Пустой. Пенталогия (СИ), стр. 83

– Я скоро покину это место, – ответил он. – И вы еще поплачете без меня.

– Эир!

А вот и дядя вмешался. Старейшина незаметно вышел на крыльцо и теперь молча наблюдал за происходящим. Внешне он казался абсолютно невозмутимым, но его взгляд нервно бегал по собравшимся людям.

– Довольно, – произнес Тарим негромко, но достаточно убедительно для племянника. – Время не подходящее.

Тот лишь скрипнул зубами и сделал шаг назад.

– Тарим! – не выдержал кузнец. – У нас деревня живёт только для тебя и твоего племянника?

– Глупости какие‑то, – начал было оправдываться старейшина.

– Я начинаю сомневаться, что тебе стоит быть главным, – перебил его Ксур. – Все видят как ты воспитал Эира. Никакого уважения. Интересно у кого это он научился?

Тарим пробормотал что‑то неразборчивое, нервно сжимая руки. Я смотрел на него, пытаясь выровнять дыхание. Старейшина только что собственными руками усугубил свое положение, и ради этого результата стоило потерпеть побои.

Перед тем как развернуться, Эир подошел ко мне вплотную. В нос ударил запах мяса, смешанный с чем‑то приторным.

– Когда в следующий раз попадёшься мне без твоих защитников, – произнёс он тихо, только для меня, – я тебя убью. Сыну воров не место в моей деревне.

Как только он отошел, я с трудом выпрямился. Ребра невыносимо болели, а в левом плече пульсировала тупая боль. Айна молча пошла за ним следом, делая вид, что ничего не произошло. Тарим провожал Эира взглядом, и на его лице читалась скорее тревога, чем недовольство. Полученная сила явно вскружила племяннику голову.

Я медленно побрел через площадь. Люди смотрели на меня и тут же отводили взгляды. Из пяти ударов я принял три, хотя мог бы уклониться от каждого. Приходится терпеть и ждать подходящего момента, который пока еще не настал.

Охотники провожали меня одобрительными кивками. Пусть они и не заступились за меня в открытую, но явно оценили мою стойкость.

Моя группа обнаружилась возле дома кузнеца, прячась от солнца в небольшой тени. Харек отдыхал на бревне с вытянутыми ногами. Его перебинтованная правая нога выглядела уже значительно лучше, чем пару недель назад. Савр стоял рядом, скрестив руки на груди. Раны на его спине успели поджить под свободной рубашкой. Дейр устроился на земле и занимался заточкой копья.

– Выглядишь почти живым, – прищурился Харек. – Пора бы уже возвращаться к работе. Ждем только тебя, как обычно.

Остальные тихо засмеялись.

– Видели, что там было? – спросил я.

– Видели, – Харек раздраженно сплюнул. – И так каждый раз. Выходит и начинает красоваться перед толпой, заводит длинные речи. Будто мы его стадо. Бесит так, что зубы сводит. Когда этот он уже свалит в город? Толку от него как от шалха, а гонора как у Нурра.

Я опустился рядом с ними.

– У него все‑таки десятая ступень, – спокойно заметил Савр. – Ему никто поперек слова не скажет. Тарим вообще закрывает глаза на все выходки племянника. Вчера пришёл к нашему костру, встал и сказал, что охотники зажрались. Что едим слишком много. И это про нас… тех кто его самого кормим.

– Да плевать мне на его силу, – почесал затылок Харек. – Ступень без охоты ничего не стоит. Он ни разу не ходил с группой за последний месяц. Ни разу. Зато каждый день языком работает.

– Через пару дней сможем выдвигаться, – сказал Савр. – Мы с Дейром почти оправились, да и Харек уже может ходить.

– Дойду как‑нибудь, – буркнул Харек. – Главное держаться от этого идиота подальше.

– Насчет Нурра, – осторожно начал Дейр, оторвавшись от работы. – Ходят слухи, будто мы всю эту историю выдумали, чтобы подольше поваляться без дела.

Повисло молчание. Харек медленно повернулся к нему.

– И кто же это распускает? – его голос резко изменился. – Руки бы ему поотрывать.

– Эир, – негромко ответил Дейр.

Харек с силой сжал кулак, затем тяжело выдохнул и опустил глаза.

