Книжный остров мистера Фикри, стр. 39

— Мы это не то, что мы собираем, покупаем, читаем. Пока мы здесь, мы только любовь. Вещи, которые мы любили. Люди, которых мы любили. Мне кажется, это в самом деле остается жить после нас.

Она опять качает головой.

— Я не понимаю тебя, папа. Стараюсь понять, но не могу. Хочешь, чтобы я позвала Эми? Может, попробуешь напечатать?

Эй Джей вспотел. Разговоры перестали быть развлечением. Как легко они давались ему раньше. Ладно, думает он. Одно слово, так одно слово.

— Любовь? — произносит он и молится, чтобы получилось правильно.

Майя хмурит брови и вглядывается в его лицо.

— Перчатки? — переспрашивает она. — У тебя мерзнут руки, папа?

Он кивает, и Майя берет его руки в свои. Его руки были холодными, а теперь они теплые, и он решает, что на сегодня он подошел достаточно близко. Возможно, завтра он найдет слова.

На похоронах книготорговца все задаются вопросом, что станет с магазином «Остров». Люди привязываются к книжным магазинам, привязываются гораздо больше, чем Эй Джей Фикри мог бы себе представить. Им важно, из чьих рук «Трещина во времени» [36] попала в руки их двенадцатилетней дочери, кто продал им путеводитель Let’s Go по Гавайям и кто убедил их, что привередливая тетя придет в восторг от «Облачного атласа». Кроме того, людям нравится «Остров». Пускай они не всегда ему верны, пускай они иногда покупают электронные книги и заказывают литературу по интернету. Но им нравится, какое впечатление производит их город благодаря тому факту, что магазин «Остров» находится в самом центре его прибрежной полосы и что это второе или третье место, куда попадают гости Элиса после того, как сойдут с парома.

На похоронах люди подходят к Амелии и Майе и с уважением, разумеется, шепчут:

— Эй Джея никто не заменит, но вы найдете человека, который будет заниматься магазином?

Амелия не знает, что делать. Она любит Элис. Она любит магазин. Но она не умеет им управлять. Она привыкла работать на стороне издателя, и теперь, когда она отвечает за Майю, ей как никогда нужна стабильная зарплата и хорошая медицинская страховка. Она подумывает оставить магазин и пригласить управляющего, но план оказывается нежизнеспособным. Переезды между Провиденсом и Элисом чересчур утомительны, и напрашивается решение окончательно уехать с острова. Амелия неделю бьется над проблемой, плохо спит и лихорадочно ищет выход. Наконец, она принимает решение закрыть «Остров». Магазин — здание, в котором он находится, или, по крайней мере, земельный участок, который он занимает, — стоит больших денег. (Ник и Эй Джей в свое время выкупили дом вместе с землей.) «Остров» дорог Амелии, но она с ним не справляется. В течение месяца она пытается продать магазин, но не находит покупателей. Она выставляет на продажу здание. «Остров» доживает последнее лето.

— Конец эпохи, — вздыхает Ламбиазе, когда они с Исмей завтракают в местной закусочной. Новость его расстраивает, хотя он и сам планирует уехать из Элиса. Следующей весной исполняется двадцать пять лет, как он работает в полиции, и на счету у него скопилась неплохая сумма. Он мечтает купить яхту и перебраться на Флорида-Кис, как один отставной коп в романе Элмора Леонарда. Он убеждает Исмей ехать с ним, и ему кажется, что она начинает поддаваться на уговоры. В последнее время у нее находится все меньше и меньше отговорок, хотя она относится к тем редким уроженцам Новой Англии, которые искренне любят зиму.

— Я надеялся, что кто-то другой возьмется управлять магазином. Но, честно говоря, без Эй Джея, Майи и Амелии «Остров» был бы не тот, — говорит Ламбиазе. — Они были его душой.

— Да, — соглашается Исмей. — Но для бизнеса это лакомый кусок. Будет у нас теперь вместо «Острова» какой-нибудь Forever 21.

— Что такое Forever 21?

Исмей смеется.

— Брось! Разве в подростковых романах, которые ты вечно читаешь, о таком не пишут?

— Нет, о таком не пишут.

— Это сеть магазинов одежды. Кто знает? Могут и банк открыть. — Она делает глоток кофе. — Или аптеку.

