Санитар (СИ), стр. 11
Травин особо не целился. Он не стал вымерять, где у нападавшего находятся ноги, просто прикинул среднего человека, расстояние от головы до бедра, и всадил пулю в белый балахон. Второе привидение полетело вниз и распласталось на снегу. На белом балахоне чуть ниже головы расплывалось кровавое пятно.
Со стороны ипподрома неслась стрельба, на улице появились трое новых действующих лиц, в отличие от двух призраков, эти были одеты в нормальную одежду — шапки, кожанки и галифе. В руках они тоже держали оружие, у двоих были пистолеты, а третьего винтовка, стволы тут же нацелились на Травина.
— Бросай оружие.
Сергей упал на одно колено, прицелился.
— Кто такие?
— Уголовный розыск, — незнакомцы рассредоточились, окружая молодого человека, — а ну брось пукалку, говорят.
— Сначала на вопрос ответь, — Травин чуть опустил ствол, — как зовут вашего агента, который с докторами приехал и убежал?
Назвавшие себя сотрудниками угро переглянулись.
— Свистунов, — поколебавшись, сказал один из них, с круглым, изрытым оспой лицом, — постой, ты что ли здоровяк, который на скорой шофёром?
— Я.
— Фамилия как?
— Травин.
— Вроде он, Гриша называл. Фима, посмотри, чего там с прыгунцами. А ты, товарищ Травин, пистолет опусти, а то мало ли пальнёт. Где взял?
— Вон у него, — Сергей кивнул на первого «прыгунца». — Что за чудо такое?
По переулку бежала Незванова, за ней еле поспевал Агамалов с докторским саквояжем.
— Преступники, — Фима, молодой парень с винтовкой, низенький, коренастый, с широкими плечами, ощупал одного беглеца и принялся за второго, — вроде мёртв.
Он откинул длинную белую ткань, к ногам беглеца были приделаны ходули с пружинами на опорах.
— Так это ты в него попал? — поинтересовался Травин.
— Ага, — Фима гордо подбоченился, — снял со второго выстрела. Здорово, да?
— Молодец, — рябой ногой перевернул тело, — а в бок тоже ты стрельнул?
— Это я, — сказал Травин, — подумал, может, вы его допросить захотите. А товарищ ваш по-другому рассудил.
— Много ты понимаешь, — низенький крепче сжал винтовку, — шляпа гражданская, будем мы ещё перед всякой сволочью расшаркиваться.
— А товарищ водитель прав, — Егор усмехнулся, — порасспросить иногда не мешает, ты, Фимка, торопишься, подумать иногда следует, прежде чем палить. Я же сказал, снять осторожно.
— Да вы что! — Фима в сердцах плюнул, — этот гад гад Гришу подстрелил.
— Какого Гришу, Григория Михайловича? — Люда, запыхавшаяся и раскрасневшаяся, только что добежала и услышала последние слова, — что с ним, он жив?
— Его самого, вижу, уже успели познакомиться. Мы тут посторожим, а вы погодите чуток, и как только команда будет, нужно раненых доставить.
— Удостоверение покажи сперва, — Травин пистолет так и не бросил.
Рябой вытащил из внутреннего кармана книжечку, протянул Сергею так, чтобы тот смог разглядеть.
— Убедился?
Прибежавшие вполне могли быть сообщниками привидений, однако сразу стрелять не стали, и вели себя уверенно, поэтому Травин кивнул.
— Сейчас машину сюда пригоню. Карапет Иванович, этого я по голове треснул.
Но Агамалов и без подсказки уже опустился возле второго бандита, пощупал пульс, покачал головой, переместился к первому, поднял веко, посветил фонарём в глаз.
— Жить будет.
В санитарный автомобиль загрузили бессознательное тело преступника, на пассажирское кресло уселся Фима в обнимку с винтовкой, и уверенно показывал дорогу. Обогнули сквер с северной стороны, и оказались на главной аллее, ведущей к трибунам. Здесь стоял милицейский грузовик, люди в форме грузили в него задержанных, поодаль валялись два трупа, накрытых простынями, один человек в меховой шубе сидел на подстеленной шинели, зажимая бок, Агамалов занялся сперва им, второй раненый держал тряпку у головы, пуля прошла вскользь, содрав кожу возле уха. Свистунов стоял, опираясь на капот открытого автомобиля, у него было прострелено плечо. Фельдшерица Люда, увидев, что её новое увлечение ранили, тут же заставила Гришу залезть в санитарный фургон, и там обрабатывала рану, Травин достал папиросы, закурил.
— На ходулях бегали? — спросил он у Фимы.
— Ага, сволочи, приделывают к ним пружины, и рожи фосфором мажут, чтобы напугать, — охотно ответил тот. — У нас такое недавно, а в Ленинграде ихнюю банду разогнали ещё в 20-м, и там бандиты посмекалистее были, зря людей не убивали, раздевали только, а эти словно звери, мало того, что обкрадут, так ещё и жизни лишат. С осени за ними гоняемся. Ну что, всех погрузили? Смотри, довези в целости и сохранности, а то…
— Что то? — Травин усмехнулся.
