Кровавая жатва (СИ), стр. 80

Подплыть поближе к крокодильему острову Фёдор не смог. Да и в принципе, долго находиться в большом русле у него не получилось. Оказалось, крокодилы, которых человек видел прежде, были лишь разминкой, в то время как настоящее испытание начиналось чуть дальше.

Вся вода южнее острова просто кишела хищными тварями. Отряд слуг встречал их едва не каждые десять метров! Меняя траекторию, пиявки пытались обплыть угрозу, но тут же натыкались на очередное клыкастое чудище. Просачиваться через такое засилье враждебных существ было сродни заплыву по этажам затопленной пещеры — опасность таилась повсюду, и Рой словно ошпаренный старался избежать атаки со всех сторон.

Казалось, что здешняя популяция крокодилов насчитывает не десятки, а сотни особей! Фёдор засомневался, что такая орава способна прокормиться лишь за счёт редких войн и переменчивой охоты на коз. Должно быть, этих тварей здесь специально подкармливали, чтобы они плодились и выступали в роли дополнительной защиты для крепости.

Да, кродилы определённо являлись природными стражами форта. И потому плавать в окрестностях оборонного комплекса было смерти подобно. Никакие лазутчики или скрытные группы диверсантов не подберутся к острову ближе побережья. Никто не сможет оправдать своего присутствия в реке рыбалкой или сбором перловиц.

Осознав эту деталь, Фёдор вновь ощутил особый трепет перед силой, которую представляла данная фортификация. Её создатели умели поражать грубой и очевидной, но эффективной изобретательностью. Будь Фёдор всё ещё человеком, он бы почувствовал себя побеждённым и раздавленным этим гигантским сооружением.

Перспектива игры в кошки-мышки с огромной стаей крокодилов не очень прельщала коллективный разум, поэтому он поспешил убраться из большого русла в притоку, ведущую на северо-запад. По ней, скорей всего, уже можно будет попасть в столицу лесного королевства, а затем осуществить задумку главного стратега семьи.

Напоследок Фёдор осмотрел правое побережье второй реки — участок напротив поселения и крепости. Там, в юго-западном направлении, на вершине холма он увидел, выглядывающую из-за деревьев, крышу какого-то поместья. Рядом с ней также различались смотровые площадки пары дозорных башен. Из-за расположения на возвышенности, эти постройки находились даже выше, чем исполинские бастионы форта.

В том же же месте пиявки разглядели флагшток с развевающимся знаменем. С большого расстояния его было почти невозможно распознать, однако, судя по цветам, это был красный медведь на чёрном фоне — уже знакомая символика.

«Хм-м…» — задумался Фёдор — «Значит над крепостью — белое дерево, а вот там, над домиком в лесу уже красный медведь… Быть может, это пограничный пункт на рубеже двух государств? Мы проплыли свыше двухсот километров — достаточно ли этого, чтобы поместилась маленькая средневековая страна? Судя по рассказам Халимы, дэй это правитель пониже, чем шаугата и рокша. Эдакий барин со своими замком и фортом, но деревянными, а не каменными… А у красного медведя тоже есть своя столица и крепость? И почему этот флаг висел во дворце Щитти Хагрон? У них что, с медведем союз?.. Кошмар, сколько ещё неразведанной информации… Этот мир и правда настолько же велик, как Земля?..»

Помимо достижения изначальной цели, эта вылазка уже принесла Рою немало полезных сведений. Например, теперь он понимал, что отряд южан, который жуки разбили на магистрали, крайне вероятно, являлся частью гарнизона целого укреп-района с посёлком, рыбной фермой, бухтами, верфью и фортом.

Мозг королевы занёс данную точку в свой список важных координат на карте планеты. Если война с Белым Древом разгориться в полную силу, боевые действия затронут в том числе и этот регион. Штурм мега-крепости жучьими легионами может стать реальностью, а не фантазией.

