Рыжий (СИ), стр. 11

Спустя пару минут со стороны крыльца послышались торопливые шаги, и из дома, едва не споткнувшись о порог, выскочил Гарри, на ходу неловко заправляя помятую рубашку и пытаясь хоть как-то пригладить свои вечно растрёпанные черные вихры.

— Ну и что за жизненно важная срочность заставила тебя поднять меня в такую несусветную рань? — недовольно спросил он, подходя ближе и ёжась от утренней прохлады.

— Да вот подумал, не хочешь ли ты поработать для меня живым манекеном для отработки заклинаний? — невинным тоном поинтересовался я.

Гарри замер и уставился на меня немигающим взглядом.

— …Что, прости?!

Глава 5

— Итак, повтори ещё раз, Гарри, ты всё точно запомнил?

Спаситель магического мира посмотрел на меня и закатил глаза.

— Рон, ты повторяешь мне это уже битые полчаса, — тяжело вздохнул он. — Ещё одно слово, и я клянусь, что не выдержу и запущу в тебя какое-нибудь весьма болезненное жалящее проклятие.

Всё дело было в том, что последние полчаса мы торчали на заднем дворе «Норы», где я, следуя записям Гермионы, пытался сотворить хотя бы простейший щит «Протего». А праведное возмущение моего друга произрастало из того факта, что я постоянно и занудно твердил ему одно и то же: как только у меня наконец-то получится создать и удержать более-менее стабильный барьер, он должен будет без промедления запустить в меня парочку атакующих сглазов, дабы мы могли опытным путём проверить предел моей магической прочности.

Прежде всего, хотелось бы справедливо заметить: то ли я оказался не таким уж бракованным попаданцем, то ли сам оригинальный Рон, при всей своей лени, был далеко не так бесталанен, как его принято описывать. Факт оставался фактом: спустя всего несколько досадных неудач и одну своевременную подсказку от стоящего рядом лохматого очкарика у меня всё получилось.

Вы даже представить себе не можете тот шок, трепет и радость, накрывшие меня с головой от осознания простой, но такой великой истины: я — маг. Я, чёрт возьми, самый настоящий маг, умеющий колдовать! И пусть визуально это выглядело в точности как весьма качественные спецэффекты из фильмов в моей прошлой жизни, но одно дело — лениво жевать попкорн и смотреть на чудеса через экран, и совершенно другое — видеть искрящуюся энергию собственными глазами, физически ощущая, как она струится по венам, подчиняясь твоей воле. Понимание того, что именно ты являешься первоисточником этой силы, открывающей поистине безграничные перспективы, пьянило похлеще любого дорогого огневиски.

Впрочем, тут меня определённо занесло не в ту степь. Я только-только перехожу на четвёртый курс и едва научился ставить базовый щит сомнительной плотности, а уже раздухарился так, словно готовился занять вакантное место следующего Тёмного — ну, или на худой конец Светлого — Лорда.

И вот что ещё не давало мне покоя в процессе этих магических изысканий, так это концепция самой волшебной палочки. Головой-то я, конечно, понимал универсальное жизненное правило: «если оно работает — не трогай и не задавай лишних вопросов», но мой пытливый разум требовал логики. Почему в современном магическом обществе настоящих волшебников, способных творить чары без костылей, по сути, раз-два и обчёлся? Сейчас объясню ход своих мыслей. Что, если разобраться, делает всех этих напыщенных магов таковыми? Правильно, кусок хорошо отполированной древесины. Забери у них этот так называемый «проводник», и количество людей, способных наколдовать хотя бы искру, сведётся к статистической погрешности.

И чем тогда, спрашивается, эти благородные волшебники отличаются от презираемых ими обычных маглов? Да, я прекрасно понимаю, что простой человек с улицы, даже вооружившись самой мощной палочкой, в лучшем случае просто ничего не добьётся, а в худшем — подожжёт себе брови, поскольку искры дара в нём нет. Но ведь и волшебник, лишившись своего инструмента, в подавляющем большинстве случаев становится абсолютно беспомощным! Вот и получается забавная, если не сказать ироничная, картина: статус всемогущего мага определяет не столько его врождённый талант, сколько, грубо говоря, кусок дерева с запихнутым внутрь волосом из задницы какой-нибудь магической козы — ну, ладно, не козы, а единорога, но суть вы улавливаете. Если сейчас подойти и отобрать у меня эту деревяшку, то чем я, великий и ужасный Рональд Уизли, буду отличаться от среднестатистического жителя Англии? Разве что специфическими знаниями о том, как правильно мариновать флоббер-червей, да и только.