– Да и пусть говорит!

Это был Рун. Мы дружно обернулись. Он неспешно шагал от ворот, поддерживая левую руку на перевязи. Лицо выглядело уставшим, под глазами залегли темные круги. Однако его тяжелый взгляд оставался таким же пронзительным, заставляя невольно подобраться.

– Мы продолжим обеспечивать деревню едой, – заявил он, остановившись и разглядывая нас. – Но рисковать больше не будем. Всем понятно?

Мы молча кивнули. Рун обратил внимание на мои побои.

– Опять Эир? – спросил он.

– Пустяки, – ответил я.

Рун только хмыкнул.

– Вот и хорошо, – выдохнул командир. – Старайся не реагировать, у тебя это отлично получается. От лишних конфликтов с Эиром деревне сейчас пользы не будет.

– Есть еще одна проблема, – подал голос Савр. – Мужики обнаружили новые следы на камнях. Такие же, как мы видели в тот раз. Причем гораздо ближе к песочнице.

Я невольно напрягся. Значит, Нурр подобрался ближе.

– Он расширяет свою зону, – пояснил Савр. – Скоро совсем близко подойдет. Как мы тогда вообще сможем работать?

Рун задумчиво потер заросший щетиной подбородок.

– Будем держаться подальше от помеченных участков, – решил он. – Просто обходим их стороной. Еды нам пока хватает, а с Нурром разберемся чуть позже.

Все кивнули.

Группа не развалилась. Побитая, порезанная, но не сломанная. А мне придется искать новое место для охоты, ведь ядер нужно все больше. Правда, сейчас это стало проблемой, так как Нурр постепенно забирает себе территорию. Понятия не имею, откуда вообще взялась эта тварь, но решать вопрос с ней надо как можно скорее.

Я прошел через ворота во второй половине дня. Стражник лишь привычно кивнул. Для него это рутина: охотники уходят и возвращаются, и пока ты приносишь добычу, никто лишних вопросов задавать не станет.

Копье закинул на плечо, лук повесил за спину, а на поясе закрепил нож. Я взял левее, направляясь к той части вторых руин, куда обычно не заглядывают группы, в общем, мое привычное место. Шел довольно долго, пока не добрался до нужной точки.

Это была открытая площадка между двумя каменными завалами, хорошо скрытая со всех сторон, так что снаружи ничего не заметить и не услышать. Оставил оружие у стены и скинул куртку.

Внимательно осмотрелся по сторонам. Никаких подозрительных следов или борозд на земле не было, только ветер гулял между камнями. На всякий случай проверил каждую щель сначала глазами, а потом и древком копья. Все оказалось чисто.

Присел на корточки возле ровной и гладкой каменной плиты. Провел по ней рукой, чувствуя под ладонью шероховатую теплую поверхность.

Настало время проверить, на что способны мои техники. Эир, конечно, кое‑что мне показал, но этого явно недостаточно, тем более что за последнее время я успел немного восстановить силы.

Для проверки защиты нашел нужный отклик чуть правее центра источника и мысленно надавил. В правом предплечье сразу появилось чувство распирания. Постарался удержать это состояние.

Открыв глаза, я поднял правую руку и с силой провел предплечьем прямо по острому краю камня. В обычной ситуации на коже осталась бы глубокая ссадина, содранная чуть ли не до мяса.

Но сейчас не произошло вообще ничего. Рука просто скользнула по шершавому камню, словно по полированному дереву, не оставив ни единой царапины или покраснения. Ощущалось лишь странное давление и присутствие невидимого барьера между телом и окружающей средой.

Затем техника распалась. Чувство давления ушло, рука стала прежней. К горлу подкатил приступ тошноты, с которым мне удалось справиться. Запас в источнике ощутимо просел, хоть и не до конца. Это была первая активация.

Я переждал около двадцати пульсаций, пока источник немного не пришел в норму, а дыхание не выровнялось.

Пришло время проверить нож. Достав его из‑за пояса, я взял рукоять левой рукой и снова активировал технику. Надавил лезвием на кожу. Металл прошел по руке так, будто скользил по мокрой поверхности. Я приложил больше усилий, и лезвие все же поддалось, оставив неглубокий порез, из которого выступила капля крови. Если бы не защита, этот удар прошел бы до самой кости.