Лига пепла, стр. 23
«Откуда я знаю? Во что я влезла? И герцог этот еще… ничего не сказал!»
— Нет-нет, милорд. — сказала она вслух. — Тут должно быть что-то еще.
Она судорожно перебирала письма и наткнулась на интересный конверт — с виду обычный, но буквы… Странные, квадратные, рубленые.
«Где-то я уже это видела».
Карта. Та самая, что Эсбольд выменял у горца. Те же значки.
Он переписывался с горцами?
— Милорд… — Вивьен подняла глаза на Лукаса. Голос ее звучал почти невинно — она и сама удивилась, как легко это получилось. — Странный вопрос, но… ваш отец случайно не знает тор’зех?
— Тор’зех? — Он даже слегка выпрямился. — Язык горцев? Конечно знает. И я тоже. — Щеки его слегка порозовели от гордости. — У меня даже учитель был, дядюшка Казгор. Настоящий горец.
Вивьен протянула ему письмо.
— Тогда читайте вы.
Лукас расправил его на весу, стараясь выглядеть значительным. Нахмурился, всмотрелся.
— Тут говорится… — Он запнулся, пошевелил губами. — Горцы, кажется, обещали что-то отцу, но теперь ждут… Минутку, забыл это слово…
Лукас почесал затылок, облизнулся, снова уставился в буквы.
— Если я правильно понял, отец отправил армию… горцам. А они ему обещали… — он ткнул пальцем в символ, — это значит «место для жизни», — перевел палец ниже, — но вот это… этого быть не может.
Он поднял на Вивьен глаза — в них было недоумение пополам с испугом.
— Я не понимаю, милорд.
Лукас ткнул в несколько квадратов так сильно, аж лист помял.
— Это слово значит «драконы». Место, где живут драконы. Чушь какая-то.
«А если не чушь?»
Если горцы действительно нашли драконов?
Лукас нахмурился. Перечитал письмо еще раз. Потом еще. Лицо его изменилось.
— Это… — он откашлялся. — Это то ужасное, о чем вы говорили? Мой отец… — он сглотнул. — Мой отец — предатель? Он отправил армию врагу, чтобы найти драконов?
Руки Лукаса затряслись. Лист выскользнул и упал на пол, но он даже не заметил. Дышал он тяжело, часто, со свистом — будто воздух в комнате вдруг кончился.
— Если он… — Голос срывался. — Тогда… А мы… Я…
— Успокойтесь, милорд. — Вивьен потянулась к нему — и вместе с голосом к его сознанию потянулись нити магии. — Успокойтесь. Мы все узнаем. Все будет хорошо.
— Я должен пойти к нему! — выкрикнул он, не слушая. — Мой отец — не предатель! Здесь ошибка! Я…
Он моргал часто-часто, хватал ртом воздух. Вивьен пыталась вплести в это мечущееся сознание спокойствие, но нити скользили, путались, рвались. Он был слишком напуган. Страх заполнил его целиком — и не оставил места ни для чего другого.
Вивьен отступила.
Что делать? Дать воды? Подождать? А если сбегутся слуги? Если он побежит к отцу? Тогда она никогда отсюда не выйдет. Дерьмо.
Она посмотрела на стол. На подсвечник.
— Я пойду к нему! — пробормотал Лукас. — Это ошибка! Я должен…
Взяла в руки. Примерилась — тяжелый. В самый раз.
Замах — удар.
Лукас рухнул на пол, не успев даже вскрикнуть. Позолоченная голова дракона впечаталась ему прямо в висок. Вивьен перешагнула через него, склонилась, тронула шею. Проверила пульс — жив.
«Слава богам»,— выдохнула она.
В отвороте камзола блеснуло. Брошь графини. Ее брошь. Вивьен выдернула ее и приколола обратно к платью.
Письма — в декольте. Остальное — в тайник. Закрыла быстро, аккуратно, чтобы не оставить следов. Вытерла кровь на подсвечнике и вернула его на место.
Лукас лежал на полу, по виску текла тонкая струйка крови. Вивьен взяла с кресла маленькую подушку и сунула ему под голову. Выпрямилась и не оглядываясь вышла.
«Забрать лютню из спальни и бежать. Как можно дальше».
***
Вивьен почти бежала к карете. Не оглядывалась. В ушах гудело, руки тряслись — как будто она трое суток пила не просыхая.
Жив. Точно жив. Уже что-то.
Она вцепилась в дверцу кареты и перевела дыхание.
Интересно, какое наказание за попытку убить лорда? А если не лорда, а только его сына? Хотя какая разница: сын лорда — это тоже, наверное, плаха.
