Зарубежный детектив 2026-12. Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 792

Полчаса — и он готов. Допил последнюю чашку кофе — звонок в дверь.

— Зачем тебя прислали? Могли просто сказать адрес, я бы сам доехал на машине.

— Комиссар, вы бы туда ни за что не добрались. Такая глухомань, у черта на куличках.

— Где?

— В предместье Казуцца.

Он слегка встревожился. Неужели сон становится явью?

Когда прибыли, Монтальбано увидел, что пейзаж в точности такой, какой ему приснился, только на месте гроба стоял обгоревший автомобиль.

Крестьянин выглядел иначе, вернее, это был не крестьянин, а прилично одетый молодой человек лет тридцати, сметливого вида. Рядом с ним стоял скутер. На месте Катареллы — Фацио.

В воздухе стоял запах металлической и пластиковой гари и обгорелой плоти.

— Близко не подходите, от нее еще жар идет, — предупредил Фацио.

Труп сидел на водительском месте — черное обугленное бревно.

— Известил конный клуб? — спросил комиссар у Фацио.

— Уже готово.

На этот раз излюбленная фразочка Фацио его не напрягла. Он обратился к молодому человеку.

— Это вы звонили?

— Да.

— Как ваше имя?

— Сальваторе Инграссиа.

— А как вы…

— Я живу вон в том доме.

Указал на дом. Единственный в округе.

— Работаю в поселковой рыбной лавке и по дороге на работу всегда здесь проезжаю.

— В котором часу вы вчера вернулись домой?

— Не позднее девяти.

— Вы живете один?

— Нет, со своей девушкой.

— И машины не было.

— Не было.

— А ночью вы слышали что-нибудь необычное, не знаю там, крики, выстрел…

— Дом на отшибе.

— Вижу. Но здесь ночью наверно мертвая тишь, и малейший шум…

— Конечно, синьор комиссар, вы правы. До одиннадцати, могу заверить, ничего не слышал.

— А после одиннадцати вы легли спать?

Юноша покраснел.

— Вроде как.

— Как зовут вашу девушку?

— Стелла Урсо.

— Как давно вы живете вместе?

— Три месяца.

Парочка голубков, иным занятиям всецело предавшись, ничего бы не расслышала, даже бомбардировку Монтекассино.

— И когда ждать этих, из конного клуба? — спросил он у Фацио.

— Эксперты и доктор Паскуано прибудут через часок-полтора. А вот прокурор Томмазео навряд ли поспеет так скоро.

Все знали, что в вождении авто любой тюлень или кенгуру мог бы заткнуть за пояс прокурора Томмазео. Этот в своих разъездах непременно натыкался на дерево или столб.

Чем занять время? Инграссиа смекнул, что у комиссара на уме.

— Если хотите, могу угостить вас кофе…

— Отлично, спасибо, — сказал комиссар. — Оставь мопед, поедем на служебном авто.

По дороге Монтальбано спросил юношу:

— Вы рассказали девушке о своей находке?

— Да, позвонил ей на мобильный сразу после звонка вам. Она хотела прийти сюда пешком — посмотреть, но я запретил.

— Как только кто-нибудь явится, приезжай за нами, — велел комиссар Галло, когда они подъехали к дому.

Домик сверкал чистотой и был в идеальном порядке. Стелла оказалась милой и приветливой девушкой.

Когда она принесла кофе, Монтальбано задал ей тот же вопрос, что и юноше.

— Сегодня вы случайно не слышали криков, выстрелов…

Ждал, что она ответит «нет». Однако Стелла медлила.

— Кое-что слышала.

— А я почему не слышал? — сказал юноша.

— Просто ты сразу же засыпаешь после…

Запнулась и покраснела.

— Продолжайте, это важно, — подбодрил ее комиссар.

— Я встала, чтобы сходить в туалет. И услыхала, как бумкнуло.

— Бумкнуло?

— Будто дверь ветром захлопнуло.

— Как щелчок?

— Да.

— А мог это быть выстрел из пистолета?

— Я в них не разбираюсь, в выстрелах.

— Можете, хотя бы приблизительно, сказать, который был час?

— Могу сказать точно, потому что перед тем, как пойти в туалет, я зашла на кухню выпить воды и посмотрела на часы. Было пять минут второго.

