Аллей-уп (СИ), стр. 42

– А как же игра в бутылочку?

– Иди ко мне, мой малыш, я тебя поцелую, – хмыкнул одна из волейболисток, которая была несколько старше своих юных подруг.

И в следующую секунду она притянула Мышкина к себе и смачно засосала в губы. Девчонки громко захихикали. А мой товарищ насупился, так как мысленно планировал сегодня целоваться совсем с другой барышней.

– Спасибо, девчонки, за весёлый вечер, было очень смешно, – произнёс я и пихнул недовольного Князя в бок.

– А вы правда сегодня «старичков» обыграли? – спросила симпатичная шатенка Лена.

Тонкие интеллигентные черты этой девушки лично мне напомнили портреты дореволюционных дворянок из института благородных девиц. И если бы мы встретились где‑нибудь на улице, то я бы ни за что не догадался, что она на хорошем уровне играет в волейбол, а не учится в консерватории или в академии художественных искусств.

– Расколошматили в пух и прах, – гоготнул Толя. – Можно сказать, что мы с Майком уже одной ногой в Монреале. Ладно, поздно уже, – кивнул он и первым полез на соседний балкон.

– Мы завтра перед ужином играем товарищеский матч с «Динамо», приходите поболеть, – пригласила нас Лена.

– Мы постараемся, если на тренировке не помрём, – пообещал я и полез следом за своим другом.

Мышкин же всю дорогу ныл, что зря столько денег потратили. Лучше бы как Тканя смотрели футбол, «Заря против 'Динамо». И что он немного разочаровался в спортобществе «Спартак».

– Не знаю, а мне понравилось, – захихикал я, когда Князь только со второй попытки вскарабкался по верёвке на наш третий этаж. – И потом, а ты что хотел? Принёс бутылку и все девчонки перед тобой в неоплатном сексуальном долгу? – спросил я, когда за пару секунд поднялся туда же, на наш балкон. – Завтра в столовой кино показывают. Сходи поболей за спартаковок. Потом пригласи свою блондинку на кинофильм. Прогуляйся с ней под ручку вокруг стадиона. Поговори на разные темы. Покажи, что ты не какой‑то примитив, что тебя интересуют разные философские вопросы. Быть или не быть и прочие заморочки. А через два дня, в среду, по телику в фойе будут показывать Кубок УЕФА, «Спартак» – «Кёльн». И наша комната останется в твоём полном распоряжении. Или тебе надо всё и сразу?

Тут стоит оговориться, что меня и Мышкина поселили в одном номере не потому что мы так этого сильно захотели. Просто Кондрашин разместил всех по комнатам, основываясь на паспортных данных. Самых молодых, Капустина и Белостенного он заселил в номер 330‑ый. Парней чуть постарше, Ткаченко и Тараканова, определил в номер 331. А дальше по дате рождения шли я и Толя Мышкин. И нам выпал номер 332. В номере 333, что был напротив, поселились Жигилий и Макеев. А рядом через стенку в 334‑ый въехали Александр Белов и Владимир Арзамасков. И так далее. Только Сергея Белова, как самого заслуженного ветерана и человека с непростым характером, поселили одного в номере 339‑ом.

– Мы – спортсмены, нам ухаживать некогда, – пробурчал Толя. – Сборы пролетят глазом не успеешь моргнуть.

– Тогда подругу надо искать попроще и в другом месте, товарищ Князь, – хохотнул я и отвязал веревку от трубчатого верхнего поручня. – Всё. Пошли спать. Утро вечера мудренее.

– Подожди, – Мышкин схватил меня за предплечье, когда я намеревался войти через балконную дверь в комнату. – Что значит попроще?

– В столовке вроде неплохие поварихи работают, – загоготал я и перед сном первым делом направился в душ.

Глава 17

В понедельник на дневную тренировку администратор сборной Виктор Харитонов принёс три трёхлитровые банки с протеиновым коктейлем. Кондрашин прочитал нам небольшую лекцию, что употреблять этот напиток надо небольшими глотками между подходами к штанге, гантелями или тренажёрам. Тогда протеин лучше усваивается организмом. И закончил он свою речь тем, что с этого дня приседать со штангой и тем более поднимать её вверх категорически запрещается. Затем второй тренер Сергей Башкин раздал каждому индивидуальный комплекс упражнений с железом. Кому‑то требовалось прокачать спину и пресс, кому‑то нужно было сделать упор на плечевом поясе, кому‑то подтянуть мышцы ног, чтобы во время турне американские студенты отлетали от нас как от стены.

