Киноманьяк. Дилогия (СИ), стр. 74

Его лицо было разбито, текла кровь, мои кулаки тоже саднили, и мне почему‑то стало мерзко из‑за мысли, что я могу подхватить ВИЧ из‑за этого.

Послышался свисток – рефери остановил бой. Я поднялся на ноги, повернулся к толпе, которая поднимала руки в приступе всеобщей эйфории. Похоже, что на этот раз на меня поставило больше народа.

Не знаю, почему, но я показал им средний палец.

– Пошли в жопу! Пошли все в жопу! – заорал я.

Мне не нравилась эта публика. Мне захотелось показать им задницу, как делали шотландцы в «Храбром сердце», задирая килты, но сдержался, подумав о нашем фильме.

В мою сторону полетела бутылка, я успел уклониться, и она пронеслась мимо, упала на маты. Тут же двое китайцев подошли к тому, кто ее бросил. Один ударил его кулаком в живот, а потом охранники потащили бедолагу в сторону выхода.

Я спустился вниз, пошел обратно к углу, мимо Мартина. К нему даже подходить не стал. Увидел, как он снимает, как я иду, потом реакцию публики на меня. Хорошие кадры наверняка. Думаю, режиссер доволен.

Прижал пальцами ссадину на скуле – поморщился, посмотрел на кровь. Ну вот, опять меня побили. Но ладно, заживет. Все остальное же зажило.

На этот раз времени между боями прошло меньше – все‑таки вместо восьми их было всего четыре. Но дядюшка Лю приказал устроить небольшой перерыв, очевидно для того, чтобы зрители могли разогреться перед следующим боем. А еще сделать ставки – очередь к букмекерам становилась все больше и больше.

Я прикрыл глаза, а когда открыл, настало время следующего боя. Я вышел на ринг, где уже стоял невысокий жилистый китаец с гладко выбритой головой. Мелкий совсем, но недооценивать его было нельзя – местные учителя уже показали мне, на что способны китайцы.

Когда рефери дал сигнал, он не бросился вперед, а стал кружить вокруг меня, выжидая. Я сделал шаг навстречу ему и тут же получил удар ногой в бедро. Его обожгло болью, будто долбанули бейсбольной битой, но на ногах я удержался.

Этот резкий удар показался мне подлым, ушлым приемом, и это разозлило меня не на шутку. Я рванулся вперед, чтобы повалить его на землю, а там при нашей разнице в весе разобраться с ним проблемой не будет. Он ушел в сторону и ответил серией: прямой в солнечное сплетение и тут же еще по ребрам. Я успел закрыться и отошел назад.

И тут он пошел в атаку. Его удары оказались точными и быстрыми, и он прекрасно умел передвигать ногами. В последнюю секунду я схватил его за руку, рванул к себе и ударил головой в нос.

Послышался хруст, и мне в лицо брызнула кровь. Но он не только удержался, но и провел подсечку. Я рухнул на землю и утянул его вместе с собой.

Я рванулся, попытавшись подняться, но поскользнулся на крови и снова упал – сверху на китайца, спиной вперед. Послышался свист, с которым воздух вышел из его легких, но он все равно воспользовался положением, схватил мою шею в захват и принялся душить.

Но положение было не слишком выгодным для этого движения, ведь я мог бить локтем. Что я и принялся делать, раз за разом втыкая острый локоть ему в бок. Удар, потом еще удар, потом еще, и хватка ослабла.

Я развернулся, резво занял прочную позицию, сев на колени, и тут же принялся бить в полную силу. От первого удара он закрылся, второй пропустил, а я бил и бил. Послышался свисток. Бой закончился. Всё.

Я поднялся на ноги, качнулся – последний бой для меня не прошел бесследно. Но я почти сделал то, что собирался. Впереди – финал.

Глава 11

Бой с самим собой

На этот раз между боями сделали небольшой перерыв, чтобы бойцы могли восстановить дыхание. Один из китайцев дал мне бутылочку воды, я понюхал сперва – мало ли, вдруг в нее подсыпали какой‑нибудь китайский яд, от которого у меня откажут надпочечники, и я умру, как в «Адреналине».

Но все‑таки выпил и попытался расслабиться, но до объявления финала так и не смог успокоить сердце.

