Его Сиятельство Вовчик. Пенталогия (СИ), стр. 240
– За то, что стояли и не кланялись врагу низкий вам поклон, а за то, что ведете себя как скот, будет вам кара. Все сделанное вами не дает вам права превращаться в дерьмо. Тебя по‑хорошему предупреждали – не понял, пеняй на себя. А теперь пошли, если не хочешь, чтобы я тебя прям тут в землю вбил. И любовничков твоих. Посмотрим, какие вы вояки и какую там кровь проливали…
Махнув рукой, я последовал обратно в расположение своей учебки. Там показать и объяснить этим, в чем они не правы, будет лучше. Все же не стоило их при всех унижать, но если спущу подобное с рук, сам себя не прощу и лопну от злости.
Так что мы шли, но того, что случилось дальше, даже я предугадать не смог…
Глава 10
Заходим на нашу территорию – фиг бы их пропустили, если бы со мной не шли. Как бараны, честное слово, еще и шушукались за спиной – явно предвкушали, как впятером надерут мне зад. Шансы на это были мизерными – магом среди них был только офицер и то, судя по эфирному фону, не выше мастера. Я бы даже сказал, подмастерья. А сержанты просто физически сильные мужики.
Но шанс, конечно, у них был – драка без эфира и вполне можно… Да нифига не можно! С моим нынешним укреплением тела я их удары даже не почувствую! Но алкоголь дурманит разум, и под его парами кажется, что можешь все. Ровно до тех пор, пока реальность не пнет тебя по жопе и не макнет в дерьмо.
Так вот, движемся мы в сторону тренировочной площадки, а нам навстречу мои, ну скажем так, соседи по казарме – те самые мужики и дамы, но уже в званиях лейтенантов. Их тоже повысили, видимо. Так‑то я с ними вообще не общался – не до того было. Да и они не горели желанием впускать в свой круг непонятно кого. Но, как оказалось, они видели мое состояние и через что я проходил, и зауважали. Правда, проявилось это только в том, что они перестали бросать в мою сторону злобные взгляды, и, собственно, все. Судя по нашивкам, они были из военной разведки, а там говорливых не держат.
Ну вот как раз эта компания и вышла нам навстречу. И преградила путь. Неожиданно.
– Куда ведешь этих босяков, Деспот? – поинтересовалась у меня одна из дамочек, удивив обращением в принципе и тем, что знает мой позывной.
– Морды бить за оскорбление меня и моей невесты. Словом и делом.
– Снасильничать хотели? – злобно сощурилась она.
– Ты, девка, рот‑то прикрой, пока тебе в него чего не залетело!
Старлей старательно закапывал себя, а сержанты довольно заржали, подкидывая ему в могилу комья земли. Причем у них даже мозгов не хватило понять, что перед ними элита.
Эх, кажется, по‑тихому не получится.
– Девка? Меня зовут Стерва, мой юный глупый мальчик. А почему, думаю, ты сейчас узнаешь.
– Стерва? Та самая⁈ – как‑то резко протрезвели сержанты и синхронно сделали шаг назад.
А ее компания наоборот шагнула вперед. Так, что я оказался нос к носу с этой… Ну, видимо, популярной в узких кругах дамой.
– Стоять, – тормознул я. – Это моя добыча!!!
– Господь велел делиться, – хрустнул пудовыми кулаками мужик. – Если все себе и ничего людям – это грех.
– Спецназ своих не бросает, – добавила вторая дамочка. – Да и пятеро на одного – не слишком честно.
– Мы его не сильно будем бить, – старлей пыжился, но, кажется, тоже стремительно начал трезветь.
– Его? Я боюсь, после него от вас мало чего останется для нас. В общем, бой пять на пять. Какое по итогу наказание для проигравших, Деспот?
– Передовая с минимальным шансом выжить. Точней, нулевым.
– Принимается. Мы‑то, конечно, не проиграем, но если уж придется, то как раз там и служим.
– Мы передумали, – заблеял старлей, почуяв, что его пьяная выходка зашла слишком далеко. – Не будем…
– Что за нах происходит тут, на моей территории и почему мне на это не пох⁈
Рядом с нами нарисовался майор Левинский. Мелкий коротышка, люто ненавидящий всех, кто выше него. А так как выше него были все, он всех и ненавидел.
– Какого тут собрались и сиськи мнем и почему я этих сисек не вижу?
– У нас дуэль, поэтому пошел в жопу, – лениво отозвалась Стерва, показав, что право имеет послать даже такого злобного гнома, как майор.
