Уоррен Баффет. Как 5 долларов превратить в 150 миллиардов, стр. 66

Мышление по системе 2 — это рассуждающая часть нашего познавательного процесса. Оно работает контролируемо, медленно и с усилием. Наши «медленно реализуемые идеи», требующие «размышлений, суждений и специальных знаний», заложены в мышлении по системе 2.

В 2011 году нобелевский лауреат Даниэль Канеман написал знаковую книгу под названием «Думай медленно… решай быстро». Она стала бестселлером по версии New York Times и вошла в пятерку лучших научно-популярных книг того года — немалое достижение для книги о принятии решений. Больше всего мне нравится глава 3 — «Ленивый контролер». Канеман напоминает нам, что когнитивные усилия — это умственная работа и, как и в любой другой работе, многие из нас склонны лениться, когда задача становится сложнее. Автора удивляет легкость, с которой умные люди кажутся настолько удовлетворенными своим первоначальным ответом, что перестают думать.

Он поясняет, что деятельность, которая задействует мышление по системе 2, требует самоконтроля, а постоянное проявление самоконтроля утомляет. Если нас заставляют снова и снова делать что-то сложное, с каждым поступающим заданием самоконтроль постепенно слабеет. В конце концов у нас просто заканчивается «бензин». И наоборот, «тех, кто избегает греха интеллектуальной лени, можно назвать “вовлеченными в процесс”. Они более бдительны, более интеллектуально активны, менее склонны удовлетворяться внешне привлекательными ответами, более скептически относятся к своей интуиции» [228].

Шейн Фредерик, доцент кафедры маркетинга, показал нам увлекательный пример, как люди с достаточно высоким IQ переходят от мышления по системе 1 к системе 2. Он собрал группу студентов Лиги Плюща из Гарварда, Принстона и Массачусетского технологического института (предположительно, все они были очень умными) и задал им три вопроса:

1. Бита и мяч стоят 1,1 доллара. Бита на один доллар дороже мяча. Сколько стоит мяч?

2. Если пяти машинам требуется пять минут, чтобы сделать пять деталей, сколько времени потребуется 100 машинам, чтобы сделать 100 деталей?

3. В озере есть заросли кувшинок. Каждый день заросли удваиваются в размерах. Если за 48 дней заросли покроют все озеро, сколько времени потребуется, чтобы заросли покрыли половину озера? [229]

К удивлению Фредерика, более половины студентов ответили неправильно, что заставило его выделить две существенные проблемы. Во-первых, люди не привыкли тщательно обдумывать задачи и часто бросаются к первому правдоподобному ответу, который приходит на ум, чтобы не взваливать на себя тяжелое бремя мышления по системе 2. Во-вторых, проблема, которая сама по себе вызывает беспокойство, заключается в осознании, что мышление по системе 2 плохо справляется с мониторингом мышления по системе 1 на предмет ошибок. Фредерику казалось очевидным, что студенты застряли в мышлении по системе 1 и не могут или не хотят переходить на систему 2.

Как работают системы 1 и 2 при инвестировании? Допустим, инвестор рассматривает возможность покупки обыкновенных акций. Используя мышление по системе 1, он рассчитал бы соотношение цены и прибыли компании, балансовую стоимость и дивидендную доходность. Увидев, что два показателя торгуются вблизи исторических минимумов, а компания в последние десять лет ежегодно увеличивала дивиденды, инвестор может тут же прийти к выводу, что акции имеют хорошую стоимость. К сожалению, слишком многие инвесторы при принятии решения полагаются почти исключительно на мышление по системе 1, даже не пытаясь вовлечь в работу систему 2.

Что значит быть вовлеченным? Проще говоря, это означает, что ваше мышление по системе 2 — мощное, активное и менее подверженное усталости. Мышление по системе 2 настолько отличается от мышления по системе 1, что психолог Кит Станович назвал их «отдельными разумами».