— Ну так мы начинаем или нет? — нетерпеливо прервал мои философские рассуждения Гарри, поигрывая своей палочкой.

— Ладно, только используй простой «Экспеллиармус», хорошо?

— Не волнуйся, — ответил Гарри с лёгкой, ободряющей улыбкой. — Я не буду вкладывать много сил, ударим вполсилы, просто чтобы проверить, насколько плотным получился барьер. Готов?

Я коротко кивнул и, сосредоточившись, взмахнул палочкой в точности так, как было зарисовано в конспектах нашей кудрявой всезнайки, и выдохнул:

— Протего!

К моему облегчению, прямо передо мной из воздуха мгновенно соткалось полупрозрачное, мерцающее голубоватым светом марево, начавшее формироваться в широкий призрачный щит. Но не успел я в полной мере насладиться плодами своих трудов, триумфально любуясь тем, как красиво переливается моя почти первая в жизни настоящая магическая защита, как наш доблестный Избранный, даже не дав барьеру окончательно застыть, безжалостно пустил его в расход.

— Экспеллиармус!

Ярко-красный луч сорвался с кончика его палочки и врезался в мою не до конца сформированную защиту с такой силой, что щит мгновенно лопнул, а меня самого отшвырнуло на добрый метр назад, и я болезненно приземлился задницей прямо в пыль. Нет, я, конечно, прекрасно понимал, что фирменное обезоруживающее заклинание в исполнении Гарри Поттера — это практически ультимативное орудие массового поражения, по своей убойной силе превосходящее любую «Аваду» Тёмного Лорда, но проверять эту невероятную теорию на собственном копчике было всё равно крайне неприятно. Ладно, будем считать это первым блином, который, как полагается, вышел комом, и мужественно тренироваться дальше.

— Рон! Прости, пожалуйста! — Гарри в ту же секунду оказался рядом, в панике опуская палочку и виновато протягивая мне руку, чтобы помочь подняться. — Ты как, цел? Я правда не думал, что получится так сильно, честное слово! Наверное, я просто рефлекторно вложил в удар чуть больше магии, чем планировал…

Но не успел он закончить свои извинения, как со стороны крыльца раздались до боли знакомые издевательски медленные аплодисменты.

— Браво, Гарри, просто браво! — с восхищением протянул Фред, неспешно спускаясь по деревянным ступеням. — Но если у тебя вдруг возникло непреодолимое желание качественно избить нашего младшего брата, ты ведь вполне мог бы обратиться к профессионалам.

— Именно! Зачем же марать руки в одиночку, лишая семью такого удовольствия? — с готовностью подхватил Джордж, подходя ближе и с откровенным весельем разглядывая мою покрытую пылью фигуру. — Мы бы с огромной радостью помогли тебе в этом благородном начинании! Более того, мы могли бы разработать куда более изощрённый и элегантный план мести.

— Например, мы могли бы отвлечь маму, сымитировав взрыв котла на кухне, пока ты загоняешь его в ловушку, — кивнул Фред, деловито загибая пальцы.

— Или, скажем, предварительно трансфигурировали бы землю под его ногами в скользкое желе, чтобы процесс падения выглядел куда более зрелищно, — добавил его близнец, растягивая губы в широченной ухмылке. — Мы же семья, Гарри! А такие важные, объединяющие мероприятия, как избиение младших Уизли, нужно обязательно проводить в дружном, сплочённом коллективе!

— Но если на секунду отбросить в сторону наши блестящие предложения и безвозмездные услуги, — внезапно посерьёзнел Фред, — нам всё-таки чертовски любопытно: а чем это вы тут занимаетесь в такую рань, ну, кроме избиения нашего брата?