– Против этих, что ль? – заинтересовался он. – Не жирно им будет с вами всеми?
– Скучно, – пожала она плечами. – Но он меня назвал матерным словом. А девку Деспота вообще трахнуть пытался. Нехорошо это, обидно и даже оскорбительно. Не дозволено всяким вытирать об нас ноги. Не позволительно.
– Что, прям вот так вот? Нет, так‑то я слышал, что тяжелые гренадеры без страха и упрека, но чтобы настолько… Слов нет и кулаки чешутся. Вот вам мой приказ – морды набить, показательно унизить, раздеть догола и отправить обратно. Второй полигон сейчас свободен. Условия я слышал – отправлю туда, откуда не возвращаются.
– Эй, вообще‑то в армии дуэли запрещены! – завопил уже окончательно протрезвевший старлей.
– Так какая же это дуэль⁈ –возмутился майор. – Обычная тренировка в условиях, приближенных к боевым. Отработка взаимодействия разных родов войск. Полный контакт и боевые патроны и ножи. Без магии. Деспот, тебе особо говорю – без магии!!!
– А что сразу Деспот? – обиделся я. – Такого Кузьму я и на кулачках возьму.
– Ловлю на слове – пойдешь с голыми руками. Ну ладно, возьмешь тактический нож. Но горло не резать – бьешь только по конечностям. А то вон как у тебя глаза‑то засверкали в предвкушении. Не превращайте тренировку в скотобойню.
– Боевые патроны⁈ – старлея уже несло. – А мы без брони, без защиты… Нас могу убить!!!
– А ты как хотел? Вы ж гренадеры и привыкли не кланяться пулям. Так вот и поучитесь от них уворачиваться. Если что, у нас лекари тут хорошие. Могут вытянуть даже с того света. Наверное. Но я бы проверять не рискнул.
– Мы напишем на вас жалобу!!!
– Конечно. Каждый из вас и напишет. Быть может, тогда меня отправят на фронт и я перестану нянькаться тут со всяким отрепьем. Приказ понятен?
– Так точно!!! – вытянулось наше отделение.
– Тогда нале‑во! Бегом марш!!!
Полигон встретил нас как родных – тишиной и покоем. Раскиданные повсюду укрытия: окопы, низкие строения из дерьма и веток. Строить что‑то глобальное бесполезно – все равно разрушат.
Прапорщик с мордой хомяка и хитрыми глазками притащил тележку, в которой лежало оружие, и махнул рукой – мол, разбирайте. Причем это самое оружие вообще не вызывало оптимизма. Судя по виду, нам щедро выделили давно списанный хлам, из которого стрелять опасно для жизни самого стреляющего.
На злобно задышавшую Стерву прапор вообще не обратил внимания – мол, жрите че дали и не выделывайтесь. Спецура должна воевать всем, даже тем, чем воевать нельзя. Оно и понятно: и нам тренировка, и он от мусора на складе избавится.
– Ну давай, – сказал старлей. – Устроим веселье. Я с удовольствием посмотрю на ваши лица, когда мы вас раскатаем. Пленных не берем.
– Пленных не берем, – повторила Стерва. – А ты, главное, не обосрись, лейтенант.
Он заржал. Сержанты за ним – смешно дураку, что уши на боку. Жаль, нельзя эти самые уши отрезать. Хотя… А кто сказал, что нельзя⁈
Пока наши противники упражнялись в сомнительном остроумии, я смотрел на дистанцию. Метров тридцать. Бетонные блоки между нами. Если побегут сразу – расстреляют. Значит, надо сближаться. А у меня только нож. Нож, блядь! Ну да ладно – он мне привычен и выглядит стильно, в отличие от того, чем вооружены остальные. Не рискнул мне прапор подсунуть дерьмо – значит, проживет дольше.
Разошлись в разные концы полигона.
Старлей напряженно посмотрел на нас, отбросив шутки. Поднял руку.
– Начали, – сказал как‑то буднично.
И мир взорвался автоматными очередями.
Я не побежал вперёд. Это было бы равносильно самоубийству. Упал в грязь лицом и пополз, как червяк.
Пули свистели над головой, выбивали бетонную крошку из блоков. Слева Стерва уже заняла позицию за ржавой бочкой, стреляла короткими очередями – патроны берегла. Её мужик – здоровяк, позывного не знаю – лупанул длинной и сразу откатился, потому что по нему прилетело ответкой.