Ловушка под водой, стр. 47

И все же у Тэпа вошло в привычку периодически заглядывать в трейлер к Харальде с вопросом: «Как там дела?» Неизменно следовал ответ: «Нормально».

Незадолго до полудня Тэп снова заглянул к нему. Тим только что доложил по телефону Харальду, что Риггс и Ди Джей притащили заглушки 1 и 2 к лодке и Риггс уже готовится заползать в трубу стояка номер 3. Убедившись, что все идет по графику, Тэп вышел из трейлеров и направился к каменистому участку острова с видом на воду. Этот лучезарный июльский утренник был знаменателен не только успехами в графике извлечения заглушек. К тому же сегодня Тэп отмечал свое тридцать шестое день рождения.

Если утренний темп удастся сохранить до конца дня, Тэп надеялся успеть домой в Нью-Гэмпшир к позднему ужину и праздничному торту с женой и детьми. Дочери исполнилось семь, а сыну – четыре. Тэп был настолько поглощен развитием своего бизнеса, что не мыслил для себя замедления темпа, даже если это означало, что семейное время сводится к визитам детишек в мастерскую Black Dog на заднем дворе, где они наблюдали за работой отца. Тэп понимал, что в словах Билли насчет баланса что-то есть, но в его собственной жизни это должно было подождать.

Помимо дня рождения, у этой среды для Тэпа нашелся еще один приятный повод. Бостонская телестанция пригласила его дать экспертный комментарий в телефонном интервью в прямом эфире. Это не только скрасило бы томительные часы ожидания, но и стало бы приятной подпиткой для самолюбия, напомнив – ему самому и всем окружающим, – что, несмотря на все унижения на этой работе, Тэп Тейлор – куда больше, чем просто чья-то шестерка.

Интерес телеканала к Тэпу на самом деле никак не был связан с его участием в рискованной операции по очистке туннеля. При всей важности миссии водолазов для масштабного проекта по очистке гавани, они трудились совершенно вне поля зрения СМИ. Вместо этого ведущий собирался расспросить Тэпа о новостях, которые уже пять дней доминировали в национальном эфире: о крушении самолета сына американского Камелота, Джона Кеннеди-младшего.

Накануне вечером, после нескольких дней поисков, дистанционно управляемый аппарат с военно-морского судна USS Grasp обнаружил обломки фюзеляжа самолета Кеннеди на глубине 110 футов у побережья Мартас-Винъярд 206. Утром того же дня, пока водолазы Norwesco и Black Dog трудились в туннеле Дир-Айленда, их коллеги-водолазы из ВМС США и штатной полиции приступили к обследованию места крушения в поисках тел Джона Кеннеди-младшего, его жены и невестки.

Незадолго до начала полуденного выпуска новостей водолазная команда обнаружила тела. Сенатор Эдвард Кеннеди, патриарх семьи, поднялся на борту USS Grasp, чтобы заслушать доклад о ходе спасательной операции. Затем во время живого интервью Тэпа попросили поделиться экспертным мнением о том, с какими трудностями могли столкнуться водолазы при поиске тел и как будет проходить их подъем. Сидя на камнях и глядя на гавань под лучами теплого солнца, Тэп с легкостью отвечал на вопросы.

В четверть первого, после откачки воды из трубы стояка номер 3, Риггс начал свой спуск внутрь 207. Он проделал те же манипуляции, что и накануне, чтобы протиснуться вместе со всем инструментом в слизистую, кромешную темноту суженной горизонтальной трубы. Выкрутив болты 208 на предохранительной заглушке, он открыл спускной клапан. Затем он крикнул Ди Джею, чтобы тот качал шланг гидравлического инструмента – с его помощью Риггс снял стопорное кольцо. Сдвинув с места пробку-гигант, похожую на салатницу, он начал пятиться из трубы, волоча ее за собой и выталкивая стопорное кольцо ногами. Весь процесс 209 извлечения заглушки номер 3 занял около двадцати минут – значительно быстрее, чем вчера, что придало Риггсу уверенности: эту смену они отработают куда продуктивнее.

