Поколение М, стр. 56

Что такое «компрадорская», Жанна не знала. Судя по выражению брыкинского лица что-нибудь обидное.

Вечер не начался со скандала и мордобоя только потому, что во двор лихо вкатили красивые тачки, одна за другой. Из передней, «гелендвагена», одновременно выскочили трое серьезных мужчин в серьезных костюмах — и сразу к дверям.

— Вы владелица? — спросил главный. — Осмотрим территорию. План здания у нас есть, сопровождать не нужно.

И резво так — один вверх, один вниз, один зашустрил по вестибюлю, бормоча что-то в рацию.

Вторая и третья машины были пятисотый «мерс» и седьмая «бэха». Замыкал кортеж еще один «гелендваген». Из него тоже сноровисто выпрыгнули трое телохранителей, встали вокруг «мерса». Оттуда никто пока не вышел. Зато из «бэхи» вылез, лениво потянулся Савчук. Помахал рукой, оскалил зубы, крикнул:

— Вот и мы!

Подошел к «пятисотому», открыл дверцу. Царственно выплыла невозможно красивая Лидка. С другой стороны пружинисто вышел подтянутый мсье в элегантном прикиде casual, с короткой стрижкой стального цвета — и оказался Серегой Клычовым. Хотя теперь его вряд ли кто-нибудь называет «Серегой». По движениям, по посадке головы, по тому, как напряглись телохранители и как резво подбежал Савчук, сразу видно — Клычов стал большим человеком.

— А вот и президент нашего холдинга! — громко сказал Валера. — С очаровательной спутницей!

Тут-то Жанна себя и выматерила за промах с прикидом. С солидными людьми надо выглядеть солидной.

Когда они подошли, она по привычке глянула, у кого какие часы. На Савчуке золотой «ролекс», это она во время предыдущих приездов срисовала. У Лидки — ого! — «Lady Kalla», минимум две сотки. Но больше всего потряс Клычов своим дешевеньким электронным пластиком. Такие понты в России могут позволить себе только очень крутые перцы.

Раньше Серега был угрюмый, звероватый, а теперь улыбается, галантно поцеловал в щеку, первый протянул руку депутатам. Разговорчивей, правда, не стал. Покивал головой в ответ на приветствия, и только.

Мариновать таких гостей у дверей было нельзя. Жанна повела всю братию вниз, поить шампанским и коктейлями. На ходу балаболила, показывала свои чертоги, но внутренне была напряжена.

Во-первых, что такое Клычов?

Во-вторых, что у него с Лидкой?

В-третьих, не засобачатся ли снова депутаты?

В-четвертых, не возникнет ли конфликта между бывшими супругами Дружиниными? Они пока только обменялись взглядами, и у Славки в глазах что-то такое опасное блеснуло.

Пускать дело на самотек нельзя.

Сделала знак своим, чтобы побыстрее рассовали напитки.

— Чокаемся! За встречу ветеранов театрального искусства! Ура!

Позвенели бокалами. Кто-то осушил до дна, кто-то немного отпил, сама Жанна пригубила — не любила вино с пузырьками.

А дальше было интересненько.

Сначала Лидка дала ответ по пункту 2 — изящно, по-актерски. Очень нежно, заботливо сняла у Клычова с плеча соринку, и всем всё стало ясно. У Дружинина по лицу прошла короткая судорога, глаза под очками сузились.

Переходим к пункту 4, подумала Жанна, никуда не денешься.

Но Славка не устроил сцены и даже не набычился. Приблизился к Лидке (все малость напряглись) и спокойно, с улыбкой:

— Сколько же мы не виделись?

Она смотрела опасливо, слегка придвинулась к Клычову, коснувшись его плечом. Не ответила.

— Пятнадцать лет, — продолжил Дружинин тихим, задумчивым голосом, словно кроме них двоих здесь никого не было. — …Да ладно тебе, Лид. Не смотри на меня так. Что было — быльем поросло.

Довольно красиво он это сказал, следует признать.

Лидка тоже ему улыбнулась, но осторожно — в стиле «немного солнца в холодной воде».

— Ты на меня зла не держишь? Ты меня простил?

Тоже хорошо произнесла, проникновенно. Наверняка из какого-нибудь фильма или спектакля. Этой-то зрители в кайф.

— А ты меня? — не подкачал Славка. Еще и поморгал.

Мимими какое. Мыльная опера.

