Его прозвали Сильнейшим (СИ), стр. 24
— Это ложный путь, — сказал Сизый Камень. — Продолжим так делать, и победа будет равноценна поражению. Кто останется? Кто поведет школу вперед? Ты и я?
— Могу и я один, — хмыкнул Золотой Лев.
— Брат, ты стал Священным Зверем, но зарываться не стоит.
Ладонь Золотого Льва плавно скользнула к ножнам. Минуту Сизый Камень и его брат смотрели друг другу в глаза. Формально Золотой Лев считался сейчас сильнее, потому что в Небесной Тысяче поднялся на четвертое место, но он хорошо знал своего брата. Сизый Камень не просто так стал главой школы тридцать лет назад, когда Старый Мечник — прошлый Сизый Камень — отправился на покой.
— Я буду поступать так, как считаю нужным. Совет на моей стороне, — усмехнулся Золотой Лев, убирая руку от меча. — Когда покончим с Златоглавом и Полным Разрушением, можно будет поберечь наших дражайших учеников.
— Хорошо бы так и случилось, — медленно кивнул Сизый Камень.
Когда Золотой Лев ушел, глава школы откинулся на спинку кресла и посмотрел сначала на карту, а потом на отчеты. Школа Сизого Камня пока держалась и могла продержаться втрое дольше. Все верили в Золотого Льва, но глава школы не мог полагаться на брата.
— Звал?
Человек в темном балахоне появился будто из ниоткуда. Сизый Камень успел его почувствовать, но в Централе было не так много людей, способных ощутить присутствие лучшего убийцы континента.
— У меня есть вторая цель.
— Первая без изменений?
— Да.
— Кто второй?
— Мой брат.
До одиннадцатого этажа Фердинанд добрался за полчаса. Раньше тени могли похвастаться только своей скоростью, но теперь и сила выросла настолько, что удары по оружию Фердинанда передавали неприятную вибрацию. Самого рантарца пока ещё ни разу не ранили — даже тело ни разу не задели.
А вот врагов теперь действительно можно было ранить. Если раньше тень не переживала и одного удара, а порой одним выпадом удавалось уничтожить сразу пять, а то и десять противников, то сейчас даже мощный удар или укол копьём оставляли на тени всего лишь большую рваную рану. Иногда получалось убить, но чаще раненая тень после удара делала шаг назад, присоединялась к другим таким же раненым теням и снова набрасывалась на Фердинанда.
Зато благодаря бонусам от Сказочника удалось неплохо прибарахлиться. В руках Фердинанд держал сразу два копья и быстро орудовал ими, не давая врагам подобраться близко. Кроме того, сейчас он носил лёгкий доспех с отличной защитой и открытый шлем на голове. Фердинанд специально выбирал такое снаряжение, чтобы оно не сковывало обзор или слух и при этом оставалось прочным. Стоило признать: Сказочник не давал в качестве бонуса мусор, в Централе за такое снаряжение пришлось бы отдать сотни таблеток аркюса.
«А вот и здоровяки», — подумал Фердинанд.
Теперь кроме обычных теней появились и другие, ростом под три метра. Здоровяки были сильными, но медленными, а ещё могли выдержать целую кучу ударов. С ними Фердинанд сражался уже три раза и на пятом противнике получилось узнать о слабом месте.
В мгновение ока бывший рантарец оказался за спиной одного из великанов и ударил копьём приблизительно туда, где у человека находится пятый позвонок. Кусок спины вместе с шеей и головой подлетел в воздух, и здоровяк рассыпался в ничто.
В этот раз все прошло отлично, как и всегда. Разобравшись с двумя здоровяками, Фердинанд уже привычно нырнул в арку коридора и неожиданно понял, что его поджидает не толпа теней, а всего лишь один противник.
— Не тень? — удивился Фердинанд, присматриваясь к врагу.
Тот выглядел похожим на человека, но его тело будто создали из камня. Это была не статуя, не гладко отполированный мрамор или гранит, а оживший антропоморфный кусок скалы. Где-то Фердинанд уже слышал о таких существах, возможно, ещё в детстве, но память ничего не подсказывала. Делать было нечего, из стен начинали лезть тени. Видя, что противник не слабак, Фердинанд со всей силы метнул в него копьё.
Копьё врезалось во врага и просто сломалось. На мгновение рантарец оторопел.
