Расслоение (СИ), стр. 111

Естественно, телодвижения отца не остались незамеченными спецслужбой, но при этом обвинить Лазаря было не в чем, так как напрямую он ничего и никому не предлагал — просто набирал сторонников.

Конечно, будь на его месте любой другой, то такого индивида просто тихо бы убрали, пустив на удобрения где‑нибудь в теплицах на нижних ярусах. Но Лазарь, кроме того что и сам был неслабым «супером», так ещё и имел нехилую поддержку в народе — всё‑таки единственный целитель. Плюс не стоило забывать, что его жена, моя мать, работала в охране президента, то есть имела доступ непосредственно к тушке «самого». Ну и я, пусть и чистый боевик, но имеющий странные способности доставать из ниоткуда преданных людей, — вроде бы мелочь, но это пока не дашь каждому миньону автомат или пояс шахида.

Противодействие началось с моего увольнения. Мне официально вручили бумагу, что моя мутная должность «референта» упразднена и я лишаюсь всех положенных мне благ в виде питания по первой категории, положенных мне апартаментов и зарплаты. Последнее было местное ноу‑хау: зарплату платили не деньгами — кому сейчас нужна эта резаная бумага? — а виртуальными баллами полезности. Которые, кстати, можно было потратить в «Лас‑Вегасе» — так просто и незамысловато назвали в народе уровень, где сосредоточили все увеселительные заведения.

Моё увольнение ничего не изменило: жил я и так с родителями по настоянию отца, а кормился матушкиной стряпнёй, что была никак не хуже «питания первой категории».

Правда, оказалось, что бездельников в Городе быть не может и каждый здоровый гражданин обязан трудиться там, куда его пошлют «комиссары» — так странно называли ответственных за ярусы.

Меня устроили скотником на свиноферму на нижнем уровне. Правда, на работу я так и не вышел: влияния отца хватило, чтобы меня перевели помощником участкового, отвечающего за наш ярус. Правда, туда я тоже не вышел: вместо этого я целыми днями болтался по этажам или рубился в компьютерные игры.

Следующей работы лишилась мама: её уволили как лицо, утратившее доверие работодателя, — причём это была официальная причина. Правда, перевести её скотницей или ассенизатором не успели: отец, поднабравший влияния и сторонников, устроил её участковым на нашем ярусе. Прежний вдруг скоропостижно скончался от инсульта. Кстати, его «случайная» смерть одним махом подняла градус противостояния президента и Лазаря. Вылилось это в его собственное увольнение и череду кадровых перестановок.

Лазаря это не смутило: к этому времени он имел связи и должников буквально везде, поэтому легко навербовал себе новых сторонников при власти. В итоге у «гаранта» не осталось выбора, кроме как арестовать Лазаря, обвинив его в сепаратизме. Для чего на наш ярус был направлен полицейский наряд. Естественно, им не дали даже приблизиться к нашим апартаментам, банально вытолкав их с этажа, навалившись толпой.

— Готовься, Алексей, — произнёс зашедший ко мне отец. — Сейчас они там почешут свои бестолковки и отправят на моё задержание роту спецназа.

— Думаешь, дойдёт до крови? — встревожился я.

Лазарь усмехнулся.

— Практически уверен, что без этого не обойдётся, но, скорее всего, не сейчас. А вот после того, как «спецура» получит по соплям, вот тогда можно ожидать шальной пули.

— Разве не логичнее для президента было бы ухлопать тебя сразу и не плодить сущности?

— Если бы дело касалось только его, то я бы давно получил свою пулю. Вот только в его окружении немало людей, для которых мои услуги буквально жизненно необходимы.

— Значит, ты уверен, что массовых вооружённых столкновений с ним не будет?

Лазарь самодовольно улыбнулся с видом гроссмейстера, просчитавшего партию на двадцать ходов вперёд.

— Кишка у него тонка!

Если честно, я сомневался: мне «гарант» показался человеком решительным, но отец знал его гораздо дольше, и я решил, что ему виднее.

