"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1055

Эстебан в час приезда вездеходов так и сидел в пилотском кресле, но остальные к этому времени уже не раз выходили прогуляться по космодрому. Не то чтобы их так на свежий воздух тянуло, просто надо же было показать пугливым соглядатаям свою открытость и расположенность к диалогу. Катер, забитый прячущимися людьми – это как руки в карманах. Если по приземлении на мирную планету он остаётся глухо задраен на двое суток, это кого хочешь насторожит. А уж те странные люди, в панике бежавшие из космопорта при посадке катера, слишком подозрительными были и так.

Наблюдая первый контакт на обзорном экране с пилотского кресла, Эстебан отметил выдающиеся актёрские способности Родригеса, Альвареса и Финьеса. Их внезапный визит силовиков застиг мирно сидящими на площадке перед катером. Ни малейшей оборонительной реакции в сторону вывалившего из вездеходов тёмно-серого пятна в металлических блёстках – мощного отряда колониальной секьюрити в униформе и с бластерами.

И правда, чему тут злиться или пугаться? Раз человек в униформе охраны, он, наверное, имеет право на ношение бластера. Если он его тебе демонстрирует, значит, ему так надо; стоит отнестись с пониманием. Если он держит тебя в прицеле, не стоит делать резких движений, но в остальном – жизнь продолжается.

Четверо охранников с грозным видом окружили безоружную троицу на посадочном поле, остальные десятка полтора поспешили к открытому люку катера. Эстебан со вздохом отвернул своё кресло внутрь салона - встречать.

Ну вот силовики ворвались в салон, вернее, просто вбежали – ведь им никто не препятствовал.

- А мы вас уже заждались! – расплылся в улыбке Гонсалес, выглядывая из медотсека.

Его грубо вытолкнули, охранник с бластером нырнул на его место, заинтересованно бросил оттуда:

- Здесь у них раненый!

- Не беспокойте его, пожалуйста, - вежливо предупредил Гонсалес. – У него сильный жар вследствие заражения крови…

- Молчать! – посоветовал ему серый комбинезон, поигрывая бластером.

Двое в униформах взяли на прицел Эстебана, двое хмурого Флореса, по одному на Рамиреса, Гарриса и Лопеса. Остальным из охранников не досталось ни дела, ни места. Потоптались в тамбуре, вышли, уступая проход своему начальству – седовласому серокомбинезоннику с худым недовольным лицом и неприятно сверлящим взглядом из-под кустистых бровей.

- Кто таковы? – бросил он в пространство, косясь на комбинезоны космофлота империи Сант-Амазон Эскабар.

Его взгляд выдавал некоторую предвзятость отношения.

- Да, мы имперцы, - доброжелательно улыбнулся Гонсалес. И поинтересовался. – Простите, с кем имею честь?

Начальник сделал над собой усилие, чтобы представиться:

- Заместитель шерифа колонии Джед Кафф.

Начальников силовых структур анонимность угнетает, в особенности на захолустных планетах вроде Эр-Мангали. Гонсалес этим обстоятельством тонко воспользовался, молодец.

– И чему мы обязаны визитом? – не потерял инициативы врач. – Я слышал, на планете объявлен карантин. Это правда.

Но тут заместитель шерифа опомнился и принялся сам задавать вопросы, игнорируя встречные:

- Кто у вас тут главный?

И Эстебан неожиданно для себя вспомнил, что главный здесь он. По статусу в прежнем экипаже «Антареса» получается так. Другое дело, что с гибелью коммодора и захватом крейсера десантниками Альянса прежние статусы не раз уже обнулились.

Эстебан, по свойствам своей натуры, никак бы не мог претендовать на духовное наследование от Альфонсо Гуттиэреса, потому дело коммодора продолжил бортовой врач: сплотил деморализованные остатки экипажа, повёл на прорыв. Эстебан лишь включился в благое начинание и красиво провёл катер.

Гонсалес хорош и в роли переговорщика, его бы в ней и оставить, но… Объяснить служаке, каким чудом в имперском экипаже главным лицом оказался врач – задача почти непосильная, сопряжённая с новыми подозрениями. Тогда как причину посадки на Эр-Мангали надо изложить убедительно и просто.

