Мир полуночи. Трилогия (СИ), стр. 110

– Со мной сложнее, нестандартный случай, – признал я. – Но я буду проходить под надзором самого Дельгадо, так что думаю, шансы у меня неплохие.

– Это внушает надежду, – вздохнула она. – Но к чему ты вообще про это заговорил?

– К тому, что нам стоит немного развеяться, – заявил я. – А то это ожидание и неизвестность всё‑таки сильно давят на нервы. Сейчас в Дельфоре проходит ежегодная ярмарка. На площади Двух кузнечиков стоят палатки – там и купить что‑то можно, и развлечений полно. На ярмарку разрешают приезжать торговцам из других секторалей, даже бездарных пускают.

– А что это за два кузнечика? Это, случайно, не Дельгадо с Форимом?

– Разве что аллегорически, – засмеялся я. – Не знаю, может, и есть какая‑нибудь связанная с ними легенда. Но ты лучше так не шути, вдруг это для них будет обидно. Так что – идём вечером?

– Идём, – охотно согласилась Арна. – А почему вечером?

– Во‑первых, там вечером самая жизнь, днём же все на службе. Это Дельфор, здесь бездельников не любят. А во‑вторых, ко мне скоро Сиги Дель должен прийти. Это тот невоспитанный парнишка, правнук Дельгадо, я его пообещал подучить драться.

– Сам‑то драться умеешь? – иронически фыркнула она.

– С оружием я, конечно, пока не очень, – самокритично признался я, – но там речь про уличную драку. А в этом я наверняка посильнее тебя, так что можешь не иронизировать.

– Я без оружия вообще драться не умею, – призналась она. – И зачем тебе это? Хочешь к Дельгадо подлизаться?

– Скорее уж к его дочери, которая бабка Сиги, – подумав, ответил я. – Но там не факт, что удастся подлизаться. Может случиться и наоборот, семья не одобрит, что я ребёнка такому учу. Родственники, они ведь всякие бывают.

– Тогда зачем? – она непонимающе смотрела на меня.

– Почему всё надо делать только затем, чтобы к кому‑нибудь подлизаться? – с досадой спросил я. – Его в школе тиранят. Сиги нормальный пацан, ему просто надо немного придать уверенности. Я сам когда‑то через это прошёл – мне тогда помогли, а теперь я должен кому‑нибудь помочь. Вернуть долг. Отплатить добром за добро, понимаешь?

– Не совсем, – озадаченно сказала Арна. – Допустим, ты должен. Но ты же не ему должен?

– Да какая разница кому? – с досадой сказал я. – Считай, что я себе должен. Или миру. Неважно кому – просто есть долг и его надо вернуть.

– Всё равно не понимаю, – она на мгновение задумалась, а потом просто махнула рукой. – Но пусть будет по‑твоему.

– Кстати, раз уж мы заговорили про дочь Дельгадо – я ей сказал, что мы поняли суть продвинутой медитации, и попросил подтвердить, что на нас такие приёмы использоваться не будут. Она подтвердила.

– Ты с ума сошёл, Артём? – вскинулась Арна. – Ты хоть понимаешь, как ты рисковал? Тебя могли просто прибить, чтобы не болтал лишнего.

– Не прибили же, – хмуро ответил я. – А что было делать? Мне совсем не хочется в один прекрасный день превратиться в улыбающегося идиота. А так мы по крайней мере уточнили наши отношения: они не пытаются на нас воздействовать, а мы ничего про это не знаем. А что знали, сразу же и забыли.

– Ты очень рисковал, – осуждающе покачала головой Арна.

– Это было необходимо, – упрямо повторил я. – Но знаешь, что я скажу: в последнее время я начал думать, что с этим тоже не всё просто. Что мы не совсем правильно всё поняли.

– Что ты имеешь в виду? – заинтересовалась она.

– Правнука Дельгадо бьют в школе, но никто никому мозги при этом не правит. А ещё я вдруг узнал, что жители Дельфора много и свободно путешествуют. И занимаются там всякими разными вещами, вроде наёмничества. На людей с подправленными мозгами это не очень похоже.

– Действительно странно, – согласилась Арна.

Стук в дверь был на удивление вежливым.

– Заходи, Сиги, – кивнул ему я. – Мы как раз чай пьём, присоединяйся.

Арна молча отрезала для него кусок пирожного – довольно щедро отрезала, надо заметить. Жадной её точно не назвать.

