Рыжий (СИ), стр. 18

Джинни весело фыркнула.

— Что касается первого пункта, то не пошел бы ты к троллям, дорогой братец, потому что я тебе ничего не скажу, а насчет второго… Конечно же, я не буду против, ведь я искренне желаю им обоим только самого лучшего. Только объясни мне на милость: с каких это пор ты вдруг заделался штатной свахой?

Я медленно поднялся с кровати.

— Ровно с тех самых пор, как принял твердое решение взяться за ум и начать нормально учиться, — ответил я, останавливаясь в дверях. — Доброй ночи, Джинни.

— Спокойной ночи, Рон, — донеслось мне вслед, после чего я прикрыл дверь, и направился в свою комнату.

Глава 7

Ранним утром, когда солнце ещё даже не думало показываться из-за горизонта, нас с Гарри бесцеремонно вырвал из сна грохот, крики и суета, доносившиеся с первого этажа. Сегодня вечером должен был состояться долгожданный финал Чемпионата мира по квиддичу, и моя, мягко говоря, не самая тихая семейка уже вовсю готовилась к этому событию. Судя по звукам, внизу одновременно роняли что-то тяжёлое, спотыкались о мебель, носились из комнаты в комнату и пытались перекричать друг друга. При этом уровень производимого шума как минимум вдвое превышал обычную норму для семейства Уизли, что само по себе являлось весьма впечатляющим достижением.

Внезапно дверь нашей спальни распахнулась, и в комнату ураганом ворвался Фред.

— Подъем, сони! — гаркнул он, хлопнув в ладоши прямо над ухом подскочившего с кровати Гарри. — Если вы двое планируете проспать величайшее спортивное событие десятилетия, то можете и дальше обнимать свои подушки, но учтите: семейный экспресс отправляется ровно через пятнадцать минут, и ждать вас никто не будет!

Не успели мы толком продрать глаза, как в дверной проём буквально влетел запыхавшийся Джордж, едва не сбив Фреда с ног. Схватив брата за рукав, он начал что-то быстро шептать ему на ухо, то и дело нервно оглядываясь по сторонам. Из всей этой скороговорки я сумел отчётливо разобрать лишь два слова: «деньги» и «ставки».

Близнецы обменялись многозначительными взглядами, после чего синхронно кивнули друг другу, развернулись и стремительно умчались обратно в пучину утреннего хаоса.

«Деньги, ставки…» — задумчиво пронеслось в моей голове, и остатки сна как рукой сняло. Стоп. Как же я мог упустить из виду такой важнейший нюанс? Ведь, если мне не изменяет память, именно на этом Чемпионате мира Фред и Джордж потеряют все свои с трудом накопленные сбережения. Самое ироничное заключалось в том, что со ставкой они как раз-таки угадают, предсказав победу Ирландии при условии, что снитч поймает Виктор Крам. Вот только угораздит же их связаться с Людо Бэгменом — бывшим загонщиком, а ныне главой Департамента магических игр и спорта, который, несмотря на свою высокую должность, был тем еще скользким типом и по уши увяз в долгах перед гоблинами. Этот улыбчивый пройдоха хоть и выплатит им честно заслуженный выигрыш, но сделает это лепреконским золотом, которое, как известно, бесследно исчезает через несколько часов, оставив парней ни с чем.

Но мы-то находились не на страницах детской сказки, а во вполне реальном мире, и хоть убейте, я ни за что не поверю, что на таком грандиозном международном мероприятии тотализатором заправляет один-единственный чиновник-неудачник. Там наверняка должна крутиться целая уйма нормальных, надежных букмекеров. И если я направлю энергию братьев в нужное русло, они вполне смогут сорвать солидный куш, учитывая просто астрономический коэффициент на их безумный прогноз. По канону им, конечно, потом подкинет деньжат Гарри, благородно пожертвовав свою тысячу галеонов за победу в Турнире Трех Волшебников на открытие их будущего магазина шалостей, но зачем ждать так долго? Хороший финансовый старт им точно не повредит прямо сейчас.

