Небо в кармане 6 (СИ), стр. 5
Пришлось пообещать подумать и в случае чего обязательно обратиться именно к нему. А сам вышел на улицу, выдохнул с облегчением, утёр со лба пот и огляделся по сторонам. Лучше всего будет обратиться непосредственно к владельцам автомобилей, чем я и занялся. Ну и, само собой, так и вышел на нужного мне поставщика, через которого и заказал всё необходимое. Ждать недолго, уж к завтрашнему вечеру товар будет на месте. Правда, на слово никто верить не собирался, поэтому пришлось потратить бо́льшую часть своих денежных запасов. И почему-то мне кажется, что никто ничего компенсировать мне не будет. Ну и ладно, я всё равно своё потом возьму.
С его высочеством встретились, как и договаривались ровно в полдень. Пришёл пораньше, поэтому пришлось чуть-чуть подождать Александра Михайловича. Время ожидание не прошло впустую, успел и позавтракать, и пообедать заодно в расположенном неподалёку ресторанчике.
Какого-либо внимания к своей персоне не заметил, но это и неудивительно, никто же меня здесь не знает и не узнаёт. Хожу, словно праздный отдыхающий. Правда, несколько раз пришлось отвечать на приветствия незнакомых мне людей, но, думаю, это просто проявление обычной вежливости.
А вот с появлением его высочества события понеслись вскачь…
Глава 3
Если бы видели эту раскрасневшуюся усатую физиономию, то точно подумали бы, что её обладатель или слишком доволен своей жизнью, или выиграл чего-то этакое хорошее, и уж точно бесплатное. Впрочем, выигрыш он на то и выигрыш, какого-то иного положительного толкования не предполагает, за исключением, само собой, налогов. Налоги, судари мои, никто не отменял.
В общем, сначала я услышал надвигающийся лёгкий смех и гомон, насторожился, собрался, на всякий случай приготовился, просто приготовился, неважно к чему, и только потом обернулся.
Его высочество, кто бы сомневался, возглавлял пешеходную процессию довольно-таки порядочной группы разновозрастных людей. И шёл он, нет, даже не шёл, а шествовал с самым что ни на есть важным видом, словно линкор в боевом ордере неудержимо разрезал усищами пространство перед собой, снисходительно снисходил до выслушивания склонившихся к нему каких-то хлыщей, одновременно высматривая кого-то взглядом по сторонам. И за ним в кильватере волочится вся эта преданная свора.
Кого ищет? Да меня, кого же ещё. Чертыхнулся — не так я намеревался привлечь к себе внимание, совсем не так. После ТАКОГО триумфального шествия каждая собака в Бадене не только будет знать о нашем прилёте, она меня в лицо узнавать станет. И попробуй теперь среди этой толпы перевозбуждённых прожигателей жизни вычислить тех людей, которых по озвученным ранее причинам заинтересовала бы моя персона.
Больше всего поразили два молодящихся организма, семенящих мелкими шажками чуть позади всей этой группы с большими, серебристого цвета, подносами в руках. А ещё больше удивился, как это так у них получается не уронить с этих подносов высокие бутылки шампанского с бокалами на высоких ножках. Причём какие-то из бокалов были полными. И почему они не падают?
Чёрт! Вся задумка коту под хвост. В данном случае не коту, само собой — князю, что б его за штаны и об угол. И ведь уже ничего не исправить, не скрыться, потому что взгляд Александра Михайловича уже углядел мою фигуру на фоне цветущего декоративного кустарника, навёлся на неё, подобно орудиям главного калибра на каком-нибудь крейсере и теперь целенаправленно двигался в моём направлении. Кажется, я попал. Сейчас вся эта гуляющая публика закрутит в своём разгульном хороводе и понесёт за собой, как понесла великого князя по местным пабам или как там они ещё здесь называются.
Замер — а что это я так распереживался? Никто меня не сможет заставить куда-то пойти вместе с этими людьми и никакой приказ его высочества, кто он мне такой, не заставит меня делать то, чего я сам не желаю делать.