Выбравшись из трубы в согнутом положении, Риггс услышал совет Ди Джея передохнуть. Как ни рвался Риггс поддерживать высокий темп работы, он помнил недавнее указание Харальда о том, что парни должны чередоваться на тяжелых участках. Поэтому он устроил себе передышку 210, наблюдая, как Ди Джей оттаскивает заглушку номер 3 к Хоссу и лодке в 125 футах от них. Через пару минут Риггс двинулся вслед за ними, волоча за собой шлангокабель. Он присоединился к Хоссу у лодки, которая теперь была забита почти до отказа – три гигантские пробки делили пространство внутри нее со всем остальным скарбом. По дороге Риггс разминулся с Ди Джеем, который шел в обратном направлении с видеокамерой в руках.

Пока Ди Джей направлялся в трубу документировать извлечение третьей заглушки, Риггс поспешил к четвертому стояку с гидравлическим инструментом, чтобы откачать оставшуюся в трубе воду.

– Эй, Риггс, – окликнул его Хосс. – Давай подождем, пока Ди Джей отснимет третью, прежде чем дергать четвертую 211.

Риггс кивнул. – Я тогда пока полезу внутрь и займусь болтами.

Около 12:40 Хосс передал наверх очередной отчет о статусе работ, а Риггс начал протискиваться в трубу номер 4. Добравшись до заглушки, он понял, что с ней что-то не так. В отличие от остальных «салатниц», в центре этой красовались не один, а сразу два шаровых крана. Причем второй кран наглухо перекрывал доступ к стопорному кольцу. Риггс попытался сдвинуть его, но тот намертво заржавел. Никакой возможности вытащить эту заглушку не было.

Тут его осенило. Он вылез из трубы и прямиком направился к лодке за сабельной пилой. Раз уж вентиль не обойти, придется его распилить.

Кран сдаваться без боя не собирался. Пропилив его наполовину, Риггс обнаружил, что пильное полотно сгорело – все зубья стерлись. Пришлось снова выбираться из трубы. Встав рядом с Хоссом, Риггс потянулся в лодку за новым полотном. Тем временем Ди Джей закончил видеосъемку и как раз приближался к ним.

Взяв запасное полотно, Риггс уже собирался лезть обратно в трубу, но Хосс его остановил. Последние пару часов Риггс и Ди Джей провели в бесконечной ходьбе туда-сюда по тесному концевому участку туннеля, изнемогая от тяжелой работы с пробками, насосами и мешками с песком. При этом их трехсотфутовые шлангокабели превратились в шестисотфутовый клубок змеящихся сплетений, напоминающий здоровую порцию капеллини, оставленную на плите на всю ночь. «Давайте потратим несколько минут и распутаем эти шланги», – предложил Хосс.

Риггс согласился. Хотя Хосс годился ему в сыновья и исполнял обязанности бригадира лишь за отсутствием Марса, Риггс знал: парень толковый и башковитый. К тому же, как ни хотелось Риггсу не сбавлять обороты, предложение Хосса навести порядок в шлангах выглядело весьма разумным.

Чтобы распутать шланги, Ди Джей снова углубился в пятиядерную секцию туннеля в направлении самого его конца. Риггс следовал за ним в нескольких шагах позади, сматывая тянущийся за товарищем шланг наподобие чересчур длинной бечевки воздушного змея. Через несколько минут такой ходьбы Риггс почувствовал себя странно. Это простое дело, – твердил он себе, но в голове туман. Он покосился на стену туннеля в поисках цветных пятен. Если бы он их увидел, то понял бы, что теряет сознание. Но пятен не было. И он продолжал идти, продолжал сматывать шланги. Затем, безо всякого предупреждения, Ди Джей внезапно остановился 212. Риггс настиг его так стремительно, что едва не врезался в него, точь-в-точь как персонажи скетча «Кистоунские полицейские». В тот же миг Риггс ощутил, как у него меняется слух – словно кто-то затыкает уши конусами. В глазах поплыло. В голове промелькнуло: Это и есть то самое туннельное зрение, о котором все говорят?