Кровавая жатва (СИ), стр. 20

Залатанному суставу наносился всё больший урон, что вынуждало ослабевать и без того изнурённую клешню. Воспользовавшись этой слабиной, рептилия тотчас дотянулась и грызанула слона за длинный нос. Обезображенные дёсны сплющивали и жевали хобот, пока трепыхающаяся морда порывалась вырвать его из головы насекомого. В ту же секунду слизевик направил через основной канал щедрую струю силикона максимальной клейкости. Бело-прозрачная, вязкая субстанция хлынула из центрального жерла и из всех сквозных ранений хобота, залилась в пасть ящерицы, расплескалась ей на подбородок и губы. Всё это привело к тому что челюсти динозавра склеились, совсем как пару дней назад — разве что не так основательно, только по переднему краю.

Уже знакомая с этой проблемой рептилия сразу принялась выковыривать липучку когтями. На сей раз у неё не было сильного раздражителя во рту, зато имелась самая огромная добыча в её жизни, прямо перед глазами. За три рывка безбашенная тварь выдрала из пасти ком слизи обмазанный кровью, слюной, облепленный кусками дёсен и парой заострённых зубов. Приблизительно в этот же момент на спину ей упали клейкие окончания тросов, сброшенные слизевиками парящими на высоте. Три слона натянули свои арканы и тягой крыльев принялись оттаскивать громадину от старшего брата. Мега-слизевик тут же почувствовал как снижается давление на него со стороны монстра. Небольшая часть усилий ящерицы теперь тратилась на противодействие летающим арканщикам, пока основной натиск всё ещё сдерживали две клешни крупнейшего дитя.

И тут, внезапно рептилия кувыркнулась в бок, переваливаясь на спину. Похоже эта её реакция была связана с попыткой отделаться от канатов, утягивающих её назад. Полностью освободиться таким образом она не смогла. Однако ящерица добилась других, не менее обескураживающих Фёдора последствий.

Приклеенную к шее клешню вывернуло на сто восемьдесят градусов и окончательно вырвало из плеча, вопреки заплаткам. Троих слизевиков в воздухе резко дёрнуло вниз за их собственную слизь. Для таких махин, это было существенным вмешательством в стабильность полёта, из-за чего они потеряли много высоты и едва удержались от падения. В тот же момент все их тросы утратили натяжение, а ящерица закончила кувырок и вновь поднялась на ноги. Потерявшая много крови, израненная и заляпанная слизью она всё ещё пылала жаждой кромсать и убивать! Оторванная клешня огромного слизевика теперь болталась у неё на шее, как дурацкая и не очень уместная деталь. Поводки жуков намотались вокруг внушительного туловища и почти перестали мешать, даже когда летуны тянули за них изо всех сил.

Самое время было перезацепиться, чем и занялись аэроюниты. Слизевики, чьи канаты утратили должное воздействие, начали отлетать в стороны, не отпуская нити, а удлиняя их за счёт внутренних запасов слизи. Так они освобождали пространство для других братьев с такими же клейкими тросами. Уже вскоре сразу шесть летающих слонов будут удерживать ящерицу на привязи. Однако зверь не стал спокойно дожидаться, пока его пленят — основная цель всё ещё стояла на земле и к тому же ослабла, потеряв конечность. Из кувырка чешуйчатый гигант перешёл в новую атаку.

Фёдор оказался не готов к ней ни морально, ни физически. Прыткость рептилии была на ином уровне. Слизевику же оставалось уповать лишь на грубую силу и особое спецвещество.

Третьеранговый слон поторопился развернуться к динозавру стороной с целой клешнёй, но не успел. Монстр набросился на него сверху, вцепился лапами в спину и попытался достать до мягких крыльев, прокусив хитин. Когти ударяли и царапали защитный покров, оставляя в нём глубокие порезы и трещины. Выделяющейся из тела слизью жук старался на ходу всё скрепить и покрыть себя дополнительным слоем брони из твёрдого силикона. Пальцы и зубы ящерицы вязли в каше из быстро густеющей субстанции и кусков бронепластин. Передней лапой для ходьбы воин Роя предпринял попытку оттолкнуть громадного хищника, но тщетно. Противник почти достал челюстями до органов полёта, а значит этот слизевик не сможет вернуться в родные земли по воздуху…

Фёдор понимал, что сам виноват в происходящем. Хотел повеселиться, а в итоге стало совсем не до веселья.