Они поболтали о том, как трудно Стелле найти хоть какую-нибудь работу, и о том, что, пока она ее не найдет, они не могут себе позволить пожениться и завести детей.

Потом за ними приехал Галло. Прибыли эксперты и доктор Паскуано. Прокурором пока и не пахло.

К счастью, шеф криминалистов, с которым комиссар не ладил, прислал своего зама Маннарино. Поздоровались. Монтальбано посмотрел на экспертов, которые копошились у трупа, упакованные будто для высадки на Луну.

— Слишком рано, чтобы что-то найти, верно?

— И все же кое-что мы нашли, — отозвался Маннарино.

— Можешь сказать, что?

— Само собой. Гильзу. Упала на пол у заднего сиденья. Извини.

И вернулся к своим.

Фацио все слышал. Они переглянулись, но ничего не сказали. Монтальбано подошел к машине, в которой сидел и сердито дымил доктор Паскуано. Когда он так делал, лучше было держаться подальше. Но комиссара это не остановило.

— Доброго дня, доктор.

— Добрый, ага, черта с два!

Хорошее начало.

— Что, в покер вчера продулись?

Паскуано был заядлым игроком, но удача частенько ему изменяла.

— Нет, партия была удачная, но мне остохренело ждать тут, пока соизволит явиться его светлость прокурор.

— Томассео приезжал бы вовремя, если бы не путал дорогу или не врезался во все подряд. Надо иметь сочувствие.

— С чего вдруг? Я могу иметь сочувствие к вам, раз вы на грани старческой деменции, но он-то еще вполне молодой.

— Почему это я на грани старческой деменции?

— Так ведь симптомы! Разве не заметили, как вы только что назвали Томмазео?

— Нет.

— Томассео. Путать имена — как раз один из первых симптомов.

Монтальбано забеспокоился. Неужели Паскуано прав? Он ведь назвал Мариан Ливией.

— Да вы не волнуйтесь. Обычно это долгий процесс. Еще успеете кучу дров наломать.

11

С учетом того, что, по прошествии получаса, прокурором так и не запахло, с учетом того, что сигареты кончились, с учетом того, что он не знал, чем себя занять, Монтальбано прикинул и велел Галло отвезти его назад в комиссариат.

Оставаться там было пустой тратой времени. Его присутствие было необязательно.

Но он так и не набрался храбрости попрощаться с Паскуано, который, выйдя из машины, сердито метался взад-вперед, четыре шага туда, четыре — сюда, как хищник в клетке.

В конторе ему тоже нечем было заняться, и он сел за подписание бумаг. Им не было конца-края.

Фацио вернулся почти к часу дня.

— Нашел что?

— Комиссар, как вы сами можете видеть, прежде чем поджечь машину, они сняли с нее номерные знаки. Но Маннарино сумел прочесть номер на кузове. Я вот-вот получу ответ, кому принадлежала машина и кто был ее последним владельцем. Если, конечно, ее не угнали для такого дела.

— Нашли еще гильзы?

— Нет, только эту. Но Маннарино говорит, там были следы других автомобилей.

— Разумеется. Как бы они иначе вернулись обратно, пешком, что ли? В этой второй машине они и канистры с бензином держали, чтобы первую поджечь. А потом забрали пустые канистры из-за отпечатков пальцев. А Паскуано что говорит?

— Сказал, что опознать будет нелегко, с учетом состояния трупа. В общем, на первый взгляд ему показалось, что мужчину убили выстрелом в затылок и что запястья и лодыжки у него были связаны проволокой.

— Почерк мафии?

— Похоже на то.

— И ты в это веришь?

— Даже не знаю.

Зазвонил мобильный Фацио.

— Простите, — сказал он, поднося телефон к уху.

Произнес «алло» и молча выслушал.

— Спасибо, — закончил он разговор.

Посмотрел на комиссара, скривившись.

— Мне назвали имя владельца машины.

— И кто он?

— Кармело Савастано.

Монтальбано проглотил новость не моргнув глазом. Ситуацию это не усложняло, а скорее упрощало.

— Но какая связь у Савастано с мафией?

— Даже не знаю, — повторил Фацио.

— Правда, еще не факт, что труп — его.

— Именно, не факт.

— У Савастано есть родня?