Сиги взял свою чашку, не забыв поблагодарить – вот прямо другой человек. Что только подтверждает мой вывод, что наглость у него исключительно наносная.

– Так ты будешь меня учить драться, Тим? – спросил он с надеждой.

– Обязательно, – пообещал я. – Но ты имей в виду, что умение драться совсем не главное. Это умение чисто вспомогательное. Силу надо использовать осторожно и с умом, иначе будет только хуже.

– Да? – недоверчиво переспросил он.

– У вас в школе есть какой‑нибудь главный драчун?

– Есть, – кивнул он. – Придурок полный, с ним просто связываться никто не хочет.

– Вот, про что я и говорю. Сила есть, а уважения нет. Это пока он школьник, ему косяки прощаются, а станет взрослым, встретит кого‑нибудь вроде Рины, и всё, путь его на этом закончится.

– А что, Рина хорошо дерётся? – он с любопытством посмотрел на Арну.

– Нет, дерётся она совсем плохо, – уверенно заявил я, и Арна засмеялась, – но ей и не надо. Женщины к этому чисто физически не приспособлены, так зачем тратить время на то, где заведомо никаких высот не добьёшься? Вот Рина и не дерётся, зато оружием владеет так, что любо‑дорого посмотреть. Так что она никаких драк устраивать не будет, просто ткнёт чем‑нибудь острым, и этим дело кончится.

Сиги с уважением посмотрел на Арну.

– А как драться с умом? – с любопытством спросил он.

– Если с умом, то драться надо только тогда, когда этого избежать нельзя. Практически всегда будет умнее решить вопрос без драки.

– Вот и училка в школе так же говорит, – разочарованно сказал он. – Что драться нельзя, и надо словами убеждать.

– Глупость, конечно, полная, – усмехнулся я, и у него во взгляде снова появился интерес. – Ты поэтому за законы взялся?

– Ну да, – уныло сказал он. – Не работает совсем.

– Естественно, – согласно кивнул я. – Законом ещё можно напугать взрослого, который задумывается о последствиях, да и то не всякого. А детей законом пугать бесполезно, они о таких вещах ещё не задумываются. И вообще, это не путь магика. Магик решает проблемы с умом, а если их решить невозможно, он их сокрушает. Сам, безо всяких законов.

Вот сейчас я полностью завладел его вниманием. Сокрушать безо всяких законов – какая ещё перспектива привлекательней для подростка?

– И как решать проблемы с умом?

– Прежде всего надо понимать, что движет людьми. Вот, например, почему школьный хулиган лезет к тем, кто слабее?

– Да безо всякой причины лезет, – возмущённо вскинулся Сиги. – Просто так лезет!

– Причина всегда есть. Конкретно в данном случае он себе самооценку поднимает, унижая других. Значит, разговором эту проблему не решить, придётся морду бить, иначе никак. А почему училка требует словами решать? Подумай и скажи.

Сиги надолго задумался.

– Шума не хочет? – наконец, предположил он.

– Верно, – одобрительно кивнул я. – Учительница обязана обеспечить в своём классе успеваемость и дисциплину, иначе директор её спросит, почему она класс распустила. Ей на ваши отношения глубоко плевать, она в это даже вникать не будет. Ей главное, чтобы с виду всё тихо было.

– То есть в школе драться нельзя?

– Можно, но с умом. Если ему нос разбить или фингал поставить, то это будет скандал. А вот если под дых ударить или по печени, то как бы ничего и не было.

– Девчонки обязательно наябедничают, – уверенно предположил Сиги.

– А ты скажешь, что они врут. Что просто слегка его толкнул. Или даже случайно толкнул. Раз следов нет, ничего тебе предъявить не смогут. Но лучше, конечно, вне школы отловить, хотя и там не стоит особо разукрашивать, чтобы взрослых не впутывать.

– Как‑то цинично это всё звучит, Тим, – нахмурилась Арна. – Чему ты ребёнка учишь?

– Учу, как выжить в школе, – парировал я. – Это и потом пригодится, чтобы выживать во взрослой жизни. И раз уж мы разобрались с теорией, Сиги, пойдём во двор, будем осваивать практику. Ставить удар, и всё такое. А потом, если будет у тебя желание, покажу, как использовать подручные средства. И как от подручных средств защищаться, конечно. Теорией мы тоже обязательно будем заниматься. Разбирать разные случаи, и как из них выходить – потому что кулаки нужны, но ум гораздо нужнее.