Повелитель Стихий (СИ), стр. 22
Девушка неожиданно протянула мне переноску, и мне не оставалось ничего, кроме как принять ношу.
— Как вы могли уже слышать, это — Кексик. Очень необычная… кошечка, которую я пытаюсь приручить уже почти месяц. И как видно невооруженным взглядом, выходит не очень удачно.
— Это мягко сказано, — хмыкнул я, заглядывая внутрь через сетчатое окошко. Белый пушистик будто ждал этого, встретив меня донельзя умным взглядом своих голубых глазок.
Блин, да что же ты от меня хочешь? Не могу я забрать тебя отсюда… По крайней мере, прямо сейчас. А там, глядишь, и что-нибудь придумаю.
— Так и причём же тут я? — отвёл я взгляд от котёнка и вопросительно посмотрел на Ариэллу.
— Всё очень просто. Если бы сейчас я передала переноску кому-нибудь другому, Кексик бы тут же зашипел, завертелся и попытался вырваться. Со мной он так больше не делает, но не потому что полюбил — уже понимает, что бежать бессмысленно. Но как только главный надзиратель сменяется, тут же стоит ожидать очередную попытку побега.
— Хорошо, и что же вы хотите? Чтобы я взял его к себе на воспитание?
— Такое случится, только если я совсем отчаюсь, — покачала Ариэлла головой. — Слишком много сил уже было вложено в Кексика. Я бы хотела, чтобы мы просто вместе поиграли. Втроём. Я, вы, Кексик, и может бантик на верёвочке. Вполне вероятно, это может помочь мне чуть наладить с питомцем связь.
С трудом сдержал эмоции, не позволив удивлению проступить на лице. Буквально несколько секунд назад я что-то там думал про умную девушку, проводящую сотни дорогостоящих и сложнейших экспериментов в своём замке, но сейчас уже был готов забрать слова назад. Это что за новая методика по сближению с питомцами?
Может от меня пахнет как-то по особенному, или просто от меховой одежды веет родством, вот зверюшка и успокаивается рядом. Но вместо того, чтобы провести исследования и понять причину, Ариэлла просто просит… Поиграть?
Или это хитрый план, чтобы заманить меня внутрь, и уже никогда не выпустить? Нет, не думаю. Слишком уж тупо, чтобы оказаться правдой.
— Зивенц и правда вас запугал, — заливисто рассмеялась девчонка. — Не думайте слишком много — здесь нет никакого подвоха. Просто я перепробовала уже столько всего, что сейчас стоит сделать шаг назад и начать с самого начала. Не будет никакого прогресса — перейдём к следующему шагу. Конечно, в накладе я вас не оставлю — за помощь отплачу как следует.
— Договорились, — изобразил удовлетворение на лице, хотя внутри думал совсем о другом.
Ну уж нет. Ещё раз в гости к этой чересчур гостеприимной дамочке я не сунусь. Забираю лекарство для Эмилии, и больше сюда ни ногой.
— Вот и прекрасно. Пройдёмте.
Пока мы беседовали перед входом, привратник уже открыл для нас неприметную калитку, и мы зашли внутрь.
На всякий случай выпустил одну из нитей воли сканировать окружающее пространство в поисках неожиданных сюрпризов.
Всё было тихо. Приличных размеров парк с причудливыми растениями, снующие туда-сюда слуги, жилые и бытовые помещения.
Естественно, выглядело это всё до одури богато и помпезно, но я не позволял себе отвлекаться и оставался начеку. Лишь продолжал для вида транслировать восхищенные эмоции, чтобы не смущать Ариэллу своим равнодушием.
В главное здание, мы кстати, не пошли. Обогнув его через садик, вышли к широкой пристройке, выглядевшей довольно просто на фоне окружающего великолепия. Обычные серые стены, никаких барельефов, статуй, и прочих украшений.
Вот только именно здесь, на входе, нить воли наткнулась на стихийные эманации. Невыразительная пристройка была защищена артефактами. В отличие от главного здания.
— Это — святая святых моего скромного жилища, — на удивление вовремя прокомментировала малявка. — Здесь я провожу большинство своих исследований, и именно тут рождаются и реализуются все идеи.