Однако «отдельный разум» является отдельным только в том случае, если он чем-то отличается. В контексте инвестирования «отдельный разум», присущий системе 2, отличается от «отдельного разума», присущего системе 1, только в том случае, если он адекватно вооружен необходимым пониманием конкурентных преимуществ компании, способности ее руководства рационально распределять капитал, важных экономических факторов, определяющих стоимость компании, и психологических уроков, удерживающих инвестора от принятия глупых решений.

Мне кажется, что большая часть решений, принимаемых на Уолл-стрит, основывается на мышлении по системе 1. Оно опирается на интуицию. Решения принимаются автоматически и быстро, практически не оставляя времени на вдумчивые размышления. Мышление по системе 2 — глубокое и серьезное. Оно неторопливо и требует концентрации. Мыслители по системе 2 от природы терпеливы. Чтобы мышление по системе 2 работало эффективно, вы должны выделить время для размышлений — и, да, даже для медитации. Вряд ли вы удивитесь, если я укажу, что инвестиционные принципы Уоррена Баффета лучше всего подходят для медленного обдумывания, а не для принятия быстрых решений, характерных для системы 1.

Второй причиной дисрационалии Станович называет отсутствие подходящего содержания для мышления по системе 2. Психологи, изучающие процесс принятия решений, описывают нехватку содержания как пробел в интеллектуальной базе. Понятие впервые сформулировал Дэвид Перкинс, ученый-когнитивист из Гарварда. Он назвал интеллектуальной базой все правила, стратегии, порядки и знания, которые люди имеют в своем распоряжении, чтобы решить проблему. «Как кухонные принадлежности нужны для работы на кухне, а программное обеспечение — для работы с вашим компьютером, интеллектуальная база необходима для работы ума, — объясняет Перкинс. — Сюда входит все, чему человек может научиться, что расширяет его общие способности к критическому и творческому мышлению» [230].

Какая интеллектуальная база вам понадобится для активации мышления по системе 2? Как минимум вы должны прочитать годовой отчет компании и годовые отчеты конкурентов. Если окажется, что у компании сильная конкурентная позиция с благоприятными долгосрочными перспективами, вам следует протестировать несколько моделей дисконтирования дивидендов, которые включают различные темпы роста прибыли владельцев компании за разные периоды времени, чтобы получить представление о приблизительной стоимости. Затем изучите и поймите долгосрочную стратегию руководства по распределению капитала. Наконец, вы можете позвонить друзьям, коллегам или финансовым консультантам, чтобы узнать их мнение о вашей компании или, что еще лучше, о конкурентах вашей компании. Обратите внимание: для всего этого не нужно высокое IQ, однако это более трудоемко и требует больших умственных усилий и концентрации, чем просто вычисление текущего соотношения цены и прибыли компании.

Хотя существует множество доказательств, что долгосрочное мышление, если его терпеливо применять, — лучший способ достижения успеха в инвестировании, похоже, ничего особо не изменилось. Даже финансовый кризис 2008–2009 годов и длительный спад на фондовом рынке не переменили нашего поведения. Сегодня практически вся рыночная активность носит краткосрочный характер. В 1960 году годовой оборот Нью-Йоркской фондовой биржи и Американской фондовой биржи, взвешенный по стоимости, составлял менее 10%. Сегодня этот показатель превышает 300%, что в 30 раз больше, чем за последние 50 лет [231]. Трудно поверить, что этот резкий рост активности не оказал преобразующего воздействия как на рынок, так и на его участников.

Теоретически считается, что увеличение числа участников на фондовом рынке в сочетании с увеличением объемов торгов приводит к лучшему определению цен, что, в свою очередь, ведет к сокращению разрыва между ценой и стоимостью при соответствующем снижении рыночного шума и волатильности. Но в реальности мы узнали, что если большинство участников рынка — спекулянты, а не инвесторы, то, скорее всего, мы увидим прямо противоположное: увеличение торговой активности приведет к увеличению разрыва между ценой и стоимостью, ухудшению рыночного шума и всплескам волатильности. В современном мире инвестор, ставший заложником требований к краткосрочной доходности, не почувствует ничего, кроме недовольства.