«Ничего себе, какой прочный», — подумал Фердинанд, шагнув к каменному врагу. Если не помог бросок, всегда мог выручить хороший укол. К сожалению, Волю Копья применять было нельзя, но Фердинанд постарался вложить в удар как можно больше яри.
Наконечник копья врезался в грудь врага и выбил из неё груду каменных осколков. Этого оказалось недостаточно.
«Крепкий, сволочь», — подумал Фердинанд и свободной рукой ударил врага в грудь — туда же, куда до этого уколол копьём. Небольшая трещина разошлась во все стороны, и от тела каменного человека отвалился большой кусок, в котором у обычного человека поместились бы легкие вместе с ребрами. Враг завалился на спину. Он ещё не проиграл и мог сражаться, но в этом уже не было смысла: Фердинанд просто побежал дальше.
В руках осталось всего одно копьё. Не так уж плохо, но Шкатулка Номер Семнадцать дала понять, что теперь враги пойдут совсем другого типа. Если раньше тени с лёгкостью умирали от одного укола, то каменные противники, наоборот, были очень крепкими. А значит, пришла пора сменить оружие.
Синие факелы зажглись, и раздался голос Сказочника.
— Убей сто прогарцев и получишь особый бонус!
— Прогарцы? Ты про каменных людей?
Ответа не последовало, и Фердинанду оставалось только пожать плечами. По стене проплывали бонусы от Сказочника, и нужно было дождаться подходящее снаряжение.
В Рантаре существовала оружейная триада: три типа оружия, не считая голых кулаков, которые были в ходу в школе.
В первую очередь, это был меч. Для Централа меч являлся сакральным оружием, даже если ты сражаешься голыми руками, ходить без меча на поясе считалось странным. Меч — это не только оружие, это еще и статус. Так повелось из-за школы Сизого Камня, которая оставила гигантский след в истории Централа.
Но одной из немногих школ, плевать хотевших на эту традицию, был Рантар. В Рантаре не носили оружие, как обязательный атрибут, и лучшая школа Района Зем не собиралась следовать указке лучшей школы Района Ста Школ. А ещё рантарцы считали, что их школа куда древнее, чем Сизый Камень, поэтому Рантар уж никак не мог следовать чужим традициям. Это другим школам нужно подражать рантарцам, а не наоборот.
И всё же мечами пользовались. Это было не так уж часто, но мода на клинки проникала даже в Рантар, в школе не меньше столетия были свои стили и приемы. Мечом сражался даже брат Фердинанда — Барсей.
Вторым оружием из триады было копье. Копье по праву считалось самым популярным оружием Рантара, ведь оно опасно в руках новичка и в сотни раз опаснее в руках мастера. Любой рантарец проходил многолетние тренировки с копьём, оттачивая уколы и удары. Фердинанд был в их числе, и среди учеников только трое обходили его в бое с копьем.
Третьим оружием из триады была дубина. Не так много рантарцев сражалось булавами и прочим ударным оружием, но в школе дубина занимала особое место. Ею наказывали, её применяли в тренировках. Мастера не гнушались бить своих учеников, ломая им руки и ноги, а порой бывали и смертельные случаи. Разумеется, не случайные, ведь мастер отлично выверяет силу своего удара.
Для многих рантарцев дубина была символом страха. Фердинанд смотрел косо на это оружие, и всё же он отлично умел владеть им. К счастью, в его жизни попался один мастер, который смотрел на дубину, как на оружие, а не как на инструмент для пыток.
— А вот это подойдет, — сказал Фердинанд, указывая пальцем на стену.
В тот же миг в его руке появился кистень.
Кистенем Фердинанд никогда не сражался. Рукоять, цепь и тяжелый груз на конце делали кистень опаснейшим оружием. Для мастера это было уже не так важно, ведь своё преимущество кистень получал из гибкости, а для сильного идущего эта гибкость становилась слабым местом оружия. Вот только сейчас, без Воли Дубины, которой Фердинанд не владел, кистень мог оказаться на редкость эффективным.
В коридоре Фердинанда уже дожидался каменный человек. Раскрутив кистень, рантарец моментально оказался перед врагом, и тяжелый груз на цепи вертикально рухнул тому на голову, вгоняя ее внутрь тела. Это была быстрая победа одним ударом.