Кай. Возвращение к истокам (СИ), стр. 42

Пара часов наедине с лесом и своими мыслями — помогли.

Тишину нарушил Чужеблуд.

— «Не понимаю…»

«Еще бы», — подумал я, стараясь не морщиться. Я смотрел прямо на заставу Черная Заводь и реку Черную, протекающую чуть ниже.

Худшие ожидания подтвердились. Девять Башен за нашей спиной сговорились с ведьмами. Группировку солдат Союза Республик расквартированных здесь разбавили молодые девки с кожей цвета взошедшей по весне травы. Государственный флаг Союза висел по соседству с их тряпкой.

Долго умалчивать это не выйдет. Появятся вопросы.

На первый взгляд, границу, что протекала вдоль реки Черная — стерли. Неужели в составе Океании теперь не девять, а десять Республик?

Если так — в скором времени об этом объявят.

Будь я на месте ведьм — потребовал бы убрать заклятые дома с их мертвыми сестрами внутри. Это первым делом. Думаю, так они и поступят.

Все это нехорошо попахивает. Ох, нехорошо…

Маленькая интерлюдия

Сны. Чужеблуд ненавидел сны.

Он мало что помнил из прошлой жизни. Расспросы хозяина лишь злили его и вызывали черную, густую ненависть, которую хотелось выплеснуть в мир. Погрузить окружающее в горе. Отравить своими слезами землю.

Новые слова он узнавал из сновидений. Обрывков воспоминаний. И это его мучило.

Фиолетовое пламя до горизонта. Огонь, пожирающий и плоть и души.

Боль и ненависть.

Крики. Кто-то зовет его на помощь. Такой знакомый голос… Он бежит, надеясь успеть! СПАСТИ! Видит что-то ужасное, падает на колени и плачет… позволяя живому пламени слизать с себя плоть. Начинает смеяться, теряя разум.

Он умирает.

Этот сон раздирает его изнутри сильнее всех остальных. Чувство бессилия… Как он его ненавидит…

Обрывки чужих жизней. Воспоминания. Они скребутся о его череп. Единственное спасение — связь с хозяином. В ней он находит успокоение. А в смехе и цинизме он гасит вспышки других чувств.

Как же хочется спать…

Глава восемнадцатая

Сила сострадания

Пока Союз Республик сотрясал скандал — Девять Башен не могли больше отмалчиваться — я спокойно себе отсиживался в Плеши.

Впрочем, забыть о происходящем в большем мире не получалось. С недавних пор любимое занятие жителей деревни — собраться на лобном месте, выдвинуть вперед уважаемого человека, чтобы тот поднял повыше газету и громко зачитал ее внимательно слушающим соседям, друзьям и родственникам. Потом шло обсуждение. Едкие комментарии. Споры. И ругань, перерастающая в грязную брань и драки. Функции полиции в деревне на мне, так что я отдал приказ, и сержант Ророк выставил вокруг места собраний посты.

— Ах ты ведьмин выкормыш!

— Сам такой!

— Брось нож, дурак!

— Не бывать этому! Переименовать деревню? Мы им всю плешь проедим! Руки прочь!

— А я то думаю, что это ты все время дома прячешься… От солнца укрываешься, как же! Скрываешь зеленую кожу, тварь! Оборотень! Держите его!

— А НУ ТИХО ВСЕ! Разошлись! Куда? Охолони! Тебя, с ножиком, я не отпускал! Иди сюда парень! И ты — горластый. Стой на месте.

Я ждал худшего, но мой отдельный взвод солдат северной железной дороги еще ни разу меня не подвел. В немалой степени из-за доплат от меня. Мало того — мужики, что имели семьи, начали строить себе дома в Плеши, а не считать дни до срока, когда их заменят.

Последняя перепись населения деревни в чем-то порадовала, а в чем-то нет. Много рабочих рук это хорошо, но людей под моим началом не хватает. Департамент железных дорог мало того что не выделяет мне помощника из неофитов (приходится самому заряжать магомеханический генератор и вникать в несущественные мелочи), но и увеличить численность солдат отказывается. Я был вынужден формировать второй взвод полностью за свой счет. Может это и неплохо. Эти люди будут в первую очередь верны мне. Казалось бы… Но! Сержант прямо сказал — двух взводов нам мало, нужно минимум четыре. Я пока размышляю. Склоняюсь принять его предложение.