Солнца в Лидкиной улыбке стало больше, вода подогрелась. Слегка качнула головой — типа «кто старое помянет».

— Я рада тебя видеть, Слава. Ты хорошо выглядишь.

Врёт, змея, но до чего искренний взгляд!

— У меня и по жизни всё неплохо. Жена, сын. Показать?

Дружинин полез в нагрудный карман, будто ненароком тронув депутатский значок. Лида, нежно улыбнувшись Клычову, дала бывшему отвести ее в сторону.

Все расслабились. А Жанна начала исправлять лажу с неправильным имиджем. Надо было показать, что она теперь человек серьезный. Брыкин очень кстати спросил, со снисходительной усмешечкой:

— Как твой эротический бизнес? Ты тогда собиралась запустить газету для мужчин или что-то такое?

– Были другие времена, — повернулась к нему Жанна, но периферийно не выпустила из обзора Клычова. Тон взяла вроде бы шутливый, но в то же время рассудительный. — Подростковые, гормональные. А потом страна повзрослела, потолстела. Появился средний класс, которому съесть два вторых интересней, чем потрахаться. И я переключилась с этого объекта (показала себе на причинное место) на этот (положила ладонь на живот). Открыла ресторан самообслуживания, потом развернула целую сеть. Между прочим, здорово потеснила «Елки-палки». Вы наверно видели? Такие черно-белые вывески — рестораны «Кис-кис». — Искоса на Клычова — слушает ли. Кажется, да. — А в прошлом году открыла на пробу «Палаццо». По оценке экспертов — я заказывала рыночный анализ — это самое перспективное направление в московском ресторанном бизнесе. Сегмент «люкс». Инвестиция была солидная, но у моей фирмы «МЦ» хорошая репутация, проблем с кредитом не возникло.

Хотела между делом обронить про сумму с пятью нулями, но у Савчука затренькал телефон. Валерка раскрыл шикарную «моторолу-металлик», немного послушал и — вот зараза — тронул Клычова за рукав. Они отошли в сторону, о чем-то зашушукались с «моторолой».

Вернулись, правда, Дружинин с Лидкой, но перед этими распинаться смысла не было.

Жанна заткнулась, а депутаты снова вгрызлись друг в друга. Только теперь начал Брыкин. Дружинин, помурлыкав с экс-супругой, помягчел.

— Слав, а ты с депутатским значком всегда ходишь? — язвительно поинтересовался Макс. — И в магазин, и в гости, и по парку погулять? А тачка с мигалкой у тебя с какого фига? Ты же не член Совета?

— Не твое собачье дело, — интеллигентно ответил второй избранник. — Раз езжу — значит, имею право.

— Ни хрена не имеешь. Я двенадцать лет депутат, регламент знаю в доскональности. Тебе, как и мне, положена «волга». Я кстати свою передал в распоряжение районной поликлиники, у них не хватает транспорта для участковых врачей.

— Дешевый популизм, — фыркнул Дружинин. — Народ этими фокусами не обдуришь, люди стали умные.

Пускай собачатся, сказала себе Жанна. Переглянулась с заскучавшей Лидкой, отвела ее к барной стойке.

— Ну их, козлов. Выпьем по-девичьи?

Посмотрели друг на дружку оценивающе, примериваясь.

Сейчас воткнет какую-нибудь шпилю, предположила Жанна. У мужиков свои разборки, у нас свои. Девки спорили на даче, у кого трусы версачей.

И не ошиблась.

— Богато у тебя здесь, — сказала Лидка. С намеком сказала, по-снобски. Типа мы, королевы, купеческий шик презираем.

Ответила Жанна по-взрослому, на недоступном дурочке уровне.

— Сейчас, в период первоначального накопления капитала запрос на стиль «тяжелая роскошь». Надо быть в тренде, Лидусь. Как только почувствую, что пора переходить на утонченные понты, запущу арт-кафе. Проект уже разработан.

И тоже воткнула шпилю, в порядке контратаки.

Обручального кольца у Лидки на руке нет, Клычов ей явно не муж — такие вещи Жанна секла четко.

Спросила невинно:

— Ты за Сережей давно замужем? Дети есть?

— Мы просто встречаемся. Я два раза сходила замуж, хватит, — пожала плечами Лидка. — А дети — это, увы, не для актрисы.

По глазам было ясно — невинный тон ее не обманул. Актриса запустила обратку:

— Но ты-то, Жанночка, конечно, жена и мама?