Книжный остров мистера Фикри, стр. 29

Сдавая работу мистеру Бальбони, Майя испытывает волнение и капельку гордости.

— «Прогулка по пляжу», — читает название учитель.

— Рассказ о песке, — поясняет Майя. — На острове Элис зима, и песок скучает по туристам.

Мистер Бальбони подается вперед, поскрипывая черными кожаными штанами. Он советует ученикам подчеркивать позитивные моменты, но проверяет их сочинения придирчиво и со знанием дела.

— Похоже, эффекта дежавю нам не избежать.

— Это шутка, мистер Бальбони. Я стараюсь отойти от антропоморфизма.

— Вы меня заинтриговали, — говорит учитель.

Через неделю мистер Бальбони объявляет, что прочтет одну из работ вслух, и в классе воцаряется торжественная тишина. Интересно, когда тебя выбирают, даже если это подразумевает критику. Интересно, когда тебя критикуют.

— Что скажете? — спрашивает он, дочитав.

— Не хочу никого обидеть, — говорит Сара Пипп, — но диалоги мне не понравились. Мысли персонажей понятны, но почему у автора так мало разговорных сокращений? — Сара Пипп пишет рецензии для своего блога «Единорог. Книжное обозрение». Она вечно хвастает книгами, которые бесплатно получает от издателей. — И почему третье лицо? Почему настоящее время? Из-за них стиль получается какой-то детский.

Билли Либерман, целеустремленно развивающий тему маленьких мальчиков, которым не дают житья сверхъестественные силы и каверзные родители, говорит:

— Не поймешь даже, чем все заканчивается. Путаный какой-то рассказ.

— Скорее неоднозначный, — говорит мистер Бальбони. — Помните, на прошлой неделе мы говорили о неоднозначности?

Мэгги Маркакис, попавшая на этот факультатив только потому, что у нее не состыковались курсы математики и ораторского искусства, говорит, что в целом рассказ хорош, но его экономическая составляющая неправдоподобна.

Абнер Шохет ведет масштабное наступление: он категорически не одобряет рассказов, в которых герои лгут («До смерти надоели ненадежные рассказчики», — прием, о котором им рассказали две недели назад). По его мнению, ниже падать уже некуда. Майю слова Абнера не задевают, потому что его сочинения заканчиваются одним и тем же трюком: все оказывается сном.

— Можем ли мы отметить какие-то плюсы? — спрашивает мистер Бальбони.

— Грамматика, — говорит Сара Пипп.

— Мне понравилось, что рассказ грустный, — признается Джон Фенес. У Джона длинные каштановые ресницы и прическа, как у Элвиса Пресли. Он написал такой трогательный рассказ о руках своей бабушки, что даже черствая Сара Пипп расплакалась.

— Мне тоже, — говорит мистер Бальбони. — Многое из того, что вы раскритиковали, меня как читателя, наоборот, подкупило. В том числе несколько формальный стиль и неоднозначность. С комментарием по поводу «ненадежных рассказчиков» я не согласен — надо будет еще раз обсудить с вами эту тему. Неточностей при описании финансовых вопросов я тоже не заметил. Подводя итоги, скажу, что наряду с «Бабушкиными руками» Джона это лучший рассказ, написанный классом за семестр, и на окружном конкурсе школу Элиса будут представлять именно эти два сочинения.

— Вы не назвали автора, — недовольно бормочет Абнер.

— Ах да, конечно. Это Майя. Аплодисменты Джону и Майе.

Майя старается не выглядеть чересчур довольной.

— Здорово, правда? Что мистер Бальбони выбрал нас, — радуется Джон после урока. Он зачем-то провожает Майю до ее шкафчика.

— Да, — говорит Майя. — Мне понравился твой рассказ.

Рассказ ей действительно нравился, но теперь она хочет выиграть. Первому призеру полагается подарочный сертификат «Амазона» на сто пятьдесят долларов и наградная статуэтка.

— Что ты купишь, если победишь? — спрашивает Джон.

— Точно не книги. У моего папы их предостаточно.

— Повезло тебе, — говорит Джон. — Я бы тоже хотел жить в книжном магазине.

— Я живу над ним, а не в нем, и это не такое большое счастье.

— Да ладно, не скромничай.

Он приглаживает каштановую челку.

