Уровни силы 3 (СИ), стр. 53

На первый взгляд всё складывалось просто замечательно: скорая женитьба на принцессе Ксении, автоматически открывающая буквально безбрежные политические перспективы, потом наследование капиталов, исчисляющихся годовыми бюджетами ведущих мировых держав, и, конечно же, постепенное наращивание личного могущества, что в этом мире было очень важно.

Конечно, была и капля дерьма в этом бокале пива, а именно — орден Святого Порога, продолжающий с маниакальным упорством множить игроков на ноль.

На текущий момент в живых из сотни игроков осталась всего двадцать восемь человек, и ни одного публично известного, кроме меня. Конечно, такое количество смертей можно было бы списать на войну, вот только на текущий момент игроки достигли такой силы, что даже витязю уровня «эксперт» придётся сильно попотеть, причём без гарантии успеха.

— С этими фанатиками надо будет что‑то решать! — произнёс я вслух.

Аглая с набитым ртом согласно закивала.

— Прошу прощения за вторжение, — раздался приятный мужской баритон от порога гостиницы.

Синхронно с сестрой, повернув головы, уставились на высокого, словно сошедшего с агитационного плаката Третьего рейха, повествующего об истинных арийцах, красавца.

Блеснув в улыбке белоснежными зубами, влажная мечта девушек‑подростков, вошёл и, отбросив этикет, представился:

— Позвольте представиться: Иоганн фон Вальц.

Скосив глаза на сестру, понял, что германский красавчик произвёл на сестру просто сногсшибательное впечатление. Приоткрыв рот, Аглая с лицом деревенской дурочки буквально пожирала глазами незваного гостя.

— Ну и чего тебе нужно, Иоганн фон Вальц? — невежливо поинтересовался я у подозрительного немца.

Пока вторженец искал слова для ответа, я открыл «радар» и убедился, что прибыл он не один. Рядом с отелем кучковался отряд из полутора десятков бойцов. То, что среди них есть витязи и маги, я был уверен на сто процентов, так как кое‑какие подозрения насчёт личности гостя с учётом последних новостей у меня уже появились.

— Дело в том, что мой отец поручил мне стать вашим лучшим другом.

«Э‑э‑э, как‑то слишком прямолинейно для шпиона».

Видимо, заметив на моём лице недоумение, «ариец», обаятельно улыбаясь, добавил:

— Только не примите меня за банального шпиона. Вообще‑то я приехал, чтобы стать вашим другом и совсем немного — агентом влияния.

От тевтонской прямоты я растерялся, и всё, что мог сделать, — это жестом пригласить его за стол.

Глава 21

Не церемонясь, Иоганн присел за стол, обаятельно улыбнулся сестре, чем вогнал её в краску, и ловко налил себе вина в мою грязную кружку из‑под кофе.

— Ваше здоровье, Алексей Игоревич.

После чего одним мощным глотком буквально влил в себя вино.

«Уж чего‑чего, а обаяния и харизмы у него хоть в аренду сдавай. Кстати, и русский на очень хорошем уровне, акцент практически незаметен».

— Я, как понимаю, папа у тебя работает директором Германии.

— Так точно, Алексей Игоревич.

Что примечательно, такой вывод я сделал из‑за его вольного обращения ко мне: вряд ли человек менее знатного рода, пришедший за «дружбой», стал бы мне грубить, а это значило, что он как минимум не уступает мне в «родовитости». А кто может быть равен имперскому княжичу? Только незаконнорождённый отпрыск августейшей фамилии.

— Ладно, «друг», давай начистоту: что конкретно ты от меня хочешь?

Одарив нас с Аглой ослепительной улыбкой, Иоганн снова налил себе в кружку вина и произнёс:

— Как я и сказал, дружбы. И, конечно же, в знак дружбы — какие-нибудь ваши разработки. На новейшие даже не претендую, но ваши щитовые чары на бронежилетах, телепортационные платформы и знаменитый «радар» хотелось бы получить.

«Похоже, они не знают, что только я, ну или игроки, могут делать системные артефакты. Думают, что, если купят технологию, смогут сами „печатать“ артефакты. Опасное заблуждение».

— Полагаю, кроме дружбы, есть что‑то ещё?

— Очень даже много всего. Например, должность рейхсканцлера для вашего деда. О землях, замках, деньгах и титулах для вас и вашего рода, думаю, говорить излишне. Но, думаю, должность кригминистра вас заинтересует.

