Расслоение (СИ), стр. 77
Несколько часов спустя, благодаря Наблюдателю, который корректировал наш маршрут, мы смогли уйти вглубь Афганистана, оторвавшись от правительственных войск.
На отдых встали в небольшом гроте, найденном с помощью дронов‑разведчиков.
После горячки боя мозги снова заработали, и первое, что мне пришло в голову, — это то, что нас явно ждали. Такую масштабную засаду за ночь не подготовить.
— Значит, нас кто‑то сдал, — пришёл я к очевидному выводу.
Адекватных вариантов, кто бы это мог быть, у меня не было, разве что за меня взялись спецслужбы — тогда все несостыковки получали своё логичное объяснение.
«Если это ЦРУ или ФСБ, то следить за нами через спутники для них вообще не проблема, как и координировать правительственные войска Афганистана. А учитывая, что сейчас афганцы с америкосами не дружат, то остаются только федералы, а это очень плохо. Нужно как‑то незаметно свалить, залечь на дно и постараться не отсвечивать, пока не настанет конец света».
Двенадцать часов горными тропами, а иной раз и вовсе без них, вымотали нас до предела. Дорогу осложнял Каштанка, который изредка приходил в себя, блевал, просил пить и вырубался. Азиз молча следовал за нами, понемногу отставая — всё дальше и дальше, пока в какой‑то момент между нами не оказалось пары сотен метров, крутых обрывов и круч. После чего проводник сменил направление и пошёл в другую сторону.
— Ты сам выбрал свою судьбу, — пробормотал я с облегчением.
Через секунду в спину Азиза влетел дрон‑камикадзе, буквально разметав его кровавым фаршем по ущелью.
Посчитав, что мы окончательно ушли из‑под космического ока большого брата, свернул к небольшой пещере, которую мои дроны‑разведчики нашли ещё несколько часов назад. Там мы и устроили привал.
Первое, что я сделал, — это открыл лист персонажа и полюбовался четырёхзначным счётом.
— Счёт: 15 454 эрга.
«Я убил почти полторы тысячи человек!»
Прислушавшись к себе, ничего не почувствовал — словно не я только что растёр по скалам и горным дорогам сотни человек.
«Раз лично глотки не резал, то вроде как и не причём. Впрочем, не время предаваться рефлексии!»
Распаковав верстак, вошёл в раздел магазина «Модули» и недрогнувшей рукой одним за другим приобрёл алхимический, медицинский и очередной интеллектуальный модули. Дождался установки, что заняло всего несколько секунд, и тут же сделал запрос на лекарство от тяжёлого сотрясения и контузии.
Как обычно, мне был предложен целый список. Причём некоторые препараты стоили очень дорого — но в основном из‑за того, что недостающие ресурсы для их синтеза пришлось заменять эргами.
Выбрал лекарство с нечитаемым названием из латинских букв — *Fottuti cervelli*. В аннотации утверждалось, что волшебная таблетка буквально в течение часа исцеляет любые контузии и сотрясения, а также их последствия.
— Сука! Три сотни эргов, как Фома хуем смахнул!
Фёдоров укоризненно покачал головой и продолжил готовить нехитрый перекус, который мне пришлось опять же за эрги покупать в магазине.
Час спустя Каштанка сидел за импровизированным столом и с аппетитом скидывал в себя всё, до чего только дотягивались его руки.
Гостеприимную пещеру мы покинули поздно ночью. Я же, движимый то ли паранойей, то ли чувством мести, придумал и разорился на три сотни ползучих мин‑невидимок.
После активации мины — размером с хоккейную шайбу и с паучьими лапками — расползлись по кругу. Программа у них была одна: находить объекты определённого размера и температуры, подкрадываться к ним под оптическим камуфляжем и подрываться. Так как теперь у меня был алхимический модуль, то и взрывчатка получилась на порядок сильнее, чем та, что я раньше использовал в дронах‑камикадзе. Теперь даже одна сравнительно небольшая мина могла превратить в кучу горелого металлолома тяжёлый танк.
За ночь мы покинули территорию, контролируемую правительственными войсками, и ступили на земли НОАА. Причём их патрули и секреты Наблюдатель давно уже занёс на интерактивную карту, и мы могли буквально в режиме реального времени их отслеживать. В таких условиях просочиться между патрулями было нетрудно — тем более дроны для наблюдения они почти не использовали.
