Пустой. Пенталогия (СИ), стр. 153

Кто?

Кайр на ум пришёл первым. У него есть ключ, значит до того как мы встретились во дворе? Но Кайр мог сделать это в первый день, в первую неделю, месяц назад, в любой момент. Не сходилось…

Сарн? Самый очевидный враг. Только если бы это был он, то почему трактат, а ни жетон или ядра? Если так подумать, то книга самая бесполезная в моём мешке – она лишь часть всего остального. В ней толком ничего нет, кроме умных слов про возвышение.

Свои? Это было хуже всего. Не хотелось, но я заставил себя думать.

Тавр – прямой, грубый, ругается во сне. Не похож. И всё‑таки «не похож» – это ещё не «не он». Дин в проходе тоже хромал так убедительно, что я почти поверил.

Варис – умный, тихий, понимает цену книг. Из всех именно он первым понял бы, что в трактате может лежать нужное. И Варис умеет вязать узлы. Он?

Остался последний из нашей группы. Одр.

Тут моя мысль уперлась, как копьё в плиту. Одр видел что‑то в первый вечер. Он наблюдал, как я сделал созерцание не так, как Эстер. Если кто‑то из четверых способен сообразить, что трактат может что‑то значить для меня… то это именно он.

Я повернул голову. В сером свете от окна виден был его силуэт у стены. Он лежал на спине, руки за головой, глаза закрыты. Слишком ровный. Слишком готовый.

Перестал на него смотреть, чтобы он не почувствовал. Главное было не в том, что украли. Главное было в том, что я не понимал, зачем. К чему это приведёт дальше? Видели ли всё, что было в мешке? Да! Книга была на самом дне.

Зерно сбилось ещё раз. Я лёг на бок, лицом к стене, и принялся гонять созерцание. Не для роста, а просто чтобы не думать.

Получилось плохо.

Утром Тавр проснулся первым и сразу выругался.

– Если сегодня Карн опять поставит меня против Нарты, я её укушу. Как же меня достала эта девка…

Обычно я бы отозвался, а сейчас смотрел, как он шарит под койкой в поисках сапога, и считал, насколько громко он этим занимается. Слишком громко. Слишком пыхтит. Слишком Тавр. Слишком?

Сел и стал шнуровать свои сапоки. Узел сам, петля вправо. Варис потянулся, поморщился и сел.

– Хорошо отдохнули, – сказал он в потолок. – Почти как в могиле. Всяко лучше, чем занятия. А то я уже устал в лечебную комнату попадать.

Я посмотрел на его руки. Тонкие пальцы. Без мозолей от копья и без шрамов от ножа. Зато с тёмными пятнами под ногтями, он каждый вечер царапал что‑то на коре.

Парень поднял на меня глаза.

– У тебя лицо такое, будто ты сегодня кого‑то решил ударить первым.

– Не выспался, – поморщился в ответ.

– Это видно…

Он отвернулся и потянулся за рубахой. Я перевёл взгляд дальше. Одр сидел у стены уже одетый. Этого хватило, чтобы внутри щёлкнуло во второй раз. Мы решили, что сегодня без тренировок с утра. Никто не сидит одетый в комнате Листьев на рассвете. Все спят до колокола, потом ругаются, потом ищут сапог и моют лицо в кадке.

Посмотрел он на меня и улыбнулся:

– Доброе.

– Доброе, – кивнул я в ответ.

Тавр обернулся:

– Эй. Вы оба чего такие?

– Никакие, – ответил я.

– Рейланд много думает, – отозвался Одр.

– Ладно, – хмыкнул Тавр и пошёл к двери. – Тогда я первый к кадке. С вами стоять не буду, заразите ещё чем‑то своим… странным.

Варис коротко усмехнулся и пошёл за ним. Одр поднялся последним и пошёл туда же, не оборачиваясь.

Я стоял у своего мешка, и ждал пока они вернутся. Когда ребята пришли мокрые и весёлые, направился сам. Пока двигался, разглядывал всех учеников и больше всего внимания уделил Сарну и Гирту. Вели они себя как обычно.

Дверь распахнулась раньше колокола.

Кайр шагнул через порог, и в проёме за его плечом маячил тот старший с серой накидкой и золотой полосой, имени которого я не запомнил.

– Все встали? – произнёс Кайр. – Сегодня уроков не будет.

Сарн поднял голову и открыл рот от удивления.