А с другой стороны, подумал, почему бы и не использовать этот момент в своих целях? Ведь именно этого я и хотел — взбаламутить это болото и выловить жирную рыбу в мутной водице. Так вот же он, отличный шанс для этого. Получится — хорошо, не получится, тоже неплохо. Слухи о моём появлении моментально разлетятся, и мне останется лишь поджидать скорых гостей. Не здесь, так дома. Всех не переловим, но как-то проредить эту дрянь сможем.
Ладно, тогда придётся не просто поучаствовать в этой неожиданной гулянке, нужно будет её постараться возглавить, чтобы, как говориться, не упустить бразды правления из своих рук. Оттолкнулся от шершавого ствола местной разлапистой сосны и вышел на открытое пространство, на дорожку, оставляя за спиной ярко-жёлтые кусты форзиции.
— Ба, Николай Дмитриевич, а мы ведь вас ищем, — не дойдя до меня несколько шагов, во весь голос пророкотал Александр Михайлович. Покрутил головой налево-направо, так же громко проговорил своим спутникам. — Господа, вот этот молодой офицер и есть тот самый герой, о котором вы сегодня в газетах читали и о похождениях которого меня расспрашивали. А ещё именно он поразил всю Империю и весь мир своими передовыми, не побоюсь этого громкого слова, изобретениями. И я больше скажу, эти его изобретения, в отличие от многих других, уже принесли России огромную пользу. И ещё принесут! Вчерашние события тому подтверждением.
И вся эта толпа неудержимым бурлящим потоком буквально захлестнула меня, только что не опрокинула. Хорошо ещё никуда не утащила, сумел я на месте остаться. Да и то лишь потому, потому что дёргали меня в противоположные стороны.
Уж на что я, казалось, привык к общественному вниманию, но подобного никак не ожидал. И ладно бы тут одни экзальтированные дамочки были, но среди них и мужская часть занимала если и не половинную часть этой толпы, то ненамного и меньшую. Ни о каком приличии речи не шло, воспитание тоже было напрочь забыто и мне просто повезло, что меня не разорвали на тысячу маленьких Николаев. Одежду уж точно истрепали, каждый из них норовил прикоснуться, потянуть за рукав, привлекая тем самым моё внимание именно к своей персоне.
А потом его высочество вмешался, что-то этакое рявкнул, не разобрал за восторженным гомоном, что именно, но вал насевших на меня тел отхлынул прочь, расступился в стороны, освобождая проход для великого князя.
— Господа, господа, прошу вас остановиться. Николай Дмитриевич, как вы можете видеть, не ожидал встретить столь горячий приём от своих соотечественников в стране нашего противника и несколько растерялся. Кстати, князь, вряд ли вы кого-то из этих господ знаете лично, поэтому это упущение мы с вами сейчас исправим.
И тут же принялся называть мне чьи-то имена, фамилии, титулы и должности. Названные им личности тут же вежливо раскланивались, улыбались, но я-то видел, как в глубине их глаз прячется холодная змеиная хитрость. К таким спиной лучше не поворачиваться, ужалят. Не я им нужен, а внимание великого князя, близость к нему и ожидание неких преференций. А я так, вроде ещё одного внезапно образовавшегося фактора, способствующего этим ожиданиям, который они обязательно постараются использовать. Ну, ну, вы просто не понимаете, что уже начали мою задумку отрабатывать. Я же… А на меня где сядешь, там и слезешь…
А ведь там не только мужчины были, но и женщины. И даже, вот же ж уж так уж, девицы на выданье. Вот от этих-то мне больше всего заинтересованных взглядов и досталось. Да и мамаши их этак оценивающе на меня при знакомстве поглядывали, расчётливо так, что в голове только одна мысль и вертелась — как бы поскорее от этих взглядов смыться? С трудом себя от такого порыва удержал, раз уж задумал себя в качестве живца использовать, так придётся потерпеть.
— Позвольте, а это не вы ли были замешаны в том недавнем скандале? — вгляделась в моё лицо одна из очередных матрон. И уточнила. — В столичном ресторане с баронессой Катанаевой?
Опытным взглядом сумела разглядеть промелькнувшую на моём лице растерянность и тут же с явным торжеством в голосе добавила: