Провинциальный остеопат. Том 2 (СИ), стр. 31

— Александр, — обратился я к мужчине, собирая так и не понадобившиеся тейпы обратно в сумку. — После Нового года я обязательно к вам заеду. Нужно будет показать упражнения, которые вам придётся выполнять каждый день для поддержания. Правильный шаг мозг запомнит сам, но на это тоже понадобится время. В целом, они будут на работу с балансом, квадрицепсом, упражнения для тазобедренного сустава и поясницы.

— Сколько? — вдруг серьёзно спросил мужчина.

— Три месяца минимум. Потом часть уберём, но некоторые советую оставить на всю жизнь. Они и здоровым людям полезны.

— Да не об этом речь, — резко отрезал Стрижов. — С упражнениями всё понятно, не забывай, я бывший легкоатлет. Спрашиваю, сколько денег тебе надо?

Я фыркнул и махнул рукой.

— Говорил же, не за деньгами пришёл. Мне нужно было знать, что даже ошибки, которым четверть века, можно исправить.

— Ну и как? — нахмурился Стрижов. — Выяснил? Можно исправить?

Я забросил сумку на плечо и взял коробку с подарком для Ани.

— А это теперь от вас зависит, Александр. Окажусь я прав или нет. Три месяца… Тогда и узнаем.

Несколько секунд мы молча смотрели в глаза друг другу, прекрасно понимая, что слова здесь будут лишними, как вдруг Стрижов резко хлопнул в ладоши и прокричал:

— Подожди-ка, а ты разве не говорил, что тебя девушка ждёт?

Я лишь молча посмотрел на телефон. Три непрочитанных сообщения и ни одного пропущенного вызова.

— Думаю, всё ещё ждёт… По крайней мере, на это надеюсь.

— Ну тогда погнали! — радостно выпалил мужчина и резким шагом отправился в коридор.

— Да даже на метро не успею, — огорченно сказал я.

— К чёрту метро! Ты думаешь, я тебя заставлю пропустить вечер с любимой? Прыгнем в мою ласточку, и я довезу. Плевать, даже если нарушать придётся, всё равно домчу в срок!

Будто вторя его словам, в кармане вновь коротко завибрировал телефон. Несколько секунд я собирался с духом, прежде чем открыть сообщение. Аня…

«Я все ещё злюсь на тебя… но у тебя есть шанс. Двадцать минут…»

Сам того не заметив, я улыбнулся и почувствовал, как неприятный комок в груди наконец начал растворяться.

— Что… Всё ещё ждёт? — понимающе усмехнулся Стрижов.

— Всё ещё ждёт, — ответил я, и мы вместе выбежали на улицу.

Время неумолимо продолжало свой бег, до Нового года оставалось уже чуть-чуть, поэтому мужчина, кажется, решил вспомнить своё прошлое легкоатлета. Вот только вместо бега он гнал свою машину так, будто старенькая «девятка» буквально готовилась взлететь. Но нам способствовала удача, мы будто поймали зелёную волну. Временами пролетали на жёлтый, и водители сигналили нам в спину, а сам Стрижов частенько переходил на мат и посылал их в ответ, но главное, что успевали. Впрочем, если бы дороги не были пустыми из-за того, что все сидели по домам и ждали наступления нового, две тысячи тринадцатого года, мы бы точно стали виновниками аварии.

Да и сама Москва встречала последние минуты уходящего года совсем не такой, как я привык видеть её днём. Пробки практически исчезли, уступив место редким автомобилям, которые торопились домой не меньше нашего. В окнах многоэтажек переливались разноцветные гирлянды, а возле подъездов толпились компании с пакетами подарков и бутылками шампанского.

Мы пролетели мимо празднично украшенных витрин магазинов, свернули на почти пустую магистраль и помчались дальше. У автобусной остановки двое мужчин в смешных новогодних шапках безуспешно пытались поймать такси. Недалеко от них возле круглосуточного магазина стояла небольшая очередь из таких же забывчивых сограждан, которых послали за селёдкой под шубой в последний момент.

Стрижов же полностью отвергал существование всех правил ПДД.

— Александр, — осторожно произнёс я, наблюдая, как стрелка спидометра стремительно ползёт вверх. — Может, не стоит так быстро?

— Не пруди, физрук, — улыбнулся он в ответ, добавляя газу. — На носу две тысячи тринадцатый год, успеем!