К нужному месту мы вышли на рассвете: под оптическим камуфляжем прошли насквозь лагерь и подобрались к огромной пещере, куда по договору мы и должны были доставить оружие. Благодаря миниатюрным дронам‑невидимкам я уже знал, что основное командование располагалось в пещере, обустроив там себе вполне комфортабельное жильё.
Остановившись прямо перед входом в отнорок, оборудованный приличной дверью под охраной двух бойцов, приказал нейросети позвонить по выданному мне Вазитом номеру полевому командиру, который и должен был у меня принять оружие.
Несмотря на то что я стоял буквально в паре метров от часовых, те меня не видели и продолжали спокойно переговариваться между собой.
Дождавшись хриплого «слушаю», с той стороны ответили:
— Это Самоделкин, я привёз оружие.
Мой едва слышный шёпот, приглушённый шлемом, нейросеть перекодировала в нормальный голос.
Как и все полевые командиры, этот тоже неплохо говорил по‑русски, и мне не пришлось напрягать нейросеть с английским языком.
— Ты где? Я пришлю людей, чтобы провели вас через нашу территорию.
— Не нужно, я уже стою напротив вашей двери.
— Что⁈
Через минуту из двери выскочил крепкий мужчина в камуфляже с каким‑то понтовым револьвером в кобуре на поясе. В этот момент я снял невидимость и чуть не получил пару очередей от испуганных часовых.
Но «ковбой» успел их остановить, хотя и сам выглядел несколько шокированным.
«Вот же идиот, когда ты уже наиграешься», — мысленно обругал я сам себя.
Чтобы не плодить сущностей, выдал Фёдорова за паранорма с пространственным карманом — вроде того, что имелся у Свиридовой. Правда, Азрат не слишком‑то в это поверил. Впрочем, на его месте никто бы не поверил: вряд ли вообще возможен паранорм такой силы, чтобы уместить в «кармане» несколько тысяч тонн оружия и боеприпасов.
— Просто покажите место.
Час спустя два огромных зала пещеры были чуть ли не до потолка заполнены зелёными армейскими ящиками.
Ещё три часа ушло на проверку привезённого груза, после чего Азрат по спутниковому телефону кому‑то позвонил, а я приготовился равнять с землёй лагерь — для чего держал над ним почти четыре сотни дронов. Но вместо пули мне выдали координаты, где была спрятана вторая половина денег. Как и договаривались, схрон был на территории России.
«Серьёзно! Честная сделка с наркоторговцами и сепаратистами! Бывает же такое… Хотя рано говорить „гоп“ — может, меня с деньгами кинули!»
Дав себе слово, что, если боссы НОАА меня обманули, пошлю им своим ходом парочку БПЛА с ядерными зарядами, я продолжил наблюдение.
Азрат оказался настолько любезным человеком, что даже предложил свою помощь в возвращении домой. Причём у него было несколько вариантов: первый — через Пакистан по тайным тропам наркомафии, и второй — самолётом сначала в Турцию, а потом уже оттуда в Россию.
От варианта с Пакистаном я отказался сразу: там уже шла самая настоящая война с Индией, причём обе стороны, не стесняясь, обменивались ядерными ударами, игнорируя всевозможные ноты и недовольство остальных игроков.
С Турцией тоже было всё непросто, так как самолёт был военным транспортником армии США. НОАА в прошлом неплохо кормилась с налогов американского обывателя, и, конечно же, американцы, несмотря на сильное сокращение финансирования, не оставили своих протеже совсем без помощи. В основном, конечно, помогали разведданными и связью.
Как оказалось, Азрат всё же не был бескорыстным и за свою помощь скромно попросил технологию оптического камуфляжа.
Я отказал. По лицу боевика я видел, что он бы давно приказал нас убить, а экзоскелеты забрать, но мысль о том, что мы втроём умудрились каким‑то образом потрепать целую армию, его сдерживала.
Не став больше испытывать границы благоразумия Азрата, мы ушли. Так как я был уже порядком раздражён, его наблюдателей я просто подорвал на ползучих минах.