Одновременно со словами, в глазах Ариэллы загорелся еле-заметный огонёк, говорящий о том, что девушка и правда была одержима подобной деятельностью. Точно такой же я встречал в глазах у одного из своих офицеров, бывшего разведчика, знавшего об экспирации больше, чем кто либо ещё.
Карл. Неприятный мужик, который в любой момент мог попросить тебя принять участие в самоубийственной авантюре, ради крупицы новых знаний. А отказать старшему по званию ты не мог.
Из-за этого почти все разведчики как могли сторонились его. Все, но не я.
Стоило завоевать каплю расположения Карла, и в откровенно смертельные идеи он меня впутывать перестал, а рассказал при этом столько всего, что моё понимание экспирации быстро улетело далеко за рамки возможностей рядового.
Так что в общении с такими людьми, как Ариэлла, опыт у меня имелся. И можно было не слишком сильно опасаться превратиться в жертву безумного учёного.
Тем временем мы вошли внутрь здания, углубляясь в хитросплетения коридоров. Нить воли продолжала обшаривать всё вокруг, постоянно натыкаясь на всё новые и новые интересные вещи. Сколько тут было предметов, растений, и артефактов, содержащих в себе силу стихии, я даже перечислить не могу. Несмотря на опалу и ссылку к Краю, дамочка явно не бедствовала.
— Нам сюда, — отвлекла меня от мыслей Ариэлла, указав рукой на дверь, за которой нить обнаружила огромное скопление ценных предметов. — Это мой склад. Сначала найдём, что тебе там надо, и потом уже разберёмся с Кексиком.
— Хорош…
Святой Деймос! С трудом сдержал ругательство, которое чуть не вырвалось наружу. Это же то, о чём я думаю?
Нить воли, которая уже успела пошариться по складу, переползла в соседнее помещение. И обнаруженное там заставило меня очень и очень сильно задуматься.
Видимо, все мои планы насчёт быстрого расставания с Ариэллой теперь идут коту под хвост. Не знаю как, но сейчас мне нужно как можно сильнее заинтересовать дамочку, чтобы она ещё раз позвала меня к себе в гости.
А желательно и не один. Слишком уж лакомым было то, что эта малявка спрятала у себя дома.
Глава 9
— Так, где же оно было… — Ариэлла копалась в одном из ящиков, перебирая многочисленные флаконы и склянки. Несмотря на то, что каждая из вещей стоила немалых денег, малявка плевать на это хотела, и уронила на пол уже несколько стеклянных сосудов, только чудом ничего не разбив. — Вот оно! Держи!
Ариэлла протянула мне невзрачный бутылёк, в котором я с помощью нити воли обнаружил мощную концентрацию стихии жизни. И правда не соврала — штука была очень ценная. И вероятно, я мог бы впечатлиться в разы сильней, если бы не открытие, совершённое мною буквально пару минут назад.
У Ариэллы за дверью находилась одна из самых ценных вещей для единённых. Стихийный исток.
На самом деле простому человеку стать единённым — довольно просто. На словах. Нужно было всего лишь как можно чаще вступать в контакт со стихией и надеяться, что она тебя примет.
Для этого существовали всевозможные практики. Медитации под водопадами, прогулки в ветреных долинах и ущельях, купания в лавовых озёрах… Стоп, это уже для продвинутых. Но смысл ясен.
Такие места высоко ценились, и обычно не оставались неподконтрольными. За редкими исключениями, как например, Нижние земли, холод являлся неотъемлемой частью которых.
Однако как я уже сказал, просто это было лишь на словах. Во-первых, не существовало конкретного алгоритма действий, и каждому приходилось искать свой путь. Во-вторых, выдерживать мощь стихии даже физически подготовленным людям очень и очень непросто.
Тут даже и объяснений не требуется — девять энтузиастов из десяти, решивших стать единёнными и медитировать, например, в Нижних землях, скорее превратятся в ледяные статуи, чем что-то почувствуют. А десятый если и сможет выдержать, то просто сломается после сотен неудавшихся попыток.
Однако существовало несколько способов значительно ускорить этот процесс.
Первый — после того как ты становился единённым и понимал, как взаимодействовать с сопряжением и что оно вообще из себя представляет, почувствовать другие стихии становилось заметно проще.