Старенькая девятка остановилась возле нужного дома с таким скрипом тормозов, что мне показалось, что проедем ещё метров двести. Я машинально посмотрел на часы и облегчённо выдохнул. Без семи двенадцать.

— Ну всё, физрук, дальше сам, — довольно усмехнулся Стрижов, глуша двигатель. — Кажется, сегодня я нарушил кучу правил, впрочем, разберусь, не впервой.

— Спасибо, Александр. Правда, спасибо.

Мужчина только махнул рукой и впервые за весь вечер как-то по-доброму улыбнулся.

— Нет, это тебе спасибо, парень, и… Извини меня за то, как встретил и всё такое. Сам понимаешь, возраст уже, да и характер такой паршивый, что лаю, как пёс, а уж потом по-людски начинаю разговаривать.

— Это всё боль, — улыбнулся я ответ. — Пройдёт. Может, тогда с нами?

Стрижов рассмеялся.

— Нет уж, молодёжь должна гулять без ворчания стариков. Иди уже, тебя там девушка ждёт.

Я кивнул, мы пожали друг другу руки, и я побежал к подъезду. Взлететь на четвёртый этаж смог с такой скоростью, что моей физической подготовке позавидовали бы даже бывалые атлеты. Правда, не успел я постучаться в дверь, как она отворилась сама, и на пороге появился розовощёкий парень.

— Вот и Лёха, наш загадочный и неуловимый физрук! — незнакомец расплылся в широкой и хмельной улыбке. — Заходи быстрее, пока Анька не начала кидаться бокалами!

Уговаривать меня не пришлось. Я буквально влетел внутрь, на ходу снимая куртку, и на мгновение растерялся.

Внутри было шумно и тепло, а за большим праздничным столом собралась целая компания друзей Ани. Из телевизора доносились знакомые новогодние мелодии, а в воздухе пахло шампанским и мандаринами.

— О! Явился! — выкрикнула из толпы светловолосая девушка.

— Мы думали, ты уже не придёшь, — присоединился к ней высокий, курчавый парень.

— Так, физруку обязательно оформить штрафную! — послышался чей-то голос, спрятавшийся в глубине стола.

Я помахал всем рукой, улыбнулся и почти сразу перестал дышать, так как увидел её.

Аня стояла возле праздничного стола, словно сошла с обложки какого-нибудь дорого журнала. Чёрное бархатное платье с глубоким вырезом удивительно подчёркивало её фигуру, а распущенные каштановые волосы мягкими волнами ниспадали на плечи. Обычно она почти не пользовалась косметикой, но сегодня явно провела не один час перед зеркалом. Едва заметно подчёркнутые глаза, лёгкая улыбка на губах и тот самый взгляд, который за последние месяцы стал для меня незабываемым.

Наверное, впервые за всё время нашего знакомства, я поймал себя на мысли, что девушка напротив была по-настоящему красивой. Не просто милой, как тогда в общаге, и не очаровательной, как на Арбате, а именно красивой. Причём настолько, что на несколько секунд я просто забыл обо всём остальном.

— Так и будешь стоять? — спросила она, подзывая меня жестом.

Я сделал шаг вперёд и только сейчас вспомнил, что держал в руке подарок.

— Вот, это тебе, — произнёс я, протягивая ей коробку. — Ты прекрасно выглядишь.

Аня посмотрела на меня так, словно говорила: «Я всё ещё на тебя злюсь, но это не будет длиться вечно», а затем открыла мой подарок.

— Две минуты! — крикнул розовощёкий парень, хватая бутылку шампанского.

Девушка сорвала подарочную бумагу, с интересом открыла коробку и внезапно затаила дыхание. Внутри лежала пара дорогих светло-розовых балеток вместе с небольшой запиской из плотной бумаги: «Никогда не бросай свои мечты.»

Несколько секунд Аня молча смотрела на подарок, словно боялась прикоснуться к записке. Затем осторожно провела пальцами по мягкой коже балеток и улыбнулась так, ради чего и стоило нестись через всю Москву под аккомпанемент из мата и сигналов.

— Лёша, это… — тихо произнесла Аня.

— Минута! — радостно прокричал кто-то из гостей, заставив нас обоих вздрогнуть.

Квартира мгновенно ожила. Друзья Ани принялись разливать шампанское по бокалам и хвататься за телефоны и бенгальские огни. Розовощёкий парень вконец взял на себя обязанность главного распорядителя праздника и раздавал всем указания.