– Как это… – пробубнил Гирт. – Школа решила забрать наши ядра и ничего не делать?

– Тихо ты, – оборвал его Сарн.

– Первый круг, – продолжил Кайр. – Все. Парни и девушки. В зал созерцания к Эстеру.

У меня под рёбрами стянуло коротко и горячо. Что‑то происходит… Неужели это из‑за меня и того, что нашли у меня в мешке? Соберут всех и что? Что дальше?

– Рейланд? – позвал меня Варис. – Всё хорошо?

Я лишь кивнул и взял себя в руки, попытался во всяком случаем.

– Зачем? – спросил кто‑то от окна.

Кайр перевёл туда взгляд.

– Узнаете на месте. На выход!

Все начали двигаться к двери, пока я стоял и ждал. Хочу убедиться, что мой мешок не останется ни с кем из учеников. Варис с Тавром ждали меня, но я кивнул, чтобы они шли.

Остался один.

– Рейланд! – позвал меня Кайр. – А ты чего? Испугался?

Перевёл на него взгляд и пытался прочитать в его глазах хоть что‑то. Это он? Но там ничего не было.

В коридоре нас встретили девушки.

Они вышли из своего корпуса минутой раньше нас, и сейчас стояли в построении у двери в общий проход, ожидая, пока их выведут. Накидки на них лежали так же ровно, как и у нас. Жетоны с двумя чашами на одной оси. Лиара стояла впереди. Тёмная коса лежала через плечо вперёд. Она всегда перебрасывала её на грудь, прежде чем встать на построение.

Когда мы поравнялись, она повернула голову.

– Рейланд.

Я кивнул.

– Больше тебе не повезёт, – сказала она тихо, чтобы услышал только я, – я не дам тебе зайти за спину.

Замечание противника, который изучил твою линию работы и решил её закрыть.

– В следующий раз, – ответил я так же тихо, – я не буду ждать, пока ты начнёшь действовать.

Она коротко кивнула. Нарта рядом сделала вид, что не смотрит на Тавра. Тавр сделал вид, что не смотрит на неё. Это длилось одну пульсацию, после чего Нарта подняла голову и хмыкнула:

– Челюсть держится?

Тавр выпрямился так быстро, будто рядом с ним встал Гарст.

– Держится.

– Жаль. Я хотела ещё раз.

– Колдунья, – пробормотал Тавр себе под нос.

Она услышала. По тому, как у неё дрогнул угол рта, стало ясно. Но не обернулась, отвернулась чуть дальше, чтобы Тавр это видел и злился.

Бренна прошла мимо Вариса и на ходу бросила:

– В следующий раз я не полезу весом.

Парень проводил её плечо взглядом и сказал в воздух:

– Умная женщина… страшнее сильной.

– Она и сильная, – напомнил я.

– Тем хуже.

Эсса шла последней. Когда она проходила мимо Одра, тот на неё даже не повернулся. Эсса тоже не сказала ему ни слова, только проводила взглядом его шаги.

Я уже знал, если он делает вид, что не заметил, это ничего не значит. Внутри у меня впервые с вечера потеплело. Этих девушек месяц назад мы клали лицом в землю, или они клали нас. И вот мы здесь, в одном коридоре, идущие в один зал, и каждая из них считает нас за противника, которого нужно учитывать. Это не дружба, это лучше. Признание.

У дверей в один из корпусов остановился Сарн. Гирт стоял рядом, но не впереди, как обычно.

– Рейланд, – произнёс Сарн.

Тавр у моего плеча напрягся, Варис чуть подался вперёд, а Одр повернул голову.

Я остановился. Меня и по имени? Да что за день такой…

– Что?

Сарн посмотрел на меня без злости и насмешки. От этого стало хуже, чем от любого его обычного оскала.

– Между нами больше ничего нет, – бросил он.

Я молчал.

– Ты доказал, что не просто купил себе место, – добавил он. – Признаю.

Кивнул мне, развернулся и пошёл. Гирт двинулся за ним.Тавр уставился на их спины

– Это сейчас что было?

– Плохой знак, – ответил Варис.

– Интереснее, чем раньше, – добавил Одр.

Я смотрел Сарну в спину и не верил ни одному его слову. Когда человек вроде него перестаёт бить в лицо, это не значит, что он простил. Просто он нашёл другой способ меня достать.

Значит ли, что это он в мешок лазил?.. Не знаю. Как же меня уже достало постоянно гадать.