Испытывая легкий мандраж, я вышел на ринг. Пощупал скулу, которая саднила, ладно хоть кровь быстро остановилась. Посмотрел на костяшки разбитых кулаков. Наверное, сейчас я выгляжу как настоящий боец.

Повернулся и, рассмотрев толпу, увидел Мартина, который уже нацелил объектив камеры на нас. Ну что ж, сейчас он либо снимет, как я побеждаю, либо как меня очень жестко избивают до полусмерти. В общем‑то такой эпизод тоже может попасть в фильм, только после него придется искать время, чтобы доснять восстановление в больнице. А потом – новый зал. Потому что Дядюшка Лю точно не даст нам снимать здесь – подозреваю, что он сам или кто‑то из высокопоставленных триад поставил на этот бой.

Соперник вышел вторым. Огромный, мускулистый, с выпирающим животом и смуглой кожей. Это был какой‑то… Не знаю, как назвать эту расу, но он был похож на Дуэйна Джонсона, а тот вроде бы самоанец или что‑то такое. По крайней мере татуировки на нем были характерные. Но у этого еще и Дева Мария была набита на всю грудь. Он смотрел на меня с интересом – еще бы, он меня на ринге впервые видит, а я уже добрался до чемпионского боя.

Толпа гудела еще сильнее, чем обычно – финал все‑таки. Я повернул голову чуть в сторону и увидел, что очередь к букмекерам так и не разошлась.

Рефери махнул рукой, и самоанец тут же рванулся вперед, собираясь погрести меня под своим телом. Я привычно выставил вперед ногу, но он был слишком высоким, и пусть ему и прилетело в грудь, прямо в портрет, он все равно обхватил мое тело руками.

Я несколько раз ударил его по голове кулаком, а потом почувствовал, как мои ноги отрываются от земли.

Несколько секунд свободного полета, и я рухнул на маты спиной вперед. Из меня выбило дух, я почувствовал, что не могу дышать. А самоанец уже бросился на меня, выставив локоть, чтобы добить.

Понимание того, что если он упадет, то попросту сломает мне грудину, пришло сразу. При его‑то весе.

В последнюю секунду я умудрился откатиться в сторону. Приземлившись, он тут же схватил меня за ногу, собираясь подтянуть к себе. Лицо его исказилось, как у маньяка, по нему текла кровь – я все‑таки рассек ему кожу одним из ударов.

Я взбрыкнул ногой, пытаясь освободиться, потом махнул свободной и попал ему прямо по лицу. Он разжал ладонь, и я пополз назад, загребая тентовый чехол мата ладонями. Но он уже поднимался. Крови стало только больше.

Да что это за существо такое? То, что он на стероидах – это точно, но может быть, он на какой‑нибудь боевой наркоте? Мало ли что местные могли придумать.

И как я вообще должен был его побеждать?..

Оказавшись у канатов, я принялся вставать, опираясь на них. Меня чуть скособочило – удар не прошел зря. Самоанец тем временем поднялся и рванулся в мою сторону. На этот раз я не пытался контратаковать, а попросту метнулся в сторону, и он врезался в ограждение, как разъяренный бык на корриде. По крайней мере так это должно было выглядеть.

Я подскочил сзади, ткнул ногой под колено, но парень будто ничего не почувствовал. Ударил еще раз, и тогда его нога все‑таки подогнулась, и он упал. А я схватил его шею в замок и принялся давить.

В последнюю секунду он умудрился прижать голову к груди, так что в захвате оказалась не его шея, а подбородок. Так даже было лучше – это причиняет дикую боль, и это должно заставить его сдаться.

Только вот ему было наплевать, сдаваться он не собирался – вместо этого самоанец принялся бить меня локтем по ноге. Бедро мгновенно отсушило, а оно еще после прошлого боя в порядок не пришло.

Моя нога подогнулась, сознание затопило болью – бил он сильно, и все, на что меня хватало – это продолжать зажимать замок.

И он это понял. Просто оттолкнулся назад, и я снова почувствовал, как лечу. И опять врезался спиной в мягкий пол. Руки разжались сами собой.

Самоанец же повернулся, потер челюсть и полез добивать меня. Я ударил его в лицо один раз, второй, кровь уже полностью заливала его лицо, скрывая новые ссадины. Я отчаянно ударил еще раз и попал в ухо.