— Может быть, «Джамба Джус»? — предлагает Ламбиазе. — Мне нравится «Джамба Джус».

Исмей всхлипывает.

У их столика останавливается официантка, и Ламбиазе делает ей знак убрать тарелки.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, — говорит Ламбиазе. — Мне это тоже не нравится, Иззи. Знаешь, я ведь почти не читал, пока не познакомился с Эй Джеем и не повадился ходить к нему в магазин. Школьные учителя говорили, что я медленно читаю, поэтому литература никогда не была моим коньком.

— Скажи ребенку, что он не любит читать, и он тебе поверит, — вздыхает Исмей.

— По языку у меня тоже тройки были. Когда Эй Джей удочерил Майю, мне нужен был предлог, чтобы наведываться в магазин и проверять, как у них дела. Поэтому я читал все, что давал мне Эй Джей. А потом мне стало нравиться.

Исмей всхлипывает еще громче.

— Оказалось, что я люблю книжные магазины. У меня такая работа, что общаться приходится с самыми разными людьми. Кого только ни встретишь на нашем острове, особенно летом. Я видел, как отдыхают киношники, музыканты и журналисты. Но книжные люди ни на кого не похожи. Книги — удел настоящих леди и джентльменов.

— Не слишком ли громко сказано? — спрашивает Исмей.

— Не знаю, Иззи. Но, говорю тебе, книжные магазины привлекают хороших людей. Таких, как Эй Джей и Амелия. Я люблю говорить о книгах с людьми, которые любят говорить о книгах. Мне нравится бумага. Нравится чувствовать ее под пальцами. Мне приятно, когда у меня в кармане лежит томик. И еще я люблю, как пахнут новые книги.

Исмей целует его.

— Ты самый странный полицейский из всех, кого я знаю.

— Я переживаю, каким станет Элис, если у него не будет книжного магазина, — говорит Ламбиазе, допивая свой кофе.

— Я тоже.

Ламбиазе наклоняется над столом и целует Исмей в щеку.

— Знаешь, у меня тут мелькнула одна безумная идея. Что, если мы с тобой не поедем во Флориду, а останемся здесь и займемся книжным?

— Учитывая экономическую ситуацию, это в самом деле безумная идея, — говорит Исмей.

— Да, — соглашается Ламбиазе, — пожалуй.

Официантка спрашивает, не желают ли они десерт. Исмей говорит, что ничего не хочет, но Ламбиазе знает, что она обязательно возьмет что-нибудь из его тарелки. Он заказывает вишневый пирог и просит две вилки.

— А все-таки? — продолжает Ламбиазе. — Я заработал неплохую пенсию и кое-что скопил. Ты тоже. И Эй Джей говорил, что курортники покупают много книг.

— Теперь у курортников есть «читалки», — возражает Исмей.

— Это да, — говорит Ламбиазе и решает пока закрыть тему. Но не успевают они доесть вишневый пирог, как Исмей предлагает:

— Можно еще и кафе открыть. Думаю, это повысило бы прибыльность.

— Да, Эй Джей иногда об этом заговаривал.

— А подвал, — продолжает Исмей, — освободим под сцену. Тогда встречи с авторами не надо будет проводить посреди торгового зала. Возможно, кто-то захочет арендовать подвал как театр или место для встреч.

— Тут очень пригодится твой театральный опыт, — подхватывает Ламбиазе.

— Уверен, что справишься? Нам все-таки не по двадцать лет, — говорит Исмей. — И как же прощание с зимами? Как же Флорида?

— Мы еще не старые, Иззи. Вот состаримся, тогда и переедем во Флориду, — немного помолчав, отвечает Ламбиазе. — Я всю жизнь прожил в Элисе. Других мест толком не знаю. Это хороший город, и я хочу, чтобы он таким оставался. А города без книжного магазина не бывает.

Через несколько лет после того, как Амелия продает магазин Исмей и Ламбиазе, она решает уйти из «Найтли пресс». Майя скоро оканчивает старшую школу, а Амелии уже тяжело даются частые путешествия. Она устраивается закупщиком книг в крупную сеть розничной торговли с главным офисом в Мэне. Перед уходом, как и ее предшественник Харви Родес, Амелия пишет заметки обо всех своих активных контактах. Магазин «Остров» она приберегает напоследок.