Уоррен Баффет. Как 5 долларов превратить в 150 миллиардов, стр. 19
Отчасти партнерство Уоррена и Чарли длится так долго потому, что оба придерживаются бескомпромиссного отношения к принципам ведения бизнеса, основанным на здравом смысле. Оба обладают управленческими качествами, необходимыми для ведения высококлассного бизнеса. Акционеры Berkshire Hathaway счастливы, что компанией руководят управляющие партнеры, которые заботятся об их интересах и помогают им зарабатывать деньги в любых экономических условиях. Учитывая отношение Баффета к принудительному выходу на пенсию по достижении определенного возраста — он не считает это оправданным, — акционеры Berkshire на протяжении более тридцати пяти лет получали выгоду от управления компанией не одним выдающимся умом, а сразу двумя.
Вскоре после смерти Грэма в 1976 году Баффет стал продолжателем его деятельности по продвижению ценностного подхода к инвестированию. И действительно, имя Баффета стало синонимом основанного на стоимости инвестирования [41]. Вполне понятно почему. Он самый известный из преданных учеников Грэма и никогда не упускает случая признать свой моральный долг перед учителем. Даже сегодня Баффет считает Грэма единственным человеком после своего отца, который оказал наибольшее влияние на его инвестиционные взгляды [42]. Он даже назвал своего первенца в честь наставника — Говард Грэм Баффет.
Но как же Баффет совмещает свой моральный долг перед Грэмом с покупками акций таких компаний, как Washington Post Company (1973), Capital Cities/ABC (1986), The Coca-Cola Company (1988) и IBM (2011)?! Ни одна из них не прошла бы строгий отбор по правилам Грэма, однако Баффет вложил значительные средства в каждую.
Еще в 1965 году Баффет начал осознавать, что стратегия Грэма по покупке дешевых акций имеет свои ограничения [43]. Грэм, по его словам, покупал акции по такой низкой цене, что некоторые «сбои» в бизнесе компании позволяли инвесторам продать их акции по более высокой. Баффет называл эту стратегию «подбиранием окурков». Проходя по улице, инвестор замечает лежащий на земле окурок и поднимает его, чтобы затянуться хоть разок. Хотя это и отвратительно, выгодная цена окурка делает затяжку оправданной. Чтобы стратегия Грэма работала стабильно, по мнению Баффета, кто-то должен играть роль ликвидатора. Если не ликвидатор, то какой-то другой инвестор должен быть готов приобрести акции вашей компании, что приведет к росту их цены.
Баффет объясняет: «Если вы заплатили восемь миллионов долларов за компанию, активы которой составляют десять миллионов долларов, вы получите солидную прибыль, если эти активы будут своевременно проданы. Но если экономика, лежащая в основе бизнеса, оставляет желать лучшего и на продажу компании уходит десять лет, ваша общая прибыль, скорее всего, окажется ниже среднего». «Время — друг замечательного бизнеса, — говорит он, — и враг посредственного» [44]. Если бы Баффет не умел избавляться от неэффективных компаний и получать прибыль от разницы между ценой покупки и рыночной стоимостью активов компании, его результаты со временем привели бы к печальному итогу.
Совершив первые инвестиционные ошибки, Баффет начал отходить от учения Грэма. «Я развивался, — признался он однажды, — но это не было постепенным превращением обезьяны в человека или человека в обезьяну» [45]. Он начал ценить качественные характеристики некоторых компаний в противовес количественным аспектам других, однако по-прежнему искал выгодные предложения по заниженной цене. «Моим наказанием за это, — признавался он, — стала необходимость вникать в экономическую деятельность компаний по производству оборудования для сельского хозяйства (Dempster Mill Manufacturing), третьестепенных универмагов (Hochschild-Kohn) и текстильных предприятий Новой Англии (Berkshire Hathaway)» [46]. Пытаясь объяснить свои затруднения, Баффет процитировал Кейнса: «Проблема заключается не в новых идеях, а в том, чтобы отказаться от старых». По признанию самого Баффета, его развитие происходило постепенно, потому что полученные от Грэма знания были очень ценными.