- Я главный, - сказал Эстебан, после чего назвал флотский статус и четыре самых коротких имени из своих семи. Опыт показывал, что четыре имени оптимальное количество, чтобы вызвать уважение инокультурных профанов, а вот каждое новое имя сверх того повышает риск агрессивной реакции; человеку по имени Джед Кафф (и только) семь имён обязательно покажутся грубым издевательством.

- Цель прибытия на Эр-Мангали?

- Спасение экипажа после аварии корабля.

- Где ваш корабль?

- Оставлен на орбите.

- А что забыл ваш корабль на орбите нашей планеты?

- Нами выполнялась миссия, совместная с Галактическим Альянсом, - уклончиво сообщил Эстебан. – В детали миссии вас посвятить, к сожалению, не могу, поскольку давал подписку о неразглашении.

- Жаль, - хмыкнул Кафф. – Было бы интересно узнать, что Альянс относительно нас удумал.

Судя по его словам, связь планеты с Альянсом то ли отсутствовала, то ли была ограничена или затруднена.

- У вас на борту катера раненый, - вспомнил меж тем заместитель шерифа. – Причина ранения?

- Паника на борту корабля в результате аварии, - пояснил Эстебан, - кстати, ранен не только он. Мне тоже досталось. Возможно, без посторонней помощи мне даже не встать с этого кресла.

Как красиво удалось ввернуть в разговор свой психогенный паралич!

7

Стоило Каффу на миг замолчать, переваривая ответы, как Эстебан вернулся к теме карантина.

- Мой врач попытался спросить у вас, действует ли ещё карантинный запрет? Надеюсь, это не тайна?

- Не тайна, - сказал Кафф, - запрет действует. По этой причине я вынужден наложить арест на ваш катер.

- Значит, мы что-то нарушили? – тут Эстебан всерьёз удивился. - Но карантин обычно предполагает ограничение на выезд. А мы как раз прибыли.

- В случае нашей планеты ограничено прибытие, - назидательно молвил Кафф. – Что до возможности покинуть Эр-Мангали, так она и вовсе исключена.

- Да? И давно?

- Уже с полгода, - мрачно вздохнул начальник.

- То есть, в течение полугода никто вашу планету не покидал?

- Только самоубийцы. На орбите находится система «Карантин», - Кафф издал гаденький смешок. – Почему-то мне кажется, что ваш корабль с нею уже встретился.

А хоть бы и встретился, к чему это мелкое злорадство?

- Встретился, - признал Эстебан, - власти, пославшие нас, чего-то не просчитали.

Кафф покивал, думая о чём-то своём, по всей вероятности, противоположном. Он догадался, что власти всех нас подставили? Надо же, какой разумный заместитель шерифа.

- Значит, эти полгода у вас длится эпидемия? – спросил Эстебан.

- Эпидемия? – рассеянно переспросил Кафф. – Нет, прошла.

- Тогда почему же не снимут карантин?

- Не нашего ума дело, - отрезал Кафф. – Вот что, поскольку вы все арестованы, прошу сдать оружие.

Так просто?

- Арестованы? Но за что?

- Я же сказал: нарушение карантина.

8

Истинным дураком себя чувствуешь, когда ты арестован по чьей-то глупости, в особенности, когда не по своей. Но делать-то нечего. Рамирес передал людям Каффа переносной арсенал, куда заблаговременно было сложено личное оружие. Вариантов оставить его себе – безукоризненных не нашлось. Можно было, конечно, заначить парочку бластеров, но прикопать их в лесу – нарваться на внимание тех, кто там схоронился, причём специально, чтобы тебя пасти. А спрятать на катере – тоже не выход: ведь и он точно так же арестован и, как явствовало из распоряжений Каффа, будет отсюда куда-то препровождён.

Зачем? Да какие-то суда здесь садятся, в беспилотном режиме. Если на борту одни автоматы, а людей нет, то такие суда система «Карантин» пропускает и на прилёт, и на вылет. Если сам заместитель шерифа правильно понял далёкие от его разумения материи.

После сдачи оружия начался обыск. Серые комбинезоны обхлопали всех людей и обшарили помещения катера. Дополнительных единиц оружия не нашли, и Джед Кафф остался доволен. С ним поступили честно, не пытались надуть. Кажется, от латиносов он такого не ожидал.