Мисс Мэгги Стюарт. Трилогия (СИ), стр. 124

Мне нужно, чтобы ты достал эту вещь,

чтобы я могла украсть её у тебя позже!»

© «Лара Крофт. Расхитительница гробниц»

– Вы очень прямолинейны, мистер МакКиллиан, – наконец произнесла я, аккуратно ставя чашку на блюдце. – И ваше предложение достаточно щедрое, тут не поспоришь. Но вы должны понимать, что карта – это не просто ценный клочок бумаги. Она связана с наследством моего дяди, с его памятью, поэтому я не могу принять такое решение, не обдумав всё как следует.

Уголки губ МакКиллиана дрогнули в снисходительной улыбке: видимо, он решил, что я всё‑таки достаточно сентиментальна, как и положено провинциальной барышне. А чувствительность и эмоциональность – это прекрасные инструменты, позволяющие добиться нужного результата.

– Разумеется, я всё понимаю, – мягко, почти по‑отечески проговорил он, – когда девушка вашего чудесного возраста и тонкого воспитания остаётся одна, для неё важна каждая мелочь, напоминающая о безвременно ушедших близких. Но ведь в память о них можно сделать что‑нибудь более весомое, зримое, так сказать. Например, открыть в этом дивном городке художественную школу имени Кевина Стюарта или ещё какое‑нибудь место, где дети смогли бы развивать свои творческие способности.

– Ах, какая чудесная идея, мистер МакКиллиан! – воскликнула я. – Обязательно обдумаю её!

– Но ведь для воплощения этих благих замыслов нужны деньги, и деньги достаточно серьёзные, чтобы дети развивали свои таланты в достойных памяти Кевина Стюарта условиях, – вкрадчиво продолжил МакКиллиан, а я с удивлением подумала: неужели я выгляжу дурой, способной купиться на подобную сладкую чушь?

– И вы хотите мне их предложить?

– Именно! Давайте начистоту, Маргарет, – он проникновенно посмотрел мне в глаза и даже, кажется, хотел взять за руку, но передумал, и правильно сделал, – мало обладать картой, нужно иметь возможности воспользоваться ею. Нужны ресурсы, в первую очередь финансовые, потом административные, людские, технические. Зачем вам всё это?

– А вам, Юджин? – я слегка улыбнулась, и МакКиллиан, кажется, понял, что переборщил с попытками продавить идею заботы о талантливых детях.

– Маргарет, давайте оставим эти игры для официальных приёмов. Мы оба знаем цену времени и прекрасно понимаем, что к чему. Карта существует. И она будет моей. Вопрос лишь в том, каким путём мы к этому придём. Путём взаимовыгодной сделки, которая обогатит вас... или иным способом.

«Хоть тушкой, хоть чучелком...» – почему‑то вспомнилось мне, но я смогла взять себя в руки и промолчать.

Мистер МакКиллиан между тем сделал паузу, давая мне осознать смысл его слов. Угроза была неприкрытой, высказанной вежливым тоном под аккомпанемент потрескивания поленьев в камине, и от этого показалась ещё более зловещей. Нет, так‑то я была готова и к шантажу, и к запугиваниям, но всё равно стало очень неуютно.

– Вы намекаете на то, что попробуете забрать карту силой? – я изогнула бровь, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, хотя внутри всё сжалось. – Мистер МакКиллиан, вы же деловой человек. Скандалы, шумиха, а они наверняка будут... всё это привлекает ненужное внимание. Особенно со стороны людей, которые уже проявили интерес к моим делам.

– Люди? – он прищурился, и его взгляд стал острым, как лезвие бритвы. – О каких людях идёт речь?

– Ну, например, Генри Трондайк, – легко бросила я имя нотариуса. – Вы видели его в офисе моего жениха, Алекса Гилмера. Генри пока не вступил в игру, но это пока, он всегда всё тщательно обдумывает. Мистер Трондайк был добрым другом моего дяди, настоящим, – тут я сделала паузу, – другом. Очень предусмотрительным и информированным другом. А ещё есть мистер Ласло Надашди. Слышали о таком? У него тоже есть определённые интересы в этом регионе. И, насколько я знаю, он официально взял меня под своё покровительство. Я понимаю, вы всегда предпочитали работать в одиночку, – тут Юджин бросил на меня острый взгляд, но отступать было поздно, – но кое‑какие слухи до вас неизбежно должны были дойти.

