Вальс на краю света, стр. 2
– Егорыч, серьёзно – туда и обратно. Никто не увидит.
– Ага, конечно. А это что? – Дежурный машет рукой на камеры при входе, которые я до этого не замечала.
– Ой, будто там только и следят, кто вышел. Кому надо разбираться – из седьмого или из восьмого?
– Да ты сам спалишься, как всегда. А мне два наряда вне очереди вообще не упали. – И тут же, противореча самому себе: – Что надо-то?
– Шоколадку хочу, прям нет сил. В магазин сгоняю – и пулей обратно. Ты моргнуть не успеешь.
– А что, в буфете всё разобрали?
– Разобрали, ага. Туда когда последний раз что-то завозили, кроме горького «Бабаевского»?
Вообще, горький шоколад – самый полезный. Это знают все, кто хоть сколько-то заботится о своём здоровье. Он полезен для сосудов, иммунитета и мозга, а для худеющих – просто идеален. Но, естественно, никому лекцию по диетологии я читать не собираюсь…
– Воробей, вали отсюда по-хорошему, пока я взводному не доложил.
На удивление, угроза работает. Нарушитель спокойствия тут же меняет тактику и больше не пытается пройти, протиснуться или проползти мимо дежурного. Даже наоборот, отходит на пару шагов назад и внезапно, встретившись со мной взглядом, машет мне рукой с зажатой в ней шапкой. Пару раз попадает ей себе по голове, но размахивать не перестаёт, ещё и улыбается. Неосознанно поднимаю руку в ответном приветствии.
– Ура, пришла! Блин, Егорыч, ну хотя бы к девушке выпусти. Я за территорию ни ногой!
– К девушке… – Дежурный осматривает меня с головы до ног, словно я могу оказаться переодетым шпионом с новейшим бластером под шубой. Видимо, на девушку я похожа больше, чем на шпиона, потому что он отступает в сторону. – Воробей, у тебя пять минут. Но если что – всем расскажу, что ты ужом тут прополз, полируя ботинки.
– Идёт! – Воробей жмёт ему руку и наконец преодолевает турникет. И тут же бросается ко мне. – Привет! Ты просто мой спаситель. Прости, познакомимся потом, а пока – сгоняй за шоколадкой, пожа-а-алуйста! – На пару секунд передо мной оказываются его сложенные в умоляющем жесте руки. Раз – и рука уже ныряет в бушлат, два – суёт мне в ладонь мятую сотку.
Я отшатываюсь, и купюра летит на мокрый от растаявшего снега пол.
– Очень прошу! – Грязную купюру Воробей, как назвал его дежурный, прячет в карман, а мне протягивает другую. – Тут буквально за углом. Правда, может быть очередь…
Он так подробно объясняет, где найти магазин и какой шоколад взять, словно я уже дала согласие. Перебиваю, пока он не потратил ещё больше своего и моего времени:
– Ты мои сапоги видел?! Я никуда не побегу. – Чуть разворачиваю ступню, чтобы ему лучше была видна высота моего каблука. – К тому же я жду человека. Он с минуты на минуту выйдет…
– Вот в этом я, конечно, сомневаюсь… – Пауза. – Ладно, переходим к плану Б.
Рывок за руку такой резкий, что я еле удерживаюсь на ногах. Чтобы не познакомиться ближе с грязным полом, на автомате шагаю вслед за Воробьём и оказываюсь в закутке с несколькими столами. Два из трёх заняты: один – парочкой, другой – совсем маленьким кадетом и, кажется, всей его семьёй: бабушкой, мамой, крошечной девочкой у неё на руках. На столе стоит огромная кастрюля, из которой бабушка разливает суп прямо здесь. Неосознанно принюхиваюсь. Нос щекочет рыбный запах – видимо, уха.
Воробей усаживает меня за единственный незанятый стол. Сам остаётся стоять.
– Короче, у меня вопрос жизни и смерти. Поэтому никуда отсюда не уходи и изображай, что я где-то рядом. Если Егорыч полезет, ври, что я в туалете.
