Интерн Василиса (СИ), стр. 30

— Помощники сняли трубку, послышался гудок.

— Диктуйте номер!

Василиса обмерла. Номер. Диктовать. Чей?! Единственный номер, который она знала наизусть, — ее собственный!

— Не помните? Очень жаль, — даже не пытаясь скрыть удовлетворение, констатировал судья. — В таком случае вы будете обеспечены государственным бесплатным адвокатом. Адвокаты! — рявкнул судья.

В дальнем углу зашевелилось, Василиса увидела троих упитанных и хорошо одетых крыс.

— Кто готов защищать подсудимую? Юстин Норный! Чего? Громче говорите, что вы там пищите?!

— Ваша честь, — поднялся сосед Юстина. — Господин Норный простыл и потерял голос!

— Какая жалость. Ну а вы, господин Зуб?

— Ваша честь, у меня законный выходной!

— Вот незадача. Господин Грызло, не надо бегать глазами, остаетесь только вы! Без возражений!

— Ваша честь…

— Что еще?!

— Я могу выступить в роли адвоката, но… Просто не хочу.

— Как это — не хочу? Вы адвокат или мышь туннельная? Налагаю вам штраф за отказ подчиниться суду!

— С огромным удовольствием выплачу его, ваша честь.

Зал утонул в издевательском хохоте, судья едва не сломал молоток, пытаясь навести тишину.

Василиса молчала. Нужно быть дурой, чтобы не понять — над ней просто издевались.

— Мне жаль, подсудимая, но вы сами все слышали. Вряд ли кто-то из граждан Почтового Королевства добровольно захочет вас защищать. Объявляю заседание…

— Стойте! У меня есть кандидатура!

По залу прошел возмущенный ропот, Василису буравили десятки маленьких черных пар глаз.

— И кто же это? — спросил судья таким тоном, словно разговаривал с умственно отсталой.

— Чимчегрыз!

Тишина, разлившаяся по залу, показалась ударом ватной кувалды по голове. Василиса чувствовала, как по спине стекают ручьи пота, ждала новой вспышки хохота и подначек, но крысы молчали. Раскрыв рты, смотрели то на подсудимую, то на судью.

— Протестую! — окрысился прокурор. — Чимчегрыз…

— Протест отклонен, — задыхаясь от злости прервал его судья. — Привести Чимчегрыза.

Глава 15. Специальный переводчик

Крыса-секретарь объявила перерыв, во время которого прикатили клетку с Чимчегрызом. Ничего не понимающий крыс, — его впервые вкатывали, а не приводили в наручниках, в зал суда, — уставился на Василису.

— А зачем ты решила меня спасти? — Недоуменно прошептал крыс, когда его клетку поставили рядом с нею.

— Это ты меня спасешь! — Возразила Василиса.

— Кто из нас двоих Потомок Великих Праотцов? — Крыс насмешливо приподнял усатую бровь. — Воспользовалась бы своим даром и была такова…

Василиса нахмурилась, раздраженно угукнув и скрестив руки на груди.

— Или тебе дар фиговый достался, типа вкус камней на расстоянии определять или с червями разговаривать? — Ухмыльнулся Чимчегрыз, а потом грустно вздохнул, — когда почтовым крысом работал, знавал я одного такого — тот мог с одного взгляда определять количество капель воды в таре… Хотя, если подумать, и такой мог бы как-нибудь подчеркнуть важность своего умения и выгодно его продать торговцу или аптекарю какому… — понесло крыса.

— Послушай, дара у меня нет… — Василиса почесала запястье. — По крайней мере, временно. Помоги мне, а? Ты бодро щеголял номерами статей и вообще создал впечатление грамотного в юридических делах крыса.

Чимчегрыз гордо выпрямился.

— Ага, грамотный, — заржал конвоир, ошивавшийся рядом. — В который раз уже грамоте в суде учится!

Чимчегрыз злобно оскалился, но охранник быстро привел его в чувство, ткнув дубиной в бок.

— Ладно, если ты думаешь, что я тебе способен чем-то помочь, ты глубоко ошибаешься! —— Статья пять семь один — приговор. Ты бы знала, сколько под перроном таких наглецов как ты и твоя кошка, — Чимчегрыз нехорошо глянул на Беляшика, — упокоили. Что за дар у тебя? Куда пропал? Так не бывает у Потомков, используй давай!

— Да наказана я! — Василиса нервно затрясла рукой с браслетом… И браслета не увидела. Она проверила другое запястье — тоже пусто. Как так?