Прохладный и слабо освещенный подвал. Я прохожусь между полок, постоянно растущих вверх, под потолок и заставленных склянками с готовыми составами. Дотрагиваюсь до них рукой. Пересчитываю.

Все известные мне рецепты, все знания о зельеварении и алхимии — собраны здесь. Разлиты по бутылькам.

Пахнет травами, что хранятся в отдельном шкафу.

Обхожу печати, нанесенные на пол. Слабо светящиеся круги, составленные из смеси геометрических фигур и визуальных образов рун. Ритуалистика. Сколько золота не вливай, его всегда не хватает…

Подхожу к сейфу, открываю его и блуждаю глазами по полкам. Перевязанные пачки банкнот небрежно сдвинуты в угол, а вперед выдвинуты отлитые из драгоценного металла слитки. Золото. Серебро. Небесный металл. Артефакты. Целые и лом. Драгоценные камни. Кости высшего демона и его рога. Чешуя. Редкие растения.

Закрываю сейф.

Присаживаюсь за лабораторный стол заваленный листами со сложными вычислениями, скрепками и ворохом сломанных линеек и подвожу неутешительный итог. Министерство по делам магов хорошо делает свою работу, и найти ничейный источник магии второго класса, чистый или близкой мне стихии — не выйдет.

Отвлекаюсь. Тянусь рукой к письму, и заново его перечитываю.

Привет, Кай! Как ты, друг?

Бунт подавлен. Суды переполнены. На улицы вывели армию. Ввели комендантский час.

Ирга и Рогеда просили тебя расцеловать, но ты уж сам…

Эти строчки пахли ложью. Тут Титий соврал. Ничего они мне не передавали.

Твоя просьба. Я разузнал. Неофитов среди пожилых магов, раздавших к преклонному возрасту все долги и ищущих работу — в достатке. Язвительные и злобные старики сделают для тебя все — только пообещай им платить зельем продления жизни. Обратно на государственную службу их берут неохотно. Ранг им уже не поднять, требуют они многого, а могут мало. За заветный талон в аптеку при Министерстве, предъявив который можно купить флакон с закупоренной в нем концентрированной жизнью — бьются до смерти.

Я нашел для тебя наименее желчных старичков. Напиши. Пришлю их.

С учениками все много сложней. Предложить им кроме денег ты ничего не можешь, так что извини…

Держу нос по ветру. Береги себя.

Титий снова доказал свою полезность. Не зря я вложил ему в руку при расставании небольшой капиталец. Он все отработал.

Написал ответ и отложил конверт в сторону. Отправлю сегодня же.

Неофитов я найду куда пристроить. Зелья продления жизни варить мне по силам. Но важнее то, что у меня есть рецепт этого зелья. Его не купишь и не обменяешь. За такие знания держатся и стараются не делиться. Я получил их вместе с ритуалом создания сада на костях.

И вот я снова вернулся мыслями к своей проблеме. Как стать сильней? Этот вопрос стоял остро. Причин много. От внутренних проблем Союза до натачивающих ножи врагов.

Да узнай хотя бы кто о содержании сейфа и все! Убьют.

Откинувшись на стуле назад, я прикрыл глаза и погрузился в Бесконечное Пространство Внешнего Моря. Оно сильно изменилось. Виной тому звездный горох. Атолл стал больше. Раздвинул воды бесконечного моря, освободив место для посадок, будь то семена новых знаний (рун) или место под талант.

Дерево олицетворяющее мой Атолл, его столп — выросло. Правда это слово не отражает всего. Оно ВЫМОХАЛО.

Я забираюсь на него. Карабкаюсь по веткам на высоту третьего этажа жилого здания, и смотрю вниз, на пруд с цветами-заклинаниями. Дерево шепчет мне о пыли, и в его голосе я слышу рев урагана, сметающего на своем пути горы.

Все. Есть. Пыль.

Меня находит одинокий комарик, он же точка напряженности, мешающая моему дальнейшему продвижению по рангам. Жужжит над ухом и примеривается как бы на меня сесть и укусить.

Усмехаюсь и гоню его прочь.

Когда-то комаров было семнадцать. До недавнего времени их оставалось пять. А сейчас один. Все горох. И здесь он помог. Слепая удача.