Рукопашной схватки с целой ротой спецназа я не боялся: за последнее время я неплохо так поднабрал в характеристиках, при этом ничего для этого не делая. Хотя отец это объяснял странным механизмом моей силы, поглощающей энергию живых существ при их умерщвлении и пускающей накопленную энергию на усиление имеющихся характеристик или адаптацию к новым угрозам. А если учесть, что за последние полгода я забил больше скота, чем профессиональный забойщик за десять лет работы, то взрывной рост становился понятным. Кстати, кроме животных мне пришлось пострелять и по людям.

Если верить цифрам в интерфейсе, то физически я стал сильнее более чем в два раза. А если учесть, что я и раньше считался сильным «супером», то сейчас я проходил по верхней планке «физиков».

Конечно же, никто не собирался выставлять меня в одиночку против сотни бойцов: вместе со мной в планируемой драке должны были участвовать и мои миньоны. Волосатый Аго, для которого по спецзаказу сделали эрзац‑броню, и Хань Юи — девушка, несмотря на кажущуюся хрупкость, была мастером восточных единоборств. Конечно же, нашей троицей список бойцов не ограничивался: кроме пяти десятков крепких мужиков в бронежилетах на бои были заявлены ещё семь паранормов — в основном из числа «физиков» или тех, чьи способности походили на рукопашный мордобой.

Спецназ, вооружённый дубинками и прозрачными щитами, прибыл с трёх направлений: две партии по тридцать‑сорок человек пришли по лестницам, ещё одна поднялась на грузовом лифте.

Мне и Юи — именно они и достались.

Так как на рандеву мы прибыли сильно заранее, то успели договориться с Юи, как будем действовать. Если честно, азиатка мне была не нужна и даже мешала. Несмотря на свой статус мастера боевых искусств, она по‑прежнему была самым обычным человеком.

Двери грузового лифта распахнулись, обнажив своё стальное нутро, заполненное боевым мясом, облачённым в бронежилеты.

— Идёт спецоперация, гражданским немедленно покинуть территорию! — завопил мордоворот за прозрачным щитом, заметив нашу пару, стоящую прямо напротив лифта.

Усмехнувшись, я показал ему средний палец. Юи презрительно скривила губы и вынула из специальных держателей на пояснице пару дубинок, носящих странное название «тонфа».

— Задержать! — проорал всё тот же крикун, и вся орава чёрным цунами выметнулась из лифта.

Похоже, церемониться с нами не собирались. Первый же набегающий мордоворот уже замахивался своей дубинкой, целя мне в голову.

— Ну, раз такое дело, — произнёс я и буквально вбил в грудь громиле мощный фронт‑кик. Если бы на нём не было бронежилета, скорее всего, я просто проломил бы ему грудную клетку, а так он просто резко сменил направление движения на противоположное и улетел в толпу товарищей, свалив сразу несколько человек.

— Это громила! — заорал командир отряда.

Не став дожидаться газа или ещё какой‑нибудь дряни, прыгнул вперёд и заработал кулаками. Несмотря на всю свою бронированность, бойцы под треск своих костей разлетались, как кегли.

За спиной Юи что‑то пронзительно выкрикивала, но пользы от неё было маловато: её дубинки против бронированных спецназовцев, которые, к слову, не сильно‑то и уступали ей в искусстве мордобоя, были полностью бесполезны.

Зато я просто развлекался: даже мощные пропущенные удары были для меня не страшнее игривых хлопков. Я уже начал думать, что так и замордую спецов, пока неожиданно не наткнулся на паранорма.

Судя по тому, что он легко выдержал мой удар, при этом не сдвинувшись даже на миллиметр, передо мной был «ассимилятор». Причём из тех, что могли поглощать или подавлять энергию: этот умел гасить кинетическую энергию.

(Ассимиляторы — поглощение урона, вампиризм.)

Усмехнувшись, схватил его поперёк тела и мощным броском отправил на пару десятков метров в сторону. Крепко приложившись об потолок, «супер» устремился к полу. Я тем временем ударом в «лоб» шлема нокаутировал командира и буквально пинками забил оставшихся бойцов обратно в лифт. Вернулся, схватил за шиворот двух мордоворотов, что гоняли Юи, и, как тряпичные куклы, метнул их в дверь лифта — и не попал. Паранорм поднялся с пола и, похоже, обозлённый моим поступком, побежал ко мне поквитаться.