"Фантастика 2026-175". Компиляция. Книги 1-19 (СИ), стр. 180
Думаю, я была бы счастлива, даже если бы мы весь день клеили марки, лишь бы иногда ловить на себе его взгляд и ощущать «случайные» прикосновения. Что-то мне подсказывает – «передышка» не продлится чересчур долго.
Оно попытается со мной связаться. Снова.
К вечеру мы приходим к «чудесным» идеям, что можем быть частью эксперимента инопланетян или живем в системе, созданной искусственным интеллектом, который обучается на наших действиях.
Додумайся мы до такого раньше, был бы повод позвонить санитарам. Становится ясно – нужно слегка проветриться и остудить головы.
В воздухе до сих пор витает запах дождя. Вечерний город больше не выглядит испуганным, он уже оправился от «странного происшествия». В лужах пляшут неоновые огни ночных клубов – они снова открылись. Стук каблуков ритмично перекликается с гудками машин и мелодиями уличных музыкантов, сливаясь в общую песню.
Ноги сами выносят нас к главной площади. Статуи нет. Она исчезла так же внезапно, как и появилась, вместе с постаментом и ограждением. Вчера на город опустился туман, а когда он прошел, странной скульптуры и след простыл.
На месте, где еще недавно стоял монумент, лежит чехол, куда прохожие бросают мелочь, а рядом с ним девочка-подросток с гитарой фальшиво горланит Цоя.
– Почему все ведут себя, будто ничего не произошло? Конечно, я догадывался, что у людей память, как у рыбок… но не настолько, – бормочет Никита, глядя на прогуливающиеся парочки. – Интересно, что сейчас пишут в сети?
Мы живем в век информационной перегрузки. Новость, ставшая сенсацией, уже через несколько дней может быть никому не интересна и не нужна. Но апокалипсис – не то событие, которое забывается сразу.
Еще с утра люди занимались почти тем же, чем и мы, – строили конспирологические теории. Что произошло в городе? Массовая галлюцинация? Или в эфир запустили фальшивое видео, слепленное нейросетью?
А может, статуя и вовсе была голограммой? Тогда зачем ее оградили?
Жертвы, потерявшие сознание, начали приходить в себя. Но они не смогли рассказать ничего интересного. Большинство людей даже не помнили, как пришли на площадь и зачем. «Пробел» должен был стать благотворной почвой для новых размышлений. Должно было появиться много контента, местные блогеры и новостные каналы не удержались бы от эксплуатации столь волнующей темы.
Но днем «родился» новый инфоповод: жена местного депутата застала его в объятиях восемнадцатилетней любовницы и мстительно записала скандал на камеру.
Ирония заключается в том, что депутат с гордостью носил имидж почтенного отца семейства и накануне в предвыборной речи с огоньком в глазах проповедовал семейные ценности…
СМИ и простые горожане тут же с жаром набросились на изменщика. Новостные паблики пестрят изобличающими статьями и репортажами с броскими заголовками: «Борец за нравственность – главный мастер двойных стандартов», «Публичный святой – лицемер и предатель».
Каждый пост украшают фотографии «героя дня», под ним – тысячи комментариев. Пребывающие целый день в страхе и неизвестности люди нашли удобного «козла отпущения» и с удовольствием извергают на него накопившийся негатив.
Вся информация о статуе и вообще вчерашних событиях, будь то арест Константина Валерьевича, нападение на школу и взрыв дома, аккуратно подчищена отовсюду.
Будто кто-то нарочно заметает следы. Можно подумать – никакого кошмара не было вовсе. Рука демонолога опускается в карман моей ветровки, находит там ладонь и успокаивающе пожимает. Будто бы говорит: что бы ни произошло дальше, Никита рядом.
– Может, раз оно так старается все замять, то передумало уничтожать мир? – предполагает демонолог.
Площадь кажется спокойной и безмятежной: уставшие люди спешат домой после работы, возле кинотеатра собралась компания подружек – то и дело до нас доносятся переливы их смеха, старушка, неспешно прогуливается с горделивым пуделем, на скамейке обжимается влюбленная парочка.