— Чимчегрыз?

— Че?

— Где мой браслет?

— Какой браслет? Я ничего не брал, — крыс поднял лапы, будто демонстрируя, что кражами не занимался.

— Магический. Мой дар блокировал после другого суда.

— А ты любитель по судам гонять, подруга! — Воскликнул Чимчегрыз.

Не дождавшись ответа от закатившей глаза Василисы, крыс добавил:

— Магия крыс не всесильна. Артефакты сжимать в размерах мы ещё не научились. Наверное, браслет сильно больше тебя стал, когда тебя уменьшили до наших размеров.

— Это получается, что он с меня спал? — ахнула Василиса. — А почему я дар свой не чувствую? Я раньше видела чужие эмоции, могла на них влиять…

— Могу предположить, что магии нужно дать время вернуться в тебя.

— Блин, пока эта магия дурацкая возвращается, нас с Беляшом порешают.

— Ты назвала кошку Беляшом? — Скривил морду крыс.

— А тебя родители назвали Чимчегрызом! Что это за имя вообще такое?! — парировала Василиса.

— Но-но! Попрошу быть поуважительнее! Я с Дальнего Востока! — Приосанился крыс.

Два и два сложились в голове Василисы, и она хихикнула.

— Ты бы ржала поменьше, подруга. Попробуй в голове восстановить события, как ты свой дар почувствовала, использовала первые разы, вся хурма, — деловито заявил Чимчегрыз.

Василиса доверилась крысу и, закрыв глаза, стала вспоминать. Дар в ней пробудил и усилил Ингвар Рюрикович перед тем, как отправить успокаивать Константина. В памяти всплыл образ оборотня, из-за которого на неё и надели блокирующий магию браслет. Если бы она не доверилась ему, убийце, не было бы никакого суда и долгих пяти лет отречения от магии. Она продолжила бы работать интерном, а Антон был бы с ней… В груди раздалась волна раздражения, опаляющая и распирающая легкие. Ощущение, что сейчас грудная клетка сгорит, не исчезало, даже когда Василиса, пытаясь успокоиться, думала об Антоне и своих горячо любимых питомцах. Поняв, что ещё чуть-чуть, и она взорвется, девушка открыла глаза и резко выдохнула. Её дыхание плотным черным потоком врезалось в грудину крыса так, что тот отлетел, больно ударившись спиной о прутья своей клетки.

— Ты с ума сошла?! — Заорал Чимчегрыз. — Я не просил меня калечить! Ты уверена, что ты свой дар вспомнила? Не похоже на управление чужими эмоциями!!!

— Заткнулись оба! — рассердился конвоир, до того молча за ними наблюдавший. — А ты, — охранник указал острым когтем в сторону Василисы, — больше не исполняй тут! Иначе познакомишься с Эльзой, — крыс ласково дотронулся до ножен на своём бедре. В них торчала крепкая рукоять меча.

— Всем встать — суд идет! — объявила крыса-секретарь и в зале наступила тишина.

— Я тебе помогу, а ты своим даром — мне! — шепнул Чимчегрыз Василисе.

Девушка кивнула крысу. Василиса сама пребывала в шоке от того, что вытворяла. Кажется, часом ранее она подобным образом напугала двух крысят, бросавшихся в нее едой. Только поток эмоций не приобрел в тот раз физические формы. Что же сделать, чтобы снова увидеть настроения окружающих? Это здорово бы помогло в корректировке их намерений.

Пока Василиса размышляла о возвращающемся даре, Чимчегрыз начал выстраивать линию защиты:

— Прошу отметить, что предыдущие прения проводились незаконно в силу того, что обвиняемой не был предоставлен защитник!

Обвинитель громко хмыкнул, едва не уронив от возмущения картуз с головы, и злобно зашуршал хвостом, нервно выхаживая взад-вперед. Судья, хоть и скривился, но кивнул Чимчегрызу, соглашаясь с его словами, а потом раздраженно высказался в сторону Прокурора:

— Господин Хвост! Попрошу соблюдать уважение к суду и прекратить производить шум!

Прокурор резко остановился, едва не споткнувшись о собственный хвост. Толпа заулюлюкала — не каждый день Главного Обвинителя Царства ставят на место.

— Спасибо, Ваша Крысовья Честь! — продолжил Чимчегрыз. — Для начала хочу отметить, что так называемое «орудие преступления», кошка Беляш, принадлежит к древнему роду восточно-мэнских кошачьих, у которых…