— Что⁈ Вы серьёзно предлагаете буквально вчерашним гражданам страны‑соперника должности второго человека в империи и военного министра⁈

Иоганн стёр улыбку с лица, бросил предупреждающий взгляд на притихшую, как мышка, Аглаю и кивнул.

— Именно так!

Пока я лихорадочно соображал, Иоганн продолжил:

— Похоже, вы до сих пор сами не понимаете важность серийного производства артефактов. Просто представьте: стотысячную группировку, полностью снаряжённую в вашу новейшую броню с защитными функциями, с мышечным усилением, и бог знает, что вы там ещё понапихали. По сути, это стотысячная армия витязей, пусть всего лишь на уровне среднего «ратника». Вот только кто из мировых держав может выставить на поле боя сто тысяч витязей⁈ Так ведь можно не ограничиваться сотней тысяч: почему бы не сделать миллион или два? При серийном выпуске такой брони это не такая уж и проблема.

Несколько секунд я молчал, переваривая всё сказанное.

— Значит, вам нужны технологии и я сам. Если же вы не получите ни того, ни другого, то убьёте меня, невзирая на любые последствия?

Иоганн, не дрогнув, продолжил смотреть мне в глаза.

— Полагаю, до такого не дойдёт.

Я достал из кармана телефон и позвонил деду.

— Алексей?

Настроения разводить политесы у меня не было, поэтому начал без обиняков:

— Алло! Дед, тебе уже Фридрих, какой‑то там, уже делал завидное предложение?

На этих словах Иоганн слегка дёрнулся.

— Буквально вчера.

— И какой твой ответ?

— Я отказался.

— Почему? Выгоднее этого нам никто не предложит.

— Эх, Алексей, молод ты ещё. Думаешь, можно стать рейхсканцлером или военным министром без поддержки высшей и средней аристократии? Да я и года бы не удержался на этой должности — схарчили бы вместе с костями и не подавились. Нет у нас пока серьёзного влияния в Германской империи, да и ты бы недолго «министерствовал». Там в армии свои подводные течения.

— Значит, нет?

— Значит, нет. Но кое‑что подкинуть им придётся: жечь мосты неразумно.

— Дед, ты же знаешь, что я не могу передать им технологии.

Иоганн, сидевший напротив, нахмурился.

— Знаю. Зато можем кинуть подачку в пару десятков тысяч «костюмчиков». Это, кстати, их сделает зависимыми от нас: осуществить перезарядку‑то можешь только ты. И, кстати, какая‑никакая гарантия, что тебя не тронут.

— Понял.

Отключившись, убрал телефон в карман и вкратце пересказал наш разговор Иоганну.

Блондинчик с мрачной физиономией пару минут о чём‑то усиленно думал, но, похоже, так ни к чему и не пришёл.

Поднявшись, извинился и, пробормотав, что ему нужно позвонить, вышел.

— Ерофеев!

— Я!

— Будь готов: есть вероятность, что наш немецкий друг получит из Берлина приказ о моём устранении.

Витязь, коротко кивнув, остался стоять на месте.

Чтобы Аглая не попала «под замес», пришлось её чуть ли не силой отправлять в общий лагерь.

Я так и не узнал, что за приказ получил полупринц, так как буквально через пару минут, как Аглая ушла, возле нашего «дома витязей» вдруг разбил лагерь отряд регуляров — по странному стечению обстоятельств состоящий из одних физмагов. Причём несколько были по силе не слабее, а может быть, и сильнее Ерофеева. По крайней мере, на сайте «суперов» они тоже были и занимали в рейтинге не последние строчки.

После их появления Иоганн со своими бойцами отступил на окраину города. На всякий случай я внёс его и всех его бойцов в «списки радара», пометив как потенциальных витязей.

Этим же днём началась переброска освободившихся войск под Будапешт, штурм которого, кстати, уже начался.

Собрав свои скромные пожитки, пошёл искать свой родной полк. И, что удивительно, не нашёл, даже развернув «радар» на максимум. Ни одного офицера, «забитого» в память «мини‑карты», в городе и окрестностях не было. Пришлось идти в штаб. И если раньше меня встречали презрительные взгляды и тотальный игнор, то сейчас каждый второй рассыпался в любезностях и был готов бросить все свои дела и помогать мне.