Пустой. Пенталогия (СИ), стр. 116

Злости и удивления не было, лишь удовольствие, то особое, которое берегут для моментов, когда всё вышло именно так, как должно было.

– Я же говорила, – улыбнулась она. – Они всегда возвращаются. Слабенькие и беспомощные мальчишки.

Я продолжал идти к площади. Мешочек со ста ядрами в левой руке, копьё в правой. Из‑под синего навеса вышел первый мужчина в синем. Потом второй. Встали рядом с ней.

– Все, – добавила Сейна. Голос стал ленивым. – Сильные охотники из руин. Лучшие из своих деревень. Упали у ворот первый раз. Отказались и вот снова здесь. А сколько гонору было? Где это упрямство, что меня так заинтересовало?

Ничего не ответил. Мужик рядом с ней начал улыбаться.

– Что Нижний Клин тебя не впечатлил? – подмигнула она мне. – Не то что ты ждал от города в своих проклятых развалинах?

Я встал перед ними и смотрел на Сейну.

– На колени, – сказала она и указала рукой. Голова вздёрнута, ноздри раздуваются. Грудь ходит ходуном. Ей это нравится. Очень… – Проси, умоляй. Хочу услышать, какой ты глупый шмыг, что отказался от нашей школы и как ты раскаиваешься.

Я не сводил с неё взгляда, потом медленно опустил правое плечо так, когда что‑то давит сверху. Копьё качнулось. Левое колено начало сгибаться.

Сейна смотрела.

Колено опустилось почти до камня. Я развернулся, сначала плечо, потом корпус и ноги. Рванул. Три шага в сторону, четыре, пять. За спиной секунда тишины, пока они понимали, что именно случилось.

– Ты! – голос Сейны. – Убью!

Я мчался и считал расстояние. Шаги за спиной лёгкие и быстрые. Она бежала, и в её беге была та сила, которую я чувствовал ещё тогда, когда она взяла меня за шею.

Не успею оглянуться. Нужный мне навес всё ближе. Человек за столом Равновесия поднял голову. Увидел меня, потом посмотрел за мою спину.

Я остановился у края и бросил мешочек на стол.

– Сто серых ядер! – крикнул я. – Возьмите меня в школу!

Человек смотрел на мешочек, рот у него уже открылся. И тут, что‑то вошло мне в спину, прямо между лопаток. Сначала давление, потом жар, расходящийся кольцом от точки. Боль.

Вдохнуть не получилось.

Губы у правого уха тихо прошептали:

– Я же сказала, что убью тебя…

Навес передо мной покосился, пока я старался держать взгляд на человеке за столом.

Глава 5

Сплошной мрак. Где‑то очень глубоко внутри, прямо в области зерна, полыхал жар. Он расходился не сплошной волной, а какими‑то рывками, напоминая угли, на которые вдруг плеснули водой. А между этими спазмами наступала такая пустота, что я вообще сомневался, почувствую ли что‑то в следующую секунду.

Со спиной творилось непонятное. Между лопатками поселилась острая, проникающая боль, и стоило только сделать вдох, как это жжение сползало по ребрам. А потом тянулось еще ниже, до самого живота.

Рядом звучали чьи‑то голоса. Я чувствовал спиной жесткую поверхность, сверху наваливалась какая‑то ткань. Дышал я тяжело, срываясь на неприятный свист каждый раз, когда выдыхал.

Зубы начали выбивать дробь, и я изо всех сил стиснул челюсти, чтобы хоть как‑то это унять. По телу пробежал сильный озноб. В голове была полная каша: то бросало в пот, то колотило от холода. Надо было заставить себя открыть глаза. Прямо сейчас. Я попытался собраться с мыслями.

Мое зерно вело себя нестабильно. Энергия неба давила отовсюду, а оно просто не справлялось с потоком. Но я выжил. Пожалуй, это была единственная четкая мысль на тот момент.

Я кое‑как разлепил веки. Все вокруг казалось размытым, в ровных серых тонах. Сверху виднелась бледная синева тканевого навеса. Оказалось, что я сижу, привалившись спиной к деревянному столбу, и там, где дерево терлось о рану, неприятно ныло. Мои руки безвольно покоились на коленях. Я решил проверить правую и попытался собрать пальцы в кулак, но они послушались далеко не сразу.

