Рыжий (СИ), стр. 73

— Мы так долго ехали, а потом ещё этот дождь, и chevaux опять начали капризничать, а я всё время думала, получится ли тебя увидеть. И вот получилось! Правда здорово?

Она ещё сильнее прижалась ко мне.

— Я очень-очень рада, Рон!

А я стоял и с лёгким охренением смотрел по сторонам, потому что с каждой секундой всё больше людей начинали оборачиваться в нашу сторону. И уже совсем скоро на нас пялились абсолютно все: и заграничные гости, и студенты Хогвартса, и ученики Шармбатона, словно более интересного зрелища на сегодня для них уже не предвиделось.

Особенно отчётливо я это понимал по кольцу на своём пальце, которое мне недавно вернул Флитвик. Оно раз за разом ощутимо сжималось, недвусмысленно намекая, что вероятность получить по голове в ближайшие несколько секунд стремительно возрастает. Мужская часть студентов, скорее всего, сейчас мне откровенно завидовала. Потому что Габриэль была очень милой, и её действительно хотелось потискать, как какого-нибудь котёнка или мягкую игрушку. А вот то, как на меня смотрела Флёр, уже совершенно не внушало оптимизма.

Ох, чувствую, наше знакомство с самого начала пошло куда-то не туда. Она медленно, шаг за шагом, направилась в мою сторону, а кольцо на пальце тут же сжалось ещё сильнее, буквально вопя благим матом, что меня сейчас будут бить. И, возможно, даже ногами.

Остановившись в паре шагов от меня, она посмотрела прямо мне в глаза. Я посмотрел на неё, а на нас обоих в этот момент смотрели несколько сотен учеников двух школ. И в моей голове сейчас крутилась только одна мысль… Млять!..

Глава 23

Несколько мгновений Флёр молча разглядывала меня и то, как её младшая сестра весьма органично косплеит на мне экзотическую обезьянку. Затем медленно, с головы до ног, окинула меня таким оценивающим взглядом, что сразу стало ясно: прямо сейчас ей очень хочется сказать мне что-нибудь исключительно «ласковое» и «приятное». Но воспитание и несколько сотен любопытных глаз, устремлённых в нашу сторону, явно не позволяли ей воплотить это желание в жизнь.

Она на мгновение прикрыла глаза, глубоко вздохнула и снова перевела взгляд на меня.

— Я так понимаю, вы мсье Рон?..

— Флёр, ну как ты можешь его не узнать?! — с искренним возмущением перебила её Габриэль, всё ещё болтаясь у меня на шее. — Я же столько тебе о нём рассказывала все эти месяцы! Mon Dieu, да посмотри же на него! Высокий, красивый, мужественный! Самый добрый, самый храбрый и вообще самый лучший волшебник на свете!

Ох, принцесса моя, ты даже не представляешь, насколько сейчас усложняешь мне жизнь. Лучше бы ты просто помолчала, потому что, кажется, впервые за всё время пребывания в этом мире я по-настоящему покраснел. И дело было вовсе не в её комплиментах, а в самой ситуации. Я совершенно не привык находиться под таким количеством откровенно любопытных, пристальных и весьма завистливых взглядов. К тому же, судя по тому, как у Флёр едва заметно дёрнулся левый глаз, она тоже была далеко не в восторге от происходящего.

Тем не менее старшая Делакур быстро взяла себя в руки. Она сделала шаг вперёд, слегка склонила голову и произнесла:

— Я хочу поблагодарить вас, мсье Уизли. За то, что вы защитили мою сестру на Чемпионате мира. Мы у вас в долгу.

Слова были искренними, но за безупречной вежливостью чувствовалось раздражение, которое она изо всех сил пыталась скрыть. Создавалось впечатление, что, пока одна её часть искренне благодарит меня за спасение Габриэль, другая уже мысленно прикидывает, где именно на территории Хогвартса будет удобнее прикопать моё тело.

Всё, что я мог сделать в тот момент, чтобы не усугублять ситуацию, — это молча и сдержанно кивнуть.

— Габриэль, allons-y. Пойдём, — строго произнесла Флёр, переводя взгляд на младшую сестру.

— Non! Я не хочу! — тут же заупрямилась та, ещё крепче вцепившись в меня. — Я и так слишком долго ждала этой встречи, чтобы уйти прямо сейчас!