– И последнее, – сказал Кондрашин, – послезавтра, в среду, мы повторим баскетбольный мини‑турнир в тех же составах. По итогам этой встречи будут сделаны первые выводы – кто сборной подходит, а кто нет? А теперь разобрали кружки с протеином и приступили к выполнению упражнений, – добавил он и дунул в свисток.

«Весело», – подумал я, взяв кружку, где плескалась тягучая жидкость, которая очень походила на разведённый цемент. Затем я сделал пару глотков и в принципе остался доволен тем, как протеин смешали с мёдом, молоком и протёртыми орехами. Ибо мне доводилось пить коктейли и гораздо худшего вкуса.

– Майк, я что‑то не понял, а что с этим делать? – прогудел как труба Володя Ткаченко, понюхав протеиновый коктейль.

– Пошли, покажу, – усмехнулся я.

После чего подошёл к скамье для жима штанги под углом. Далее отдал свою кружку Ткане. Лёг под штангу весом в 60 килограмм. И сделал семь энергичных жимов с максимальной амплитудой. Потом встал с лавки и отпил из кружки тягучую похожую на цемент жидкость.

– И что это даёт? – заинтересовался Володя Арзамасков.

– Тут такое дело, Зяма, – хмыкнул я. – Чтобы нарастить мышечную массу, недостаточно тупо тягать одно железо. Нужно специальное питание, строительный материал для новых мышечных волокон.

– А если я после этого протеина и новых мышечных волокон по кольцу попадать перестану? – криво усмехнулся Арзамасков.

– Хороший вопрос, – согласился я. – Следовательно после качалки нужно обязательно выйти на паркет и побросать мячи в корзину, чтобы восстановить мышечную память, – я кивнул в сторону баскетбольной площадки.

– Чушь, – скорчил лицо Зяма и отдал мне свою кружку с протеином. – Сами пейте эту дрянь. Как‑то мы без этого протеина и Олимпиаду выиграли, и чемпионат мира.

– Время не стоит на месте, Зяма, – возразил я. – Всё бежит, всё меняется.

– Плевать, – отмахнулся Арзамасков и стал тягать гантели.

А стоящий рядом Ткаченко обрадовался, как ребёнок, что теперь ему больше достанется. Затем он взял Зямину кружку и выпил её залпом. У меня от удивления сама собой отвисла нижняя челюсть.

– Хорошо, – радостно сообщил центровой киевского «Строителя». – Подкинь мне на гиф ещё 60 килограмм. Для меня 120 самое оно.

– Ты бы поаккуратней с протеином, а то тебя разопрёт в разные стороны, как кабана, потом бегать не сможешь, – захихикал я и пошёл за дополнительными 20‑килаграмовыми блинами.

К слову сказать, никто из «старичков» протеин так пить и не стал. Попробовав его на вкус, они со словами, что это редка гадость, вернули кружки обратно на общий стол. Петрович же на такое самовольство старожилов посмотрел сквозь пальцы, так как привычки 30‑летних мужиков менять было уже бесполезно. С железом они и так поработали на совесть. Зато все мы, молодые, выпилили этого коктейля чуть ли не по литру.

– В первый раз почувствовал себя совершенно сытым, – признался Саша Белостенный, когда мы заканчивали силовую тренировку бросками по кольцу.

– Лепота, – блаженно пробурчал Володя Ткаченко.

Правда все мячи от его огромных рук летели мимо кольца. «Бух! Бух!» – с громким стуком они вонзались в фанерный щит и отлетали обратно в поле. Я же со свой стороны практически не мазал. Просто мои мячи чаще обычного цепляли дужку кольца, но практически все они провалилась в сетку. Хотя после сегодняшнего утреннего заплыва я так устал, что две минуты сидел в воде, чтобы собраться с силами и вылезти из бассейна. Кстати, Тканю снова вытаскивали из воды общими усилиями. Однако наши молодые, пышущие здоровьем, организмы быстро восстанавливались. И ко второй тренировке многие были уже в норме.

– И у меня «банки» нарастут? – поинтересовался сухощавый, но жилистый Толя Мышкин, который после штанги с линии штрафной попадал через раз.