Ловушка под водой, стр. 12
Макдональд знал: одна из главных сложностей прокладки туннеля заключалась в том, что по сути это были два отдельных и невероятно сложных строительных проекта, выполняемых двумя независимыми совместными предприятиями. Пока проходчики использовали ТПК для прокладки туннеля глубокого заложения, другая команда буровиков и коммерческих водолазов, нанятая другим подрядчиком, работала на самоподъемной барже, стоявшей на якоре в девяти милях от берега в Массачусетском заливе. Их задачей было опустить пятьдесят пять вертикальных труб, именуемых стояками (risers), с которыми туннель в конечном итоге должен был соединиться на своем последнем мильном участке.
Устройство туннеля и этих стояков напоминало водопроводную магистраль под городской улицей, от которой отходит пучок труб поменьше, каждая из которых доставляет часть воды в отдельный дом. Когда всё будет завершено, горизонтальный туннель соединится с этими пятьюдесятью пятью вертикальными стояками, каждый из которых пойдет от уровня туннеля, пронзит коренную породу и в конце концов выйдет на дно океана. В точке выхода каждого стояка на морское дно его должна была венчать грибовидная выпускная насадка — куполообразное устройство, известное как диффузорная головка. Выйдя из очистных сооружений Дир-Айленда, сточные воды должны были течь по главному туннелю, подниматься вверх через одну из этих пятидесяти пяти труб-стояков, выходить через спринклерные сопла одной из пятидесяти пяти диффузорных головок и, наконец, изливаться в океан. Этот сложный процесс был разработан для того, чтобы замедлить и распределить поток сточных вод, «рассеивая» его с целью минимизации воздействия на морскую флору и фауну и качество воды. Вся система являлась инженерным шедевром. Сила тяжести, а не насосы или моторы 40, должна была гнать сточные воды в их грандиозное путешествие под землей и далее в открытое море.
Но чтобы это чудо сработало, бригады из двух разных совместных предприятий должны были действовать в идеальном согласии. Этого было много требовать, учитывая, что одну часть работы приходилось выполнять высоко над водой в открытом океане за много миль от берега, а другую — глубоко под землей.
Удивительно, но команда самоподъемной баржи IB-909 (в состав которой входил друг Ди Джея Рон Козловски) завершила установку этих пятидесяти пяти стояков раньше срока и в рамках бюджета. Но Макдональд понимал: это достижение не будет иметь значения, если координаты туннеля или стояков окажутся смещены. А в бескрайнем океане у горизонтального туннеля было очень мало права на ошибку для того, чтобы совершить подводное рандеву со всеми этими вертикальными стояками.
Момент истины наступил в последние дни 1995 года. К тому времени ТПК прошел и обшил бетонными кольцами более восьми миль туннеля глубокого заложения. Через три дня после Рождества 41 главный геодезист Kiewit в туннеле по имени Билл Карриер спустился в шахту. Карриер отвечал за то, чтобы ТПК двигался в абсолютно правильном направлении — как по горизонтали, так и по вертикали. На работе, полной жестких вызовов, его задача была одной из самых суровых. Так глубоко под землей GPS была бесполезна. А при единственном входе в туннель у него не было промежуточных точек, по которым можно было бы сверить расчеты. Его главным инструментом был установленный на треноге гирокомпас, ищущий север. Он извлекал его примерно каждые пятьсот футов, используя свои замеры и прежние расчеты для корректировки лазерной системы наведения ТПК. И все это ради того, чтобы удерживать пожирателя земли на верном курсе. Тем не менее у него не было возможности наверняка узнать, верны ли его расчеты, пока проходчики не начнут бурить контрольные шпуры из стены туннеля в надежде состыковаться со стояком.
Карриер был сорокачетырехлетним геодезистом со стажем, следовавшим излюбленному правилу плотников и портных: семь раз отмерь, один раз отрежь. Учитывая ставки, он возвел свою осторожность в абсолют, делая замеры ближе к пяти раз прежде, чем вносить любые коррективы в курс буровой машины.