Делать нечего, пришлось сражаться с этой тварью, не на жизнь, а на смерть. Протиснувшись головой под её брюхо, слон наконец сумел дотянуться клешнёй до рёбер. Два мощных пальца сдавили слой жира на боку рептилии. Как и в случае с шеей, им не хватило сил прорезать невероятно прочную шкуру. Фёдор был в отчаянии и уже думал просто продержаться до момента, когда за ящерицу зацепится с десяток канатов, после чего её оттащат младшие братья. Как вдруг его посетила идея получше… Глазами другого слуги он отыскал на теле динозавра область, где слизь содрала чешую. По этой наводке мыслительный центр направил клешню борющегося слона и со всего размаху всадил по уязвимой точке. Лапа врезалась в плоть и вошла на тридцать сантиметров. Вот оно! Там где отсутствовал природный доспех ящерицы жук всё же мог наносить ей урон.

Давя и ковыряясь клешнёй в теле монстра, слизевик проникал глубже в брюхо. В итоге громадина бешено заревела от боли. Ей было уже не так удобно раздирать своего врага…

Это был всего один ящер, а ведь имелось ещё два. Для них коллективный разум не собирался устраивать дуэли, а решил просто прикончить их предельно быстро и эффективно.

Через полминуты после освобождения первой, из большой сети вырвалась и вторая рептилия. Ради этого она использовала свою напарницу, как якорь, и протащила её по земле около пятнадцати метров. Это привело к тому что вся экипировка наездника и сотни чешуек остались прилипшие к силикону. Громадина же обрела клетчатый узор состоящий из кожи лоснящейся сукровицей и кровью.

Встряхнув всем телом, словно собака вылезшая из воды, она начала осматриваться, приоткрывая пасть в хищном оскале. Взгляд ящерицы дёргано перемещался между парящими над местом сражения слизевиками. Десятки слонов прямо в тот момент забрасывали комками слизи последнего динозавра в ловушке и пытались зацепить поводки за монстра раздирающего их брата.

Внимание ящерицы номер два сфокусировалось на наземной битве, которая была в самом разгаре. Фёдор ожидал, что эта тварь решит присоединиться к нападению на супер жука. В конце концов рептилии могли поделить между собой столь огромную добычу.

Громадина поползла к поваленному дереву, через которое нужно было перелезть, чтобы подключится к схватке. И тут внезапно она не стала никуда лезть, а выстрелила языком прямо в ближайшего слизевика второго ранга! Липучка на конце розового отростка пристала к средней лапе парящего насекомого, после чего язык начал стремительно втягиваться обратно. Мыслительный центр почему-то не учёл, что не у всех ящериц данный биомеханизм может быть выведен из строя…

Настал час платить за ошибки. Трёхметровая туша шандарахнулась с высоты прямо перед чешуйчатой мордой. От одного лишь падения слон почувствовал, как треснул его панцирь и появились пробоины в слизебаках. Распахнутая пасть потянулась к оглушённой жертве и первым же укусом, оторвала ту лапу, которая пристала к языку. После этого монструозный ящер поставил на жука ногу и рывком вцепился клыками в его голову. Последние сигналы нервной системы слуги отдали команду превратить всю слизь внутри организма в клей, который не даст спокойно его сожрать.

Впрочем, в этом уже не было особого смысла. Через мгновение после того как мозг слона был раздавлен, из леса по сторонам от ящера номер два выскочило тринадцать разогнанных бронерогов. Фёдор специально готовил их к этой атаке, чтобы никто не помешал честной дуэли двух колоссов и эксперимент с слизевиком третьего ранга принёс чистые эмпирические данные. Каждый рогач распрыгался и превратился в летящий таран, направленный на одного конкретного противника. Череда мощнейших ударов обрушилась на тело рептилии. Она надсадно рыкала и стонала, пока её мотало из стороны в сторону и пронзало рогами. Похоже Рою удалось застать эту тварь врасплох. Лесные заросли, шум крыльев и тряска земли от сражения двух чудищ замаскировали приближение скачущих громил.