В 1984 году, выступая перед студентами Колумбийского университета по случаю празднования пятидесятой годовщины выхода книги «Анализ ценных бумаг», Баффет упомянул о группе успешных инвесторов, которые признают Бена Грэма своим общим интеллектуальным патриархом [47]. Грэм изложил теорию маржи безопасности, но каждый его ученик разработал свои способы применения данной теории для определения стоимости бизнеса компании. Однако их объединяет то, что все они ищут несоответствие между стоимостью бизнеса и его ценных бумаг. Люди, удивленные покупкой Баффетом компаний Coca-Cola и IBM, не могут отделить теорию от методологии. Баффет явно придерживается теории Грэма о марже безопасности, но решительно отошел от методологии наставника. По словам Баффета, в последний раз методология Грэма позволяла легко извлекать прибыль в период спада финансового рынка в 1973–1974 годах.
Не стоит забывать, что при оценке акций Грэм не задумывался о специфике бизнеса или возможностях руководства. Он ограничил свои исследования корпоративной документацией и годовыми отчетами. Если существовала математическая вероятность получения прибыли, поскольку цена акций падала меньше стоимости активов компании, Грэм покупал компанию. Чтобы увеличить вероятность успеха, он приобрел как можно больше таких статистически подходящих компаний.
Если бы учение Грэма ограничивалось этими принципами, Баффет не придерживался бы его так долго. Но он считал теорию маржи безопасности настолько основополагающей и важной, что мог простить все остальные недостатки методологии Грэма. Даже сегодня Баффет продолжает придерживаться главной идеи Грэма — теории маржи безопасности. Прошло почти шестьдесят пять лет с тех пор, как он впервые прочитал книгу Бена Грэма. И тем не менее Баффет без колебаний напоминает всем: «Я по-прежнему верю в правильность этих трех слов» [48]. Он усвоил от Грэма важный урок: успешное инвестирование предполагает покупку акций, когда их рыночная цена значительно ниже действительной стоимости.
Помимо теории маржи безопасности, которая стала интеллектуальной основой мышления Баффета, Грэм помог ему понять, как глупо следовать за колебаниями фондового рынка. Грэм считал, что акции обладают инвестиционными и спекулятивными свойствами, и спекулятивные свойства — это следствие человеческого страха и жадности. Такие эмоции, присущие большинству инвесторов, приводят к тому, что цены на акции взлетают намного выше и, что более важно, падают намного ниже внутренней стоимости компании. Грэм наставлял Баффета, чтобы тот оградил себя от эмоциональных вихрей фондового рынка, и тогда у него появится возможность использовать неразумное поведение других инвесторов, покупающих акции под влиянием эмоций, а не логики.
У Грэма Баффет научился мыслить независимо от мнения остальных. «Если ты пришел к логическому выводу, основанному на здравом суждении, — советовал Грэм Баффету, — не отказывайся от него только потому, что другие не согласны». «Мнение толпы не может ни подтвердить, ни опровергнуть твою правоту, — писал Грэм. — Ты прав, только если твои данные и рассуждения верны» [49].
Фил Фишер во многом был полной противоположностью Бена Грэма. Фишер считал, что для принятия обоснованных решений инвесторам необходимо владеть полной информацией о бизнесе. Это означало изучение всех аспектов деятельности компании. Требовалось выйти за рамки цифр и изучить сам бизнес, поскольку его процессы имели большое значение для принятия правильного решения. Необходимо также было изучить характеристики руководства компании, поскольку способности руководства могли повлиять на стоимость бизнеса. Важно узнать как можно больше об отрасли, в которой работает компания, и о ее конкурентах. Следует использовать любой источник информации. Благодаря Фишеру Баффет научился ценить слухи. На протяжении многих лет он развивал обширную сеть личных связей, которые помогали ему в оценке различных компаний.