«Не чужие» и другие истории, стр. 17
Прямо за отсутствующим лестничным пролетом открывался колодец в небо. Апрельское влажно-голубое небо с плывущими облаками. Весна, ожидание счастья.
Когда мы ехали обратно, Эмма сказала:
— В прошлый раз это место показалось мне очень страшным, зловещим. Одной женщине в нашей группе даже стало плохо от впечатлений, ей оказывали помощь. В этот раз всё было по-другому.
— Просто ты увидела эту историю другими глазами.
— Может быть.
Какое-то время мы ехали в молчании.
Потом Никита начал настраивать радио. Помехи звучали словно гул из далекого и загадочного космоса.
Драматургия
Чумовой Декамерон
Пьеса в десяти новеллах по мотивам произведений Дж. Боккаччо
ПАМПИНЕЯ — благоразумие, авторитет. ФЬЯМЕТТА — живость, остроумие.
ФИЛОМЕНА — красота и добродетель.
ЭМИЛИЯ — набожность, простодушное лукавство. ЛАУРЕТТА — юность, чистота.
ПАНФИЛИО — веселый нрав, душа компании. ФИЛОСТРАТО — картежник, задира, буян. ПАРМЕНО — философ, мизантроп.
СИРИСК — обжорство, лень, добродушие. ТИНДАРО — романтический влюбленный.
Они же могут исполнять все прочие роли.
Действие первое
Картина первая. У церкви
Улица Флоренции. Дом с балконом, древняя церковь-базилика, сложенная из грубых камней, украшенная крестом.
На площади перед церковью встречаются несколько знатных юношей.
СИРИСК
Панфилио! И весел, как всегда!
Рад встрече я!
ПАНФИЛИО
Приветствую, Сириек!
СИРИСК
А кто с тобой?
ПАНФИЛИО
Мы Тиндаро ведем, Несчастный собирался утопиться — Ему красотка отказала в ласке.
ФИЛОСТРАТО
И мы теперь его ласкаем сами.
Кто — подношением вина хмельного,
Кто — словом утешенья. Я же — добрым,
От всей души и сердца — тумаком!
Филострато бьет Тиндаро.
СИРИСК
За что ты бьешь его?
ФИЛОСТРАТО
За то, что глуп!
Что верил в постоянство и любовь
И доверял фальшивым бабьим клятвам.
ТИНДАРО
О Лауретта! За тебя страдаю
Душой и телом я несправедливо…
Клялась ты мне, что любишь больше жизни
Но изменяла по ночам с другим!
ПАРМЕНО
Несчастные безумцы, рифмоплеты!
Как можете вы петь и веселиться,
Когда наипрекраснейший из прочих
Прекрасных италийских городов —
Флоренция — охвачена болезнью,
Спасенья от которой ни в молитвах,
Ни в медицине люди не находят.
Гнев божий, смертоносная чума!
Она уничтожает самых лучших,
Хотя и негодяев не щадит.
Не отличает титулов и званий,
Мужчин и женщин, старцев и детей
Чума толкает в общую могилу,
Опустошая избы и дворцы.
Как переходит яростный огонь
От дома к дому, так же пожирает
Живых людей неотвратимый яд.
Жена, увидев мужа в черных пятнах,
Бежит и запирается в покоях,
И даже матери детей бросают
Без всякой помощи в своих домах.
И лишь немногим избранным болезнь
Дает надежду на выздоровленье.
ПАНФИЛИО
Пармено, что же делать, милый друг?
Чума безжалостна, неотвратима,
Но разве смерть ты можешь отвратить?
Нет, всех нас ждет когда-нибудь могила.
Но это не мешает веселиться,
Петь песни и красоток обнимать.
ФИЛОСТРАТО
Ты сам сказал: служенья и молитвы,
Посты и добродетельная жизнь
Пока что никого не защитили
От страшной эпидемии чумной.
СИРИСК
Не лучше ли нам встретить свой конец
Приятными вещами наслаждаясь,
А горести и страхи позабыть?
ТИНДАРО
Мне не забыть прекрасной Лауретты…
Смотрите, вот она с подругами идет!
Из церкви выходят молодые дамы. Юноши и дамы раскланиваются.
ПАМПИНЕЯ
Мы рады вас приветствовать, синьоры.
Панфилио, Пармено, Филострато,
А также добродетельный Сириек
И юный Тиндаро. Мои подруги —
Фьяметта, Филомена, Лауретта…
ЭМИЛИЯ
Эмилия, а с нами — Пампинея…
ПАМПИНЕЯ
Здесь, в церкви, толковали о несчастье,
Которое Флоренцию постигло.
Мы все знатны, и многие — богаты,
Однако наших близких вероломно Похитила ужасная болезнь.
ФЬЯМЕТТА
Средь горя и рыданий оставаться
И подвергать опасности себя
Нам больше не с руки. И мы решили…
ФИЛОМЕНА
Отправиться в имение к сестре —
Высокородной нашей Пампинее.
ЛАУРETTA
Мы будем слушать птичек в небесах,
Лугами и холмами любоваться…
ЭМИЛИЯ
И возносить молитвы за усопших.
ФИЛОМЕНА
Одно лишь нас препятствие страшит.
ПАМФИЛИО
Какое же, прекрасные синьоры?
ФЬЯМЕТТА
Не могут в путешествие пуститься
Столь молодые дамы… без мужчин!
ПАМПИНЕЯ
Мы ищем, кто бы мог сопроводить
Нас в дальнее богатое поместье,
Чтоб там в приличных месту развлеченьях…
ЭМИЛИЯ
В молитвах…
ЛАУРЕТТА
В единении с природой…
ФИЛОМЕНА
За чтением и пением стихов…
ФЬЯМЕТТА
За остроумной легкою беседой…
ПАМПИНЕЯ
Могли бы мы несчастье пережить,
Дождавшись отступления заразы.
ПАМФИЛИО
Так вам нужны мужчины?
ФИЛОСТРАТО
Я готов!
ТИНДАРО
Не верю счастью своему!..
СИРИСК
Я тоже
Готов всецело угождать синьорам.
ПАРМЕНО
Что ж, и меня теперь ничто не держит
В печальной сей обители греха.
Не скажут мне, что покидаю близких:
Они уже покинули меня —
Всех унесла жестокая зараза.
ПАМПИНЕЯ
Что ж, господа, тогда назначим время
И поскорее соберемся в путь.
ФЬЯМЕТТА
А кто подумает об этом дурно
Или найдет причину для злословья —
В том говорит греховная природа
И обличает самого ханжу!
ПАМПИНЕЯ
В дороге же рассказы о дороге
Приличны будут дружеской беседе.
Я сразу попрошу тебя, Фьяметта,
Такой рассказ немедленно начать.
Фьяметта начинает свой рассказ, всё прочее исчезает, появляется место действия первой новеллы — дом небогатого торговца.
ФЬЯМЕТТА
Как звезды ночью освещают
Небесный свод и как цветы
Нас радуют в полях весенних,
Так острое, живое слово
Беседу нашу украшает
И чувства веселит и ум.
Хотя известно, что остроты
Всегда приличней в разговоре