почти весь стол. Знакомые мне парадные залы располагались только в верхней части рисунка; ниже начиналась другая архитектура — узкие служебные коридоры, лестничные шахты, закрытые помещения и система линий, сходившихся к круглой камере под центральным крылом.

— Нижний контур Реестра здесь, — сказала Нисса и коснулась пальцем круга. — Большой Зал Великого Соединения находится непосредственно над ним. Во время церемонии центральный механизм соединяется с дворцовым узлом через четыре вертикальных канала.

Эрвин стоял справа от меня, склонившись над картой.

— Входы?

— Два официальных. Один технический.

— И четвёртый? — спросила я.

Нисса посмотрела на меня.

— Откуда вы взяли четвёртый?

Я указала на схему.

— Три прохода нарисованы одинаково. Здесь линия тоньше, но тоже упирается в камеру.

Она приблизила карту.

— Это не проход.

— Тогда что?

— Старый канал обслуживания. Его закрыли после перестройки дворца.

— Полностью?

— По документам — да.

— После последних двух дней выражение «по документам» перестало меня успокаивать.

— Меня оно никогда особенно не успокаивало.

Эрвин выпрямился.

— Предположим, мы попадём в нижнюю камеру. Что дальше?

Я посмотрела на распоряжение Флавии.

— Отключаем изменение.

Нисса покачала головой.

— Нельзя.

— Почему?

— Потому что это не отдельный рычаг, который можно повернуть обратно. Техническое распоряжение уже внесено в подготовительный контур. Само Великое Соединение начнёт загружаться сегодня в полночь.

Я перевела взгляд на окно. День ещё только перевалил за середину.

— Что значит «загружаться»?

— Центральный Камень получает список участников, родовые приоритеты и параметры окончательного закрепления. После полуночи он переходит в закрытый режим подготовки.

— И изменить программу уже нельзя?

— Через обычные печати — нет. Любая новая команда будет отвергнута до окончания церемонии.

— Значит, у нас меньше двенадцати часов.

— Для обычного вмешательства — да.

Эрвин положил ладонь на край стола.

— А для необычного?

Нисса посмотрела на него.

— Именно это нам нужно выяснить.

Я снова прочитала распоряжение Флавии. Сотни назначенных союзов. Два дня. В полночь система начнёт готовиться к церемонии, после которой отказ станет невозможным. Ещё вчера мне казалось, что быстрее происходить уже ничего не может. Новая реальность опять решила меня удивить.

— Допустим, мы просто обнародуем документы, — сказала я. — До полуночи.

Эрвин сразу ответил:

— Не остановит церемонию.

— Почему?

— Совет расколот уже после моего заявления. Если мы добавим обвинение против главы Палаты, начнётся спор о подлинности источников. Флавия предъявит государственные основания Великого Соединения, часть великих домов поддержит её, потому что в списке находятся их наследники.

— И пока они будут спорить…

— Наступит послезавтра.

Нисса кивнула.

— Кроме того, распоряжение технически законно. Оно ужасно с точки зрения того, что мы теперь знаем о первоначальном принципе, но действующие правила дают главе Палаты право менять режим закрепления во время Великого Соединения.

Я взглянула на неё.

— Законно лишить триста двенадцать пар возможности отказаться?