Лицо Флёр заметно напряглось.

— Ne me fais pas honte, Gabrielle, — процедила она сквозь зубы. — Не вынуждай меня прямо сейчас запереть тебя в карете до самого конца турнира.

Понимая, что дело уверенно движется к грандиозному семейному скандалу, я решил вмешаться. Чуть наклонившись к девочке, тихо произнёс:

— Мы с тобой обязательно ещё увидимся, принцесса. Не стоит сейчас ещё сильнее злить твою сестру.

Габриэль на секунду задумалась, смешно надула губки, а затем чмокнула меня в щёку, ловко спрыгнула на землю и вприпрыжку побежала к Флёр.

Кажется, этим своим совершенно невинным поцелуем она умудрилась разозлить прекрасную вейлу ещё сильнее.

Когда они уже развернулись и направились к своим, до меня донёсся радостный голос Габриэль:

— Ну что, Флёр? Я же говорила тебе, что он очень красивый и высокий! Почти такой же красивый, как ты… только выше! Ну скажи, ведь правда? Правда же?

В ответ, сквозь шум непрекращающегося дождя, до меня донеслась лишь короткая фраза на французском, больше похожая на раздражённое змеиное шипение. Что именно сказала Флёр, я, конечно, не понял, но почему-то был почти уверен, что ничего хорошего обо мне там не прозвучало.

Обернувшись, я наткнулся на покрасневшее лицо нашего очкарика. Гарри стоял, согнувшись пополам, и уже практически задыхался, отчаянно пытаясь удержать рвущийся наружу хохот.

Рядом переминалась с ноги на ногу наша кудряшка. Она старательно смотрела куда угодно, только не на меня, но плотно сжатые губы и подозрительно подрагивающие плечи красноречиво говорили о том, что её выдержка сейчас трещит по швам ничуть не меньше, чем у Поттера. Отличные у меня конечно друзья. Главное, всегда поддержат в трудную минуту… Хотя, окажись я сейчас на их месте, скорее всего, ржал бы ничуть не меньше. Но всё равно, блин, обидно.

В этот момент Фред с Джорджем, которые всё это время с нескрываемым интересом наблюдали за удаляющимися сёстрами Делакур, синхронно повернулись ко мне.

— Джордж… вынужден сообщить пренеприятнейшую новость. Наш младший братец уверенно наступает нам на пятки. Если он продолжит в том же духе, семейную славу главных сердцеедов Уизли можно будет считать безвозвратно потерянной.

— Я тоже это заметил, — задумчиво кивнул Джордж. — Французская делегация не успела провести в Хогвартсе и пяти минут, а наш младший братец уже каким-то чудом оказался в центре всеобщего внимания. Признаться, такой прыти я от него совершенно не ожидал.

Фред сокрушённо развёл руками.

— Вот именно. Мы столько лет честно зарабатывали себе репутацию, развлекали народ, устраивали розыгрыши и работали над семейным имиджем, а Рону, оказывается, достаточно было просто постоять с самым несчастным лицом несколько минут. И как итог: одна француженка уже висит у него на шее, а вторая смотрит так, что я до сих пор не могу понять — то ли сейчас страстно поцелует, то ли сразу прибьёт.

— Вы сейчас специально издеваетесь? — уточнил я.

— Разумеется, нет, — с самым честным выражением лица ответил Фред. — Но теперь, как старшие братья, мы просто обязаны воспользоваться случаем и попросить тебя поделиться своим бесценным опытом.

Джордж тут же согласно кивнул.

— Нас интересует всего один маленький вопрос. Каким образом тебе удалось за каких-то пять минут настолько заинтересовать француженок? Если существует какая-то особая, тайная методика, будет крайне эгоистично скрывать её от собственной семьи.

— Только есть одна небольшая просьба, — добавил Фред. — Когда будешь объяснять, сразу рассказывай безопасную версию. Потому что метод, при котором одна сестра смотрит на тебя как на величайшего героя, а вторая уже мысленно пишет тебе некролог, нас, признаться, не слишком устраивает.

Я уже открыл рот, чтобы отправить их обоих в далёкие, неизведанные дали, желательно с билетом в один конец, но договорить мне не дал громкий всплеск со стороны Чёрного озера.