Она велела везти ее домой и откинулась на сиденье. За окном тянулись поля, редкие деревья, вдали темнел Эльдренский лес.
Может, он бы не сдал? Может, успокоился бы? Может…
Она мотнула головой. Поздно.
Карета выехала на прибрежную дорогу, что огибала Нижний город. Море, ветер, простор. Любимый вид. Вивьен смотрела на волны и думала: надо бежать. Другого выхода нет. Но куда?
В Идранию? Герцог говорил, там эльфов не трогают. Даже работать можно. А может, в Аэриндейл, к эльфам? Там хотя бы она будет среди своих. Ну, почти.
Как туда добраться? Она никогда не покидала Велархейма. Как люди путешествуют? Плывут на судне? Нанимают карету? А как проехать через Оскверненные земли?
Надо спросить у Евельды. Нет, нельзя. Евельда расскажет Квиллу. А если Квилл узнает, что она пытается бежать — он ее убьет сам. Раньше, чем стража. Но и без Квилла…
Карета свернула. Улицы поползли в стороны, сужаясь, темнея, сжимаясь вокруг нее, как удавка.
— Эй, — окликнула она возницу. — Нам в Пряничный переулок.
Карета не остановилась. Может, этот путь короче? Вивьен откинулась обратно. Волосы у кучера были черные — как угли.
«Сожгли не особняк, а мои надежды»,— невесело усмехнулась Вивьен про себя.
Стоп. Что?
Кто это?
Она присмотрелась. Видно было только его профиль, но это очевидно был не ее кучер. Никаких веснушек. Черные волосы. Его рука, держащая поводья, была смуглой, с южным загаром.
«Вот дерьмо».
— Кто вы? — крикнула она. — Куда вы меня везете?
Незнакомец осадил лошадей. Спрыгнул с козел, не спеша — он никуда не торопился. Распахнул дверцу и швырнул ей холщовый мешок. Тот шлепнулся на сиденье рядом.
— Письма, — сказал он и протянул руку.
— Что происходит? — Вивьен вжалась в сиденье. Ладони мгновенно вспотели.
— Письма. Давай сюда. — Он даже не смотрел на нее. — Не заставляй угрожать.
— Нет.
Он повернул голову. Посмотрел на нее впервые — и ей захотелось провалиться под сиденье.
В его глазах не было ничего. Ни злости, ни раздражения, ни даже скуки. Пусто. Карие, почти черные, они смотрели на нее и не моргали. Ее ответ его не удивил.
«А если плюнуть в него? Или пнуть? Он так и будет таращиться?»
Она крепко вцепилась в лютню, прижав ее к груди. Там, в чехле, — все, ради чего она рисковала. Она не отдаст.
Мужчина шагнул в карету, выдрал чехол одним движением — даже не заметил сопротивление, только мускулы на руках слегка дрогнули. Проверил — письма на месте.
— Переоденься. — Он кивнул на мешок. — Вздумаешь сбежать — сломаю ноги.
Захлопнув дверцу, он вернулся на козлы.
Вивьен не шевелилась. Смотрела в окно, пытаясь запомнить дорогу. Нижний город — это точно, но не самая вонючая его часть. Ближе к Среднему, может, даже граница.
Карета остановилась у трактира. Вивьен поняла это по двум пьянчугам, которые вывалились из дверей, вцепившись друг другу в черные волосы, и рухнули в грязь у самых колес. Никакой вывески. Только обшарпанная деревянная дверь.
Тот, кто притворялся кучером, распахнул дверцу.
— Я же сказал: переоденься, — прошипел он сквозь зубы. — Пять минут. Или я стяну это тряпье сам.
Вивьен вытряхнула мешок. Черные портки, плащ — ткань плотная, но тянущаяся.
«По крайней мере, бежать в этом можно»,— подумала она.
И сделала ровно это, едва ступив из кареты.
Мужчина даже бровью не повел. Рука перехватила ее локоть, дернула назад и скрутила — все в одно движение.
— Сказал же, — выдохнул он ей на ухо. — Ноги переломаю.
— Я закричу! — пригрозила Вивьен, потирая запястье.
— И кто бросится эльфу на помощь? — усмехнулся он. — Не дури. За мной.
Вивьен медлила, шла маленькими шагами, осматривалась. Рядом — люк. Отлично. Можно спрыгнуть в катакомбы. Или канализацию. И уйти. Может, даже до Пряничного переулка добраться? Она сморщилась. Мысль о том, что придется лезть в это дерьмо, не прельщала.