Туннель был спроектирован так, чтобы переносить очищенные сточные воды почти на 10 миль в Массачусетский залив. Стоки должны были пройти по туннелю, подняться по 55 стоякам и выйти через диффузорные головки на морском дне.
Завод по очистке сточных вод на Дир-Айленде
Больше фотографий и иллюстраций смотрите на сайте www.neilswidey.com
Наконец израненный ТПК доковылял до отметки 8,15 мили. Если расчеты Карриера были верны, стояк № 55 — тот, что ближе всего к Дир-Айленду, — находился примерно в двадцати футах строго к северу от туннеля. Если же цифры лгали, проект ждали новые изнуряющие задержки. Еще хуже было бы, если бы геодезия ошиблась настолько, что стояк оказался не к северу от туннеля, а строго на востоке, и потому его вот-вот должен был пропахать ТПК.
Прежде чем экипажи самоподъемной баржи установили пятьдесят пять стояков, они заполнили каждый восемью тысячами галлонов морской воды, окрашенной флуоресцентным зеленым пигментом. Так что когда проходчики в туннеле пробурили бы скважину для соединения с каждым стеклопластиковым стояком, они бы сразу поняли, попали ли в нужную точку. Если да — они бы увидели ярко-зеленую жидкость, бьющую им навстречу.
Карриер в последний раз перепроверил свои замеры, схватил толстый перманентный маркер и направился к стене туннеля. Он нарисовал большой крест. Именно здесь, объявил он проходчикам, им следовало начать бурение коренной породы. После этого Карриер в своем желтом дождевике отступил назад, раскрыл один из принесенных с собой романов Тома Клэнси и принялся читать. Он знал, что рабочим потребуется много кропотливого труда, чтобы довести разведочное бурение до самого стояка, наращивая буровые штанги по мере продвижения. Поскольку они бурили шпур в коренной породе, до тех пор, пока они не доберутся до тех восьми тысяч галлонов зеленой воды, что плескались в стояке, они не увидели бы ничего, кроме умеренного просачивания влаги. Процесс предстоял нудный.
Позже тем же днем, когда сменные проходчики прибыли на смену первой бригаде, Карриер продолжал читать. «Чувак, у тебя стальные нервы», — сказал ему один из рабочих. Бессмысленно было признаваться, как сильно он тревожился. В конце концов, в толще земли их мишень имела ширину всего тридцать дюймов — диаметр стояка. Позже тем ночным часом, когда появилась ночная смена, Карриер все так же не отрывал носа от книги. Но по мере того как брезжило 29 декабря, сосредоточиться становилось все труднее. Отчасти это объяснялось пониманием того, что момент истины приближается. Отчасти же дело было в том, кто стоял всего в нескольких футах от него. В ночную смену входил никто иной, как Безумец Малкасян — пожалуй, самый громкий персонаж в туннеле, и без того кишевшем ими.
К трем часам ночи Карриер отложил роман Клэнси и приготовился наблюдать. Наконец проходчики пробурили скважину нужной длины — девятнадцать футов шесть дюймов — в абсолютно верном направлении. Для Карриера секунды стали казаться часами. Затем Безумец закричал. В тот же миг хлынул поток воды, зеленый как гаторейд, окатив и расплескавшись вокруг Безумца и Карриера. «Ничего себе!» — завопил Безумец и вытащил камеру, чтобы запечатлеть момент.
Их работа была еще далека от завершения. Но со всеми теми неудачами, что выпали на долю туннеля до сих пор, было приятно искупаться в зеленом сиянии победы хотя бы на одном этапе, прошедшем вопреки всему безупречно.
На протяжении большей части двадцатого века риски профессии туннельщика можно было выразить правилом большим пальцем, которое мог процитировать любой инженер-строитель и проходчик: «один человек за милю». Прокладываешь десятимильный туннель — готовься потерять десять человек. Хотя Макдональд пришел на свой пост без опыта тоннелестроения, его подчиненным потребовалось совсем немного времени, чтобы поделиться с ним этой фаталистической мудростью.