Никаких следов недавней истерии и паники. Внезапно я хочу разделить всеобщую амнезию. Как было бы замечательно вернуться к обычной жизни: днем работать с клиентами, а вечера проводить вдвоем с Никитой.
Перед глазами встают картинки: на одной мы вместе готовим ужин, на другой – обсуждаем, как прошел день; вот сидим перед телевизором, и моя голова доверчиво лежит на его плече, или отправляемся на небольшую прогулку…
Никита бросает взгляд на мое лицо. Между людьми, что стали по-настоящему близки, образуется энергетический канал, поэтому порой им передается состояние друг друга. А у нас обоих еще и профдеформация – существенная часть магической диагностики заключается в том, чтобы считывать состояния других людей…
Парень невольно улавливает мое настроение. Никита мрачнеет.
– Какой же я идиот. Ты устала, а я только грузил и грузил. Вместо свидания устроил допрос с пристрастием, а потом заставил тебя участвовать в этом дурацком расследовании.
– Нет, что ты, – фальшиво заверяю я. – Было даже прикольно.
– Не притворяйся, – морщится демонолог. – Пойдем отсюда. Привести тебя в это место – ужасная затея.
Когда мы удаляемся с площади, я вздыхаю не без облегчения. Дальше все происходит, как в той картинке, что пронеслась перед глазами, – не удивлюсь, если демонолог ее «подглядел».
Мы отправляемся в супермаркет. Еда больше не внушает угрозу, она выглядит такой же, как обычно, что не может не радовать. Как правило, я особо не обращаю внимания на то, что закидываю в корзину, но сейчас любая мелочь – будь то выбор свежей зелени, приправ или заправки – обрастает огромным значением.
С такой же тщательностью мы готовим ужин: теплый салат из хрустящих баклажанов, помидоров и творожного сыра и запеченную курицу.
За весь вечер не произносим ни слова о статуе или неизвестной Силе. Вместо этого садимся играть в приставку. Я совсем не умею управлять джойстиком, но Никита – превосходный учитель. Он проявляет нечеловеческое терпение и постоянно подсказывает.
Сражаться с монстрами на экране компьютера просто и весело. Ни на секунду не забывается, что на самом деле я в безопасности, а рядом – надежный демонолог. Несколько раз мне даже удается одержать победу. Разумеется, Никита поддался, но парень даже под пытками в этом бы не признался.
Когда мы ложимся в кровать, я готова расплакаться, но не от ужаса или усталости, а от благодарности за то, что в моей судьбе был такой вечер. Вот бы хрупкое счастье задержалось навсегда…
Мы могли бы прожить очень, очень славную жизнь. Возможно, даже завести ребенка.
– Если захочешь – и заведем, – сонно бурчит Никита, вновь считав мои мысли. Он прижимает меня к себе, будто плюшевого медвежонка.
Затем мир начинает меркнуть, и я отрубаюсь.
Открываю глаза на знакомой кухне. Нос дразнит запах свежеиспеченной шарлотки и целебных трав. На столе разложена колода таро. Уэйт – классика. Колода прямая как палка, настолько, что порой даже не оставляет пространства для интерпретаций.
На ней обычно новички тренируются делать первые расклады.
– Ну, что ты видишь, радость моя? – доносится старушечий голос.
У плиты кудесничает баба Марья, мурлыкая под нос старомодную песенку.
Наставница? Сердце щемит. Как я скучала… Одна часть меня хочет вскочить с места и обнять целительницу, но другая сдерживает такой естественный порыв. Я испытываю едва уловимую настороженность, словно знаю о колдунье нечто мрачное и отталкивающее.
Интересно, с чего я так расчувствовалась? Баба Марья воспринимает заминку по-своему.
– Правильно, не торопись, присмотрись повнимательнее. Подумай, – воркует она. Передо мной на столе лежит одна карта – Луна. Обычно в раскладах участвует куда больше арканов.
Баба Марья меня проверяет? Решила придумать новое упражнение? Скорее всего, она дала мне задание, но я позорным образом отвлеклась. Попросить повторить слишком стыдно, поэтому начинаю интерпретировать значение карты.
Возможно, мне удастся ненавязчиво выведать, какой был вопрос к колоде.