Лицо МакКиллиана на какое‑то время закаменело, его расслабленная поза исчезла, он весь подобрался, словно зверь перед прыжком. Но это был не страх: это была ярость от того, что жертва оказалась не такой беззащитной, как он думал, и что какой‑то другой хищник пытается обойти его, оттеснить от законной – как ему кажется – добычи. Впрочем, он очень быстро взял себя в руки и вскоре снова был доброжелателен и мил.

– Вот оно что, – протянул он, и его голос наполнился сочувствием. – Теперь мне многое понятно, в том числе и ваше недоверие, Маргарет. Эти ваши «друзья»... они ничем не лучше меня, уверяю вас. Просто их маски более искусно сделаны, и они успели втереться к вам в доверие. На самом же деле они охотятся за тем же самым, в этом нет никаких сомнений. И поверьте моему опыту, их методы могут быть куда менее цивилизованными, чем мои. Я хотя бы не скрываю своих истинных намерений, я честен с вами, Маргарет.

О да, честность прям в каждом слове, включая предлоги и союзы! А ведь знай я своих друзей немного хуже, я ведь могла бы и поверить, во всяком случае, зерно сомнения Юджин вполне смог бы заронить.

– Возможно, – кивнула я, сохраняя невозмутимое выражение лица. – Я не верю ни вам, ни им, поэтому я предлагаю компромисс, мистер МакКиллиан. Через месяц в Блайзбери будет проходить традиционная осенняя ярмарка. Это важное событие для города, и я пообещала возглавить организационный комитет. Это очень большая работа, кто бы что по этому поводу ни думал. Я не могу сейчас бросить всё и заняться вопросами наследства, даже если бы хотела. Давайте вернёмся к этому разговору после ярмарки. К тому же, у меня будет время посоветоваться. Не стану скрывать: я буду обсуждать этот вопрос с теми, кому доверяю. Решение приму сама, но мнение уважаемых мною людей выслушаю обязательно.

МакКиллиан долго молчал, сверля меня взглядом, затем медленно откинулся на спинку кресла, и на его лице снова появилась маска усталой доброжелательности.

– Хорошо, Маргарет, я принимаю ваше условие, хотя и не в восторге от него. До окончания ярмарки я буду паинькой и не стану создавать проблем в вашем милом городке. Но взамен...

– Взамен я предлагаю вам поучаствовать, – перебила я его, переходя в наступление. – Например, с финансированием главного приза или с привлечением спонсоров. Поучаствуйте в ярмарке, помогите организаторам, покажите всем, что вы приехали сюда с добрыми намерениями. А потом мы поговорим серьёзно.

Он смотрел на меня долгую минуту, и в его глазах читалась смесь раздражения и невольного уважения.

– Что ж... Договорились. Вы умеете удивлять, мисс Стюарт. Первый раунд остался за вами. Но игра ещё далека от завершения.

– Не сомневаюсь в этом, – улыбнулась я, – главное, чтобы она велась честно, не так ли, мистер МакКиллиан?

– Просто Юджин, – он взял мою руку и поднёс к губам.

– Тогда я прошу меня простить, мне пора, – я поднялась из кресла и улыбнулась тоже поднявшемуся мужчине, – всего доброго, Юджин, и подумайте об участии в ярмарке.

– Непременно, – ответил он со странным выражением, – всего доброго, Маргарет.

Я развернулась и вышла из гостиной, чувствуя спиной его тяжёлый, оценивающий взгляд. Ужасно хотелось оглянуться, но я прекрасно понимала, что делать этого не нужно, если я не хочу обнулить произведённое впечатление.

Разговор вымотал меня до предела. Я чувствовала себя так, как будто целый день таскала тяжеленные коробки с книгами.

Джастин ждал меня у стойки администратора, лениво листая какой‑то журнал и слушая щебет Линды. При моём появлении он тут же извинился перед девушкой и торопливо пошёл мне навстречу. Одного взгляда на моё лицо ему хватило, чтобы понять: всё прошло... сложно.

– Поехали домой, – тихо сказала я. – Потом всё расскажу.

– Главное, что ты вообще оттуда вышла, – кривовато усмехнулся Джастин, – с остальным разберёмся, не в первый раз, верно?