Ну а пока, нужно было доплыть до столицы. Там у бойцов с жабрами тоже было одно потребное для семьи дельце…

[Схематическое изображение новооткрытой области (формы и пропорции искажены)]

Глава 134

(часть 8)

После плотного ужина, Халима разместился на лежанке и благополучно продрых где-то полтора часа. Пробудившись, чтобы сходить по-маленькому, он в итоге не стал укладываться по новой, а умылся холодной водой из миски и, пошатываясь, побрел в учебный кабинет. Рвение работать, вопреки разбитости и сонливости, говорило о том, что божественная сущность жуков не даёт старому бокату покоя. Жажда разобраться в природе уникального роя, благоприятным образом сказывалась на продуктивности старикана. Теперь разгадывание тайн бокатианской планеты, стало для них с Фёдором общей стезёй.

Учитель видел белый звездолёт. Учитель напрямую общался с оборотнем. Может он обладает и другой полезной информацией, которой не может поделиться из-за языкового барьера? Объединив опыт Халимы и возможности Роя, вместе они могли помочь друг другу найти желаемые ответы.

Сильная замотивированность пленника трудиться в любом физическом состоянии радовала коллективный разум. Ему и самому не терпелось поскорее добыть больше знаний обо всём.

Вечерний урок стартовал в промежуток времени, когда пиявки уже закончили изучать область с речной крепостью и уплыли вверх по руслу притоки. В аудитории на рабочем столе преподавателя ожидала композиция из деревянных фигурок: рыбак стоял в лодке и держал в руке удочку. На привязанном за нитку крючке висела рыбка. Присев, дед начал изучать милую поделку и не смог сдержать добродушной улыбки. Это была превосходная работа, обладать которой захотел бы любой мальчишка — даже с Земли и из современного времени.

Подошедший к рабочей поверхности слизевик приготовился разузнать много новых слов. Он дождался, пока сентиментальный гуманоид намилуется игрушкой, а затем поднёс кончик указки к первой детали. Сперва главенствующий разум желал узнать, как на бокатианском будет «рыбак».

Учитель спокойно выложил и прочитал слово:

— Ангата.

Фёдор предпочёл сделать табличку, а не лепить стикер на узкую деревяшку.

Довольно буднично и без спешки участники образовательного процесса прошлись по всем предметам в наборе. Рыба оказалась «фурка», удочка — «фусанг», леска или нитка — «сур», рыболовецкий крючок — «кич». Последней слизевик запросил название двухместной лодки, на что учитель выдал слово «варон».

Ради удобства перерожденец исполнил все переводы в формате слизевых панелек. Во время обозначения маленького плавсредства мыслительный центр заметил, что сочетание символов, звучащее, как «варон» он уже видел и слышал. Спутать его или забыть было сложно, ведь оно имело важное значение. Когда ученик недавно поставил перед Халимой самодельное знамя лесного королевства, тот сперва вдоволь нахохотался, а затем выдал название этой политической силы — Роварони Щитти Хагрон. Первое слово из данной последовательности старик не захотел показывать, а сразу отдал на реализацию столяру. Именно в нём и находился корень полностью совпадающий с бокатианской записью «варон».

У парня тут же прокрутилось в памяти всё, что он видел глазами акваразведчиков за прошлые три часа. Плантации деревьев с белой корой… бухты с кораблями… верфь заставленная корпусами строящихся суден… Всё это действительно было связано со словами «лодка», «деревянный» и «страна». Название лесного края возникло не с потолка. Но что же такое «роварони» и почему Миару его всё ещё не сделал по заказу учителя? Или… он как раз сделал…

Работая под угрозой лишиться ступни, одноногий калека почти закончил вырезку большого корабля. Однако Фёдор считал, что он сам попросил мастера сделать галеру — ещё в день, когда в бункере ночевал Жакару. Тогда вместе с заданием на вырезку повозки, слизевик жестами велел гуманоиду изготовить крупное судно и тот согласился. Возможно во всей этой ситуации имело место какое-то недопонимание или совпадение…

Под принуждением столяр трудился более небрежно и торопливо. Он не скрывал, что пытается поскорее закончить, лишь бы от него отстали. Это отразилось на финальном результате — модель получилась не такой точной и аккуратной, как могла бы. В какой-то момент бывший жуколов резко вонзил в палубу большой нож, нанося изделию непоправимый вред. Сознание человека удивилось, а потом ощутило растущий внутри гнев от такого поступка гуманоида. Миару вёл себя с поделкой нарочито грубо, дабы отомстить жукам за такое же отношение к нему. Оставив нож торчать в галере, он, как смог, развернулся к надзирателю и показал слону две раскрытые кисти.