Неподалеку на корточках пристроился какой‑то паренек. На вид ему было около восемнадцати, довольно худощавый и жилистый. Короткие волосы пепельного оттенка, одна прядь выбилась. Лицо с прямым носом и абсолютно невозмутимым взглядом серых глаз.

Кто это вообще? Заодно с Сейной? Я незаметно оценил свое положение. Руки не связаны, ноги тоже свободны. Никто меня не держал. Выходит, я либо перестал представлять интерес, либо убивать меня сию минуту точно не планируют.

Я присмотрелся к незнакомцу, пытаясь понять, стоит ли ждать от него беды. Поверх простой светлой рубахи он носил серую накидку с какой‑то нашивкой на левом плече. Пришлось слегка прищуриться. Там были изображены две чаши на общей оси: одна смотрела вверх, вторая вниз. А в руках он крутил небольшую пиалу из глины. Внутри было пусто, только на самом дне виднелся темный след.

Появилась мысль подняться на ноги. Я оперся ладонями о холодный камень пола, но нижняя часть тела вообще меня проигнорировала, так что я лишь нелепо завалился вперед. Парень тут же протянул руку. Не грубо, а просто, чтобы помочь удержать равновесие. Я ощутил его поддержку под своим локтем.

– Сиди спокойно, – произнес он без особых эмоций. – Попробуешь вскочить, и тебя опять наизнанку вывернет. Ты и без того чудом выжил.

Пришлось снова опереться на столб.

Как ни странно, думал я сейчас вовсе не о своих ранах. Я быстро осмотрелся. Мое копье стояло слева от столба. Мешок валялся по правую руку. Судя по узлу и нетронутому краю, его явно никто не вскрывал.

Я рефлекторно потянулся к своим вещам. Мой сосед обратил на это внимание, но мешать не стал.

– Да на месте твое барахло, – хмыкнул он. – Никому оно не сдалось. Лучше бы подумал о том, что ради твоего спасения перевели ценную пилюлю. Иначе бы точно загнулся.

Я отдернул руку. Не из‑за того, что проникся к нему доверием, просто на проверку банально не хватало энергии. Внутри все еще бушевало зерно, и разобраться с ним было куда важнее вещей.

В ушах стоял гул. Я пытался хоть как‑то переварить услышанное. Значит, я был на волосок от смерти? Выходит, Сейна действительно пыталась меня убить? Челюсть все еще подрагивала, то ли из‑за внутреннего озноба, то ли от скрытого жара. Кто‑то решил меня вытащить с того света? Зачем им это понадобилось? Ладно, сейчас это не главное.

– Чем меня напоили? – выдавил я. Голос звучал хрипло и еле слышно.

– Пилюля… не могу знать, какая она, – парень указал взглядом на пустую плошку. – Она берёт на себя часть удара и стабилизирует зерно, ещё и лечит. Это из его личных запасов. Повезло же тебе дураку…

И правда, внутри начало понемногу отпускать. Ритм выравнивался с каждым ударом сердца. Это было совсем не похоже на тот случай у ворот, где мне пришлось самому искать баланс. Сейчас процесс шел сам по себе, словно невидимая сила бережно успокаивала мое зерно, помогая ему принимать окружающую энергию.

И только в этот момент до меня донеслись другие звуки. Говорила женщина. Тот самый уверенный и тяжелый тон, с которым я уже столкнулся сегодня утром.

– Он напал на нас, прибегнул к обману и сорвал отбор, – чеканила Сейна. – Инцидент случился на нашей территории. Настаиваю, чтобы вы вернули его нам.

– О каком нападении речь? – ответил ей мужской голос. Он звучал так тихо, что мне приходилось вслушиваться. – Человек явился со взносом. Выразил желание вступить в нашу школу. И мы этот взнос приняли.

– Но ведь перед этим он устроил беспорядки.

– Беспорядки начали не мы.

Повисла тишина.

– Ты ударила чужого послушника у нашего навеса, Сейна.

Сидящий рядом паренек даже не шелохнулся. По его абсолютно спокойной позе было ясно, что подобные разборки для него – дело привычное.

Я осторожно повернул голову в сторону спорящих.

С моего места было видно немногое: кусок ткани над головой, край какого‑то стола и силуэты людей. Сейна держалась неестественно прямо. В опущенной правой руке блестело что‑то похожее на длинную металлическую спицу. Двое ее спутников замерли позади, не произнося ни слова.