— Мама просит узнать, не поедешь ли ты на награждение вместе с нами.

— Но нам же только сегодня сказали о конкурсе, — удивляется Майя.

— Я знаю свою маму. Она любит карпул [34]. Спроси своего папу.

— Папа захочет поехать на награждение, но, поскольку у него нет прав, нас, скорее всего, отвезет крестная или крестный. Твоя мама тоже захочет поехать. Поэтому я не уверена, что карпул нам подойдет.

Майе кажется, что она говорила не меньше получаса.

Джон улыбается ей, и от этого его челка слегка подпрыгивает.

— Ничего страшного. Подвезем тебя куда-нибудь в другой раз.

Награждение проходит в Хайаннисе. Хотя помещением служит обычный спортзал обычной школы (запах мячей до сих пор ощущается в воздухе) и церемония еще не началась, люди говорят шепотом, как в церкви. Все ждут чего-то творческого и важного.

Из сорока сочинений, представляющих двадцать школ, вслух будет прочитано всего три. Майя для пробы читала свой рассказ Джону Фенесу. Он посоветовал ей глубже дышать и не торопиться. Майя тренировалась, но дышать и читать вовсе не так просто, как может показаться. Джон тоже читал ей свой рассказ. Она посоветовала ему говорить обычным голосом, а не подражать дикторам новостей. «Тебе же нравится», — сказал ей на это Джон. Теперь он все время разговаривает с ней казенным голосом. Это раздражает.

Мистер Бальбони беседует с женщиной, которая может быть только учительницей из другой школы. Майя определяет это по одежде (платье в цветочек и бежевый кардиган с вышитыми на нем снежинками) и рвению, с которым женщина кивает в ответ на любую реплику мистера Бальбони. На мистере Бальбони, конечно же, его неизменные кожаные штаны и, по торжественному случаю, кожаный пиджак — одним словом, кожаный костюм. Майя хочет познакомить его с отцом, чтобы Эй Джей послушал, как учитель ее хвалит. С другой стороны, она не уверена в Эй Джее. В прошлом месяце учительница по английскому миссис Смайт заглянула к ним в магазин, и Майя имела неосторожность подвести ее к отцу. Когда Эй Джей сунул учительнице какую-то книгу со словами: «Вам понравится этот роман. Он изысканно эротичен», — Майе захотелось умереть.

Эй Джей в галстуке, а Майя в джинсах. Она собиралась надеть платье, которое выбрала для нее Амелия, но потом решила, что оно чересчур торжественное. Еще подумают, что для нее на конкурсе свет клином сошелся. Амелия на этой неделе в Провиденсе и должна встретиться с ними на месте, но похоже, что она опоздает. Майя знает, что Амелия расстроится из-за платья.

На сцене постукивают указкой. Учительница в кофте со снежинками приветствует гостей и участников на окружном конкурсе короткого рассказа для школьников старших классов. Она хвалит сочинения, говоря, что в этом году они как никогда разнообразны и трогательны. Она утверждает, что любит свою работу, и ей хотелось бы, чтобы победить могли все, а затем называет первого финалиста.

Джон Фенес, конечно же, попадает в тройку. Майя откидывается на спинку кресла и слушает. Его рассказ даже лучше, чем ей помнилось. Ей нравится, как он сравнивает бабушкины руки с папиросной бумагой. Майя смотрит на реакцию Эй Джея. По взгляду, устремленному куда-то вдаль, она понимает, что отцу скучно.

Второе сочинение читает Вирджиния Ким из школы Блэкхарта. «Путешествие» посвящено китайскому ребенку, который попал в американскую семью. Эй Джей пару раз кивает. Майя видит, что этот рассказ нравится ему больше «Бабушкиных рук».

Майя начинает волноваться, что ее вообще не отметят. Она рада, что надела джинсы. Оглядываясь в поисках ближайшего выхода, она видит на пороге зала Амелию. Та поднимает большой палец.

— Платье. Что с платьем? — одними губами спрашивает Амелия.

Майя пожимает плечами и отворачивается, чтобы дослушать «Путешествие». Вирджиния Ким одета в черное бархатное платье с белым воротничком «Питер Пэн». Она читает очень тихо, временами почти шепчет, как будто хочет, чтобы аудитория льнула к ней, напрягая слух.