Фима, видимо, хотел добавить что-нибудь для солидности, но только глазами сверкнул и нахмурился грозно.
— Побережнее, пожалуйста, — поправил его подошедший мужчина в очках, — у нас кадры наперечёт, не хотелось бы ребят потерять. Сейчас ещё двоих принесут, со стороны кладбища, разместимся, товарищ доктор?
— Троих возьмём, — отозвался Агамалов, — я с ними поеду, а фельдшера нашего к водителю посадим. Носилки в два яруса, и одного на диван.
Со стороны Ваганькова бежали люди, они несли на растянутой одежде двух раненых, одного — с физиономией, перепачканной светящейся краской. Судя по всему, ранения были серьёзные, потому что Карапет Иванович скомандовал побыстрее их грузить. Оперативник с царапиной на голове ехать в больницу категорически отказался, в санитарный отсек загрузили двух новоприбывших, и агента в меховой шубе, рядом с Травиным уселся Гриша, а у двери кое-как пристроилась Людочка, млея от счастья и в то же время очень волнуясь. Сергей развернулся, и погнал в Шереметьевскую больницу, распугивая запоздалых прохожих и извозчиков резкими гудками и разгоняя светом фар начавшуюся метель. Свистунов держался молодцом, хотя глаза сами закрывались, а голова то и дело норовила упасть на бок, он, чтобы не провалиться в забытье, пытался говорить, травил байки из солдатской жизни, и ненавязчиво задавал вопросы водителю. Молодой человек и сам умел допрашивать, поэтому на уловку не поддался. Если говорить правду, но не всю, на лжи поймать человека почти невозможно. Между тем Гриша сильно побледнел, речь стала несвязной, Травин подумал, что для лёгкого ранения в плечо состояние слишком серьёзное. Незванова тоже это заметила.
— Серёжа, что с ним, — она осторожно потрясла Свистунова за плечо, — Георгий Михайлович, ответьте.
Гриша не отвечал, голова его свесилась на грудь и болталась вместе с кабиной. Люда побледнела, хотела было заорать, чтобы Сергей прибавил ходу, но тот и так ускорился, как только мог, к входу в приёмный покой он подлетел, затормозив юзом, но аккуратно, машину развернуло задней дверью к лестнице.
Их уже ждали, старший дежурный врач Сергей Моисеевич Кабачник стоял, готовясь распределить раненых по палатам и операционным. Сергей выволок Свистунова из машины, подтащил к доктору, галифе у агента набухло от крови, от сапога тянулся кровавый след.
— Ранение в плечо, но вроде и ноге досталось.
Кабачник прощупал пульс, оттянул веко, кивнул медсестре
— В третью операционную, как можно быстрее, и кровь туда. Сообщите Юдину, что нужно срочное переливание. Люда, ты чего?
Незванова вцепилась в каталку, заявила, что сама отвезёт Свистунова на операцию, а когда её попытались оттащить, закатила истерику.
— Что это с ней? — поинтересовался доктор, переходя к другим пациентам, которых вытаскивали санитары.
— Любовь, — вздохнул Сергей, заглушил двигатель, и отправился перекусить.
Глава 5
Глава 05.
17 января 1926 года, воскресенье
Совещание у Емельянова, начальника Московского губернского управления уголовного розыска, началось в половине восьмого утра. Несмотря на выходной, большой кабинет в здании на Гнездниковском переулке был заполнен народом и табачным дымом, у собравшихся здесь царило приподнятое настроение. Минувшей ночью разгромили банду «прыгунцов», промышлявших разбоем в районе ипподрома. Члены банды мазали себе лица светящейся смесью, надевали белые балахоны, сшитые из простыней, приделывали к ходулям пружины, и в таком виде нападали на посетителей ресторанов и варьете, которые забредали в безлюдные места. Жертва, увидев страшное чудовище ростом под два с половиной метра, впадала в ступор, её грабили и часто убивали, с октября прошлого года в районе Ваганькова кладбища нашли больше трёх десятков раздетых догола трупов мужчин и женщин. Прыгунцы выходили на охоту не каждый день, почти две недели агенты уголовного розыска, переодевшись в подвыпивших нэпманов, гуляли в темноте, приманивая бандитов «на живца», и только вчера рыбка клюнула. Бандиты просто так не сдались, отстреливались ожесточённо, двух членов банды убили на месте, ещё четверых задержали, по наводке взяли двух членов банды, которые отлёживались, пока другие грабили и убивали, уголовный розыск временно потерял трёх агентов с серьёзными ранениями, доставленных в больницу, и одного с лёгкой контузией, который к утру ещё не до конца оклемался.