«Не чужие» и другие истории, стр. 18
Мужчинам, нежели девицам,
Которым скромность не велит
Бросаться бойкими словами,
Однако же и мы умеем
Шутливо «срезать» кавалера,
Подружке подсолить, и часто
Пребольно жалит наш язык.
А иногда, бывает, слово
Неосторожное нас губит
Или, напротив, помогает
Отговориться от беды.
Я расскажу о приключенье,
В котором есть любовь, дорога
И неуместная болтливость,
Чуть не сгубившая мужчин.
Однако женский ум, по счастью,
Утихомирил гнев и страсти.
Новелла первая
Болтливый постоялец
Ночь, буря, двое путников подходят к бедной лачуге.
АДРИАНО
Двух знатных юношей застала
В пути ужаснейшая буря.
Они, промокшие до нитки,
Нашли убогую лачугу,
Где жил торговец обедневший.
ПИНУЧЧО
Он долго не хотел пускать гостей,
Но всё же добрая его супруга
И дочь, собой прекрасная девица
В расцвете первой юности своей,
Уговорили отворить им двери,
Одежду высушить и накормить.
АДРИАНО
В лачуге комната была одна,
И так как буря всё не унималась,
То юношам пришлось заночевать
Вдвоем на сундуке, тогда как рядом
Кровать стояла — там, где спал хозяин
С хозяйкою своею миловидной.
ПИНУЧЧО
А дальше, у окна — цветочек ясный,
Прекрасная собою Никколоза.
Тут же стояла колыбелька сына —
Младенца годовалого хозяев.
Бедная лачуга. Ночь, темнота. Слышится храп Бруно.
ПИНУЧЧО
Спишь, Адриано?
АДРИАНО
Что тебе, Пинуччо?
ПИНУЧЧО
Хозяин наш храпит на всю округу,
А я с хозяйской дочкой сговорился,
Что к ней приду, как только он уснет.
АДРИАНО
Когда успел?
ПИНУЧЧО
Сам знаешь, мне недолго
Девицу хоть какую уломать.
Так я пошел. Ты стереги пожитки,
Чуть что: одежду схватим — и бежать!
Пинуччо поднимается, переставляет колыбель и перебирается в постель к Никколозе. Слышатся смех, шепот, поцелуи. В темноте падает башмак. Просыпается Бруно.
БРУНО
Хозяйка, глянь, там смех и шум какой-то.
АДЕЛИНА
Спи, это кошка.
БРУНО
Все же погляди.
Аделина поднимается, ее хватает за руку Адриано и тянет к себе на постель. Аделина делает ему знак подождать.
АДЕЛИНА
(мужу)
Всё тихо, спи. Я люльку покачаю.
Аделина переставляет колыбель и ложится в постель с Адриано. Бруно снова начинает храпеть. Смех, шепот, поцелуи доносятся уже с двух сторон.
Занимается рассвет.
НИККОЛОЗА
Пинуччо, уходи! Настанет утро,
Неровен час, проснется мой отец.
Он человек незлой, зато горячий,
Прибьет тебя на месте, я боюсь.
Пинуччо в темноте натыкается на колыбель, перепутав кровати, ложится к Бруно.
ПИНУЧЧО
(шепчет)
Спишь как бревно! А я меж тем шесть раз
Вторгался во владенья Никколозы!
Что за красотка, сладкая как мед…
И бойкая в любви, ты не поверишь,
Каким вещам научена она!
А ведь не скажешь, скромница такая,
От поцелуев до сих пор горю…
Я дал ей три монеты золотые
За каждый раз, что наслаждался ей.
И не жалею, друг, и дал бы больше,
Чтоб с ней еще полночи провести…
Бруно спросонья не понимает, что говорит Пинуччо.
БРУНО
Что? Где? Ты кто?.. Куда?.. Зачем?
Аделина быстро перебегает в постель к Никколозе.
БРУНО
Зачем ты влез ко мне в постель?
Монеты,
Мед наслажденья… Что ты говоришь?
С моею дочкой?.. Ты посмел, мерзавец?
Да я тебя немедля придушу!
Прощайся с жизнью, олух окаянный!
Я смою кровью дочери позор!..
АДЕЛИНА
(зевая)
Эй, Бруно, ты, никак, совсем рехнулся?
Ночь на дворе, чего ты так кричишь?
БРУНО
Я ухватил за ворот негодяя,
Который с нашей дочкой кувыркался
И мне, отцу, об этом разболтал!
АДЕЛИНА
А говорят еще, язык болтливый
Природе женской служит порицаньем!
В мужчинах-то не меньше пустомель,
И хвастовства, и глупостей от них
Наслушаешься больше, чем на рынке.
Что он сказал тебе? Что с Никколозой
Слюбился жарко под покровом ночи?
Да я-то к Никколозе прилегла,
Как ты заснул. От храпа твоего
Сбежала, чтоб хоть час вздремнуть под утро.
А этот малый вышел по нужде
Да перепутал сослепу постели.
И, видно, другу своему решил
Похвастаться победами своими,
А вышло, что и сам попал впросак.
БРУНО
Так ты всю ночь была у Никколозы?
Эй, дочка! Правду ли сказала мать?
НИККОЛОЗА
(зевая)
Я, батюшка, спала и не слыхала,
О чем вы ссоритесь. Ведь ты же знаешь,
Я крепко сплю, мне не мешает храп.
Адриано тем временем одевается, собирает вещи.
АДРИАНО
Хозяин, дай сказать тебе два слова.
Пинуччо — он известнейший хвастун!
Мол, он и щедр, и знатен, и богат,
И всякую прохожую девицу
Он может соблазнить за пять минут.
На деле у него — дыра в кармане,
Ни знатности, ни замков, ни коней.
А про свои любовные победы
Он чепухи такой нагородил,
Что надоел и всем друзьям, и близким.
Теперь вот сам себе назвал беды!
Еще Пинуччо любит понаврать,
Что может десять раз за ночь утешить
Девицу или женщину в соку,
Тогда как я имею сообщенья,
Что даже раз поднять его орудье
Не так-то просто при больших усильях.
БРУНО
Да, он хвалился только что: шесть раз
Он будто бы в ее врата вторгался…
АДЕЛИНА
Бывают же на свете… хвастуны!
Пинуччо тоже одевается и начинает собирать пожитки
ПИНУЧЧО
Простите, добрый человек, и правда
По глупости я наболтал дурного
На вашу дочку, скромную девицу,
Которую не думал соблазнять.
АДЕЛИНА
Ну, Бруно, убедился, что мы правы?
Раз так, я затоплю, пожалуй, печку
И завтрак соберу. А Никколоза
Отдаст мне то, что лишнее у ней.
НИККОЛОЗА
О чем вы, матушка, не знаю, право.
Я ничего такого не имею.
АДЕЛИНА
Вот это «ничего», что получила
За «ничего» ты нынешнею ночью,
Отдай-ка мне скорее от греха.
(Что-то прячет в передник.)
Да, вот хвастун! Монеты золотые
В четыре превратились медяка.
АДРИАНО
Я от себя добавлю «ничего»
За «ничего», полученное нынче.
Потихоньку передает Аделине деньги.
БРУНО
Да вы, гляжу, и правда пустомели!