Кстати, о финансовом старте… Мое собственное материальное положение тоже остро нуждалось в радикальном улучшении, ибо жить с пустыми карманами — сомнительное удовольствие. Нужен был хоть какой-то стартовый капитал, и тут моя память преподнесла неожиданный, но крайне приятный сюрприз: оказалось, что у оригинального Рона всё-таки имелась крошечная, тайная заначка. Свесившись с кровати, я запустил руку под днище и, нащупав небольшую деревянную шкатулку, надежно прикрепленную к доскам, аккуратно ее отцепил. Открыв крышку, я осмотрел свои сказочные богатства: внутри сиротливо перекатывались ровно пять золотых галеонов и восемь серебряных сиклей.

Да уж, не густо. Учитывая, что одна только новая волшебная палочка от Олливандера обошлась бы мне в семь галеонов, на эти деньги вряд ли получилось бы устроить безбедную жизнь. Впрочем, расстраиваться раньше времени тоже не стоило. Зная общее плачевное финансовое положение нашей семьи, сам факт существования этой заначки уже выглядел настоящим чудом бережливости и финансовой дисциплины. Но если скооперироваться с близнецами и сделать грамотную ставку — только, разумеется, подальше от прохвоста Бэгмена, — то вполне можно превратить эту скромную кучку монет в пару десятков галеонов. А если удача решит мне улыбнуться, то и вовсе в целую сотню. И вот это уже звучало как весьма перспективный бизнес-план на сегодняшний вечер.

Следующие полчаса прошли в бешеном темпе. Мы с Гарри носились по комнате, лихорадочно пытаясь ничего не забыть и впихнуть в свои заплечные мешки максимально возможное количество вещей. Поскольку рюкзаки нам достались самые обычные, напрочь лишённые чар незримого расширения, приходилось компенсировать этот досадный недостаток смекалкой, упорством и грубой физической силой. Мы запихивали туда всё, что теоретически могло поместиться. А то, что по всем законам физики помещаться категорически отказывалось, всё равно запихивали — при помощи коленей, локтей и исключительно уизлевского упрямства.

Пережив эти сумасшедшие полчаса, вся наша немаленькая семья, нагруженная походным скарбом словно небольшой кочевой караван, наконец выстроилась в прохладном утреннем дворе перед «Норой».

Мама, выступая в роли придирчивой таможни, внимательно осматривала каждого из нас, в десятый раз уточняя, точно ли мы ничего не забыли. Лишь окончательно убедившись, что отряд полностью укомплектован и готов к выдвижению, она торжественно благословила нас в дорогу и, не делая абсолютно никаких исключений, чмокнула каждого в лоб. Под раздачу попали даже заметно смутившиеся Гарри и Гермиона, после чего мама с чувством выполненного долга отправила весь наш табор в путь.

Настроение у всех было на редкость приподнятым. Мы бодро шагали по влажной от утренней росы тропинке в сторону Стотсхед-Хилл — высокого холма за деревней, где, согласно инструкциям Министерства магии, нас уже должен был ждать портал. Мистер Уизли шагал впереди, увлечённо рассказывая Гарри о тонкостях использования магловских батареек, а близнецы позади тихо переговаривались между собой, явно обсуждая свои будущие финансовые авантюры на турнире. Я же незаметно отстал от основной группы, поравнялся с Гермионой и, осторожно потянув её за рукав куртки, увёл немного в сторону — подальше от лишних ушей.

Заметив этот манёвр, шедшая чуть впереди Джинни на мгновение обернулась и широко улыбнулась, после чего ободряюще сжала кулаки — судя по этому красноречивому жесту, сестрёнка прекрасно понимала, о чём именно мне предстояло говорить.

Решив, что ходить вокруг да около бессмысленно, я начал без предисловий:

— Слушай, Гермиона, я тут поговорил с Джинни по поводу Гарри и…

Она тут же мёртвой хваткой вцепилась мне в руку, и, судя по мгновенно потемневшим глазам и опасному выражению лица, в эту самую секунду наша лучшая ученица всерьёз размышляла над тем, как бы меня прикончить максимально тихо и без лишних свидетелей.

Впрочем, зная Гермиону, на этом дело вряд ли бы закончилось. Вполне возможно, после убийства она подняла бы меня в виде покорного инфернала, чтобы я продолжал страдать и после смерти. Учитывая её нездоровую любовь к чтению всевозможных запретных фолиантов, необходимые теоретические знания у неё наверняка нашлись бы. А теперь появился ещё и весьма весомый мотив.