– Здесь есть туалет? – Вдруг понадобится, пока жду Влада. Воробей широко улыбается – рот буквально расползается от уха до уха.
– Не-а, но пока Егорыч будет думать, я уже примчусь.
Воробей быстро натягивает шапку, на секунду приложив к ней правую руку, и прижимается к стене. Короткими приставными шагами, озираясь по сторонам, он продвигается к выходу, словно краб, который боится быть съеденным чайкой.
Я почему-то слежу за его передвижениями с замиранием сердца: получится или нет? Бухнувшая металлическая дверь только ускоряет мой пульс. Нет сомнений: ко мне вот-вот подойдёт Егорыч.
Проходит три минуты. Допрос пока откладывается. Никто не светит мне в лицо лампой, чтобы узнать, куда подевался мой «спутник». Всем, кажется, всё равно, и я немного расслабляюсь и разрешаю себе рассмотреть «соседей».
«Семья с кастрюлей» умилённо наблюдает, как их мальчик поглощает уху. Пирожок, протянутый ему бабушкой, так восхитительно пахнет тушёной капустой, что мой рот тут же наполняется слюной. «Там внутри лягушки, там внутри лягушки, не капуста!» – уговариваю я себя, пытаясь прогнать мысли о восхитительной выпечке, бережно завёрнутой в ткань – видимо, чтобы не остыла.
Спасаясь от еды, перевожу взгляд на парочку – и тут же отвожу, чувствуя, как краснеют щёки. Они целуются, никого не стесняясь. Представляю на их месте себя и Влада… От щёк, кажется, вот-вот пойдёт пар.
Дверь снова бухает, привлекая к себе внимание. На пороге – наконец-то! – стоит Воробей.
Кажется, дежурный кричит ему что-то грубое – у меня не получается расслышать. Но Воробей только отмахивается, глядя на меня и с каждой секундой становясь всё ближе. От него веет сыростью (бушлат успел промокнуть), морозной свежестью и перебивающим оба этих запаха ароматом тюльпанов. Их красно-жёлтые головки оказываются так близко к моему носу, что я чихаю. И тут же резко вытираю лицо рукой: не хватало ещё прославиться соплями под носом.
– Спасибо, что дождалась!
В Воробье всё какое-то суматошно-стремительное. Речь, движения, брошенные на стол передо мной цветы и вздёрнутые вверх руки, будто его прямо сейчас поведут на расстрел. Судя по рассерженному лицу Егорыча, тут же замаячившему рядом с нами, он вполне мог случиться.
– Воробей, ну ты…
– Да всё уже, иду! Ну как было девушку без цветов оставить. – Мы с Егорычем одновременно смотрим на три тюльпана, лежащие на столе. У одного из них сломалась ножка.
– Вот увидишь: я доложу, – обещает Егорыч, но как-то совсем не угрожающе. Воробей тоже это чувствует: опять расплывается в своей широкой улыбке.
– Спасибо, с меня вечерний кисель!
– Завтрашний тоже. Прощайся – и брысь в казарму.
Егорыч возвращается на оставленное место дежурства. Воробей провожает его взглядом, а затем вытягивается в струну передо мной, подносит руку к сбившейся набок шапке и замирает так на несколько секунд. Потом быстро подмигивает и срывается с места, вслед за Егорычем.
Занимать целый стол одной неудобно. Сначала я сдвигаюсь на самый край придвинутой к нему скамейки. В закутке появляются новые пары, включая уже знакомую мне блондинку с парнем – лопоухим и не очень красивым. Я вскакиваю, уступая им место. Ноги тут же противно гудят. И зачем только встала?
Оглядываюсь, подыскивая себе укромный уголок.
– Ты забыла! – если бы не стук по плечу, я даже не сообразила бы, что обращаются ко мне. – Тюльпаны.
Оборачиваюсь. Блондинка протягивает мне цветы. Выглядят они жалко: у одного обломилась ножка, у второго отлетели три лепестка. Только третий пока